Аксаков, Иван Сергеевич

1823 - 1886

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ

XPOHOC

ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ

ФОРУМ ХРОНОСА

НОВОСТИ ХРОНОСА

БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА

ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ

ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ

ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ

СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА

ЭТНОНИМЫ

РЕЛИГИИ МИРА

СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ

МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ

КАРТА САЙТА

АВТОРЫ ХРОНОСА

Родственные проекты:

РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ

ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА

ПРАВИТЕЛИ МИРА

ВОЙНА 1812 ГОДА

ПЕРВАЯ МИРОВАЯ

СЛАВЯНСТВО

ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ

АПСУАРА

РУССКОЕ ПОЛЕ

Аксаков, Иван Сергеевич (1823 - 1886) - сын известного писателя Сергея Тимофеевича Аксакова, автора книг "Семейная хроника" и "Детские годы Багрова внука", и брат одного из столпов русского славянофильства, Константина Сергеевича Аксакова. Иван Сергеевич Аксаков был также горячим сторонником славянофильства. С 1859 г. до самой своей смерти он издавал последовательно целый ряд славянофильских газет и журналов: "Парус", "Пароход", "Русская Беседа", "День", "Москва", "Русь".

Общественный деятель

АКСАКОВ Иван Сергеевич (26.09.1823-27.01.1886), русский публицист, поэт и общественный деятель. Вместе с братом К. С. Аксаковым и Ю. Ф. Самариным представлял т. н. “младших” славянофилов. Сын писателя С. Т. Аксакова. Окончил Петербургское училище правоведения (1838-42). По поручению Русского географического общества изучал торговлю в Малороссии и написал “Исследование о торговле на украинских ярмарках” (1858). Служил (1855) добровольцем в ополчении во время Крымской войны. В 1858 — 78 играл руководящую роль в Московском славянском комитете. В годы Русско-турецкой войны 1877 — 78 организовал кампанию в поддержку южных славян и получил огромную популярность. За речь Аксакова в славянском комитете во время Берлинского конгресса 1878, содержавшую резкую критику царской дипломатии, был выслан из Москвы, а славянский комитет закрыт. В 1870-80-е Аксаков связан с банками, был председателем совета Московского общества взаимного кредита. Редактировал славянофильские издания: “Московский сборник” (1840 -50-е), журнал “Русская беседа”, газеты “Парус”, “День” (1861-65), “Москва” (1867-68), “Русь” (1880-86).

И. С. Аксаков стоял на твердых православно-монархических позициях, отстаивая нерушимость русских национальных основ, традиций и идеалов. Выступал за общинно-артельное “народное производство” против насаждения западных экономических форм. Считал, что основой духовного возрождения человечества может стать союз славянских народов под руководством русского народа.

Д. К.

Славянофил

Аксаков Иван Сергеевич (1823, с. Надёжино (Куроедово) Оренбургской губернии. - 1886, Москва) - публицист, издатель, редактор, славянофил. Родился в многодетной семье писателя Сергея Тимофеевича Аксакова - знаменитого автора "Семейной хроники". В 1826 - 1838 жил в Москве, в гостеприимном отцовском доме, где бывали известные литераторы и ученые. Получил серьезное домашнее образование. В 1838 - 1842 учился в Петербургском училище правоведения, в котором царил просвещенный дух уважения к личности и справедливости. В 1842 - 1851 Аксаков служил чиновником 6-го (уголовного) департамента Правительствующего Сената, разъезжал с поручениями по России. На службе Аксаков приобрел знание системы государственного управления, практической жизни, народного быта. В 1849 был подвергнут пятидневному аресту III Отделением за смелое обсуждение в письмах к родным событий Французской революции и внутреннего положения России. В 1851 Аксаков подал в отставку. В 1852 редактировал славянофильский "Московский сборник", в котором цензура обнаружила "неприличные насмешки" над обществом. В 1853 сборник был запрещен. Аксаков по поручению Русского географического общества описал украинские ярмарки и был удостоен Константиновской медали общества и Демидовской премии. Во время Крымской войны сознание неизбежности поражения не помешало Аксаков записаться в московское ополчение: "Мне было бы совестно не вступить. Все идет глупо, но тем не менее люди дерутся и жертвуют". В боевых действиях принять участия не успел. В 1856 был членом комиссии, расследовавшей злоупотребления в снабжении продовольствием войск в Крыму. В 1857 путешествовал по Европе, где познакомился с Герценом, и в течение пяти лет был одним из его тайных корреспондентов. С 1861 и до конца жизни Аксаков - ведущий славянофильский публицист и редактор газеты "День", "Москва", "Русь", журнала "Русская беседа" и др. Защищал демократические свободы: совести, слова, критиковал бюрократический аппарат и требовал отмены сословных привилегий, но выступал против студенческого движения, материалистической философии, защищал правительственную политику в Польше. Вера в то, что Россия пойдет по пути, отличному от западноевропейского, была поколеблена ростом революционного движения, кардинальными изменениями в структуре русского общества в пореформенное десятилетие. Либеральные воззрения 40-х гг. сменились жестким консерватизмом 70-х. В 1872 - 1874 Аксаков - председатель Общества любителей российской словесности, в 1875 - 1878 - председатель Московского славянского комитета. Поддерживал национально-освободительную борьбу славянских народов и в 1878 выступил с речью, осуждающей решения Берлинского конгресса, за что был смещен с поста председателя и выслан из Москвы. Нравственный максимализм и независимость мышления ставили его в оппозицию властям. Аксаков - автор писем, ценнейшего исторического источника.

Использованы материалы кн.: Шикман А.П. Деятели отечественной истории. Биографический справочник. Москва, 1997 г.

По Брокгаузу и Ефрону

Иван Сергеевич Аксаков, младший сын Сергея Тимофеевича А., родился сентября 1823 г. в селе Надежине-Куроедове тож, Белебеевского уезда, Уфимской губернии. В 1842 г. И. С. окончил курс Училища Правоведения и, не без колебаний, поступил на службу в существовавший еще тогда в Москве сенат. Канцелярская служба, однако не могла удовлетворить его и он, пренебрегая связями отца, сулившими молодому юристу блестящую карьеру, скоро перебрался в провинцию, сначала участником сенаторской ревизии князя П. П. Гагарина, а потом в качестве члена Калужской уголовной палаты. Но и судейство свое И. С. скоро оставил; он жаждал деятельности более живой и практически полезной, чего при условиях той жизни прямо невозможно было найти на поприще провинциального судейства. В 1848 г. он стал чиновником особых поручений при министерстве внутренних дел и тотчас же выхлопотал себе командировку в Бессарабию по делам раскольничьим, а потом в Ярославль для ревизии городского управления, введения единоверия и изучения секты "бегунов". К поручениям Аксаков относился серьезно, и донесения его начальству отличались столько же правдивостью, сколько и изяществом изложения. В 1852 г. И. С. вышел в отставку и посвятил себя журналистике, - с этих пор начинается его публицистическая деятельность, принесшая в конце столько славы, а рядом с нею, вплоть до самой смерти, и борьбы как с литературными врагами, так и с условиями цензуры. II том его "Московского Сборника", этого первого шага его редакторства, уничтоженный и причинивший столько неприятностей, кроме всего принес И. С. и запрещение когда бы то ни было быть издателем или редактором журнала. В это печальное для него время Географическое Общество предложило ему командировку на юг, в Малороссию. Результатом поездки явилось "Исследование о торговле на украинских ярмарках", изданное на средства Общества, доставившее исследователю большую Конст. медаль и половинную Демидовскую премии от Академии Наук. 1855 и 1856 гг. И. С. пробыл в Бессарабии, командуя отрядом московского ополчения. Это командование кончилось полемикою с графом Строгановым, командиром ополчения и "Аксаковским влиянием" на ополченцев, которое граф наблюдал при роспуске дружины. Аксаков был, между прочим, казначеем дружины и, представленный им командиру отчет его явился обвинительным актом всех других, - командующий не решился подписать его. В марте 1856 г. И. С. участвовал в комиссии, снаряженной князем Васильчиковым для расследования интендантских дел Затлера и Кё, а в декабре окончательно вернулся в Москву. В 1857 г. Аксаков негласно редактировал "Русскую Беседу", в 1859 г. же выхлопотал право на издание еженедельной газеты "Парус", прекращенной на втором же ј. Заменивший "Парус", "Пароход", разрешением которого Чижову, одному из близких к Аксакову, хотели прекратить всеобщее недоумение, при поставленных условиях, не мог удовлетворить И. С. и он вернулся к "Русской Беседе". Смерть отца, болезнь и смерть брата на долго остановили деятельность Аксакова и лишь со средины 1861 г. вернулся он к литературе. С конца этого года начал выходить "День", имевший сначала огромный успех; но уже с июля 1862 г. под газетою стад подписываться Юр. Самарин. "День" просуществовал до конца 1865 г. С начала 1857 г. и по октябрь 1868 г. выходила Аксаковская "Москва". "Москву" заменил "Москвич" того же И. С., но под другим подписом. В конце 1860-х г. Аксаков женился на фрейлине А. Ф. Тютчевой и, с закрытием газеты, посвятил себя делам Московского Славянского Комитета, а также (с 1874 г.) взял место председателя совета Московского Общества Взаимного Кредита. Годы сербской войны, добровольцев и, наконец, нашей войны с Турцией доставили Аксакову ораторскую славу и всемирную известность, увенчавшуюся кандидатурою его на болгарский престол, выдвинутой некоторыми болгарскими избирательными комитетами, За речь, произнесенную в Славянском Комитете во время Берлинского конгресса, порицавшую наших дипломатов, Аксаков был выслан из Москвы в провел несколько месяцев в селе Варварине, Юрьевского уезда, Владимирской губернии. С ноября 1880 г. начала выходить "Русь". Весною 1885 г., утомленный душевно в физически, И. С. приостановил свое издание и провел несколько месяцев в Крыму. Он отдохнул там, но не излечился, - у него была болезнь сердца, от которой он в умер 27 января 1886 г. Известие о смерти И. С. облетело весь мир и везде произвело глубокое впечатление. 

Сочинения И. С. изданы его женою в 7 томах. Кроме того вышло 2 тома его переписки и собрание стихотворений.

Ф.А. Брокгауз, И.А. Ефрон Энциклопедический словарь.

Аксаков Иван Сергеевич (26.09[08.10].1823—27.01 [08.02].1886), мыслитель и публицист, один из признанных вождей славянофильства.

Родился в с. Надёжино (Куроедово тож) Белебеевского у. Оренбургской губ. Отец – известный писатель С. Т. Аксаков, мать – дочь суворовского генерала Ольга Семеновна, урожд. Заплатина. Брат К. С. Аксаков был одним из основателей славянофильства как идеологического течения. Род Аксаковых (в старину Оксаковы) был одним из самых древних аристократических родов России. Родоначальником считался варяг Симон, племянник норвежского короля Гакона Слепого, прибывшего в Киев в 1027. В отличие от вымышленных «немецких» или «золотоордынских» предков большинства русских аристократических семей, Симон был реальным историческим лицом, построившим в Киево-Печерской лавре Успенскую церковь, где он и был похоронен. Его сын Юрий Симонович был боярином у князя Киевского Всеволода, отца Владимира Мономаха. И в дальнейшем потомки Симона, один из которых получил прозвище Оксак, ставшее родовым именем, верой и правдой служили русским монархам. Из этого рода вышел ряд воевод, стряпчих, стольников и деятелей Церкви.

Иван Аксаков детские годы провел в деревне среди простого народа. В 1827 семья Аксаковых переехала в Москву, и с этого времени гостеприимный дом старшего Аксакова стал одним из тех мест, где собирались друзья семьи, к числу которых можно отнести Н. В. Гоголя, актеров столичных театров и др. деятелей культуры. Иван Аксаков, однако, юношеские годы провел в Петербурге, в Училище правоведения, готовящем элиту гражданского управления страны. Окончив курс в 1842, после 4 лет напряженной учебы, поступил на службу в московский департамент Сената. Впрочем, служба здесь продолжалась недолго, Аксаков попросил перевести его в провинцию. Несколько лет он прослужил в Калужской, затем в Астраханской судебных палатах. Негативные впечатления и воспоминания о дореформенном суде остались у него на всю жизнь. Видя, по собственным словам, «кругом царящее зло», он навсегда ушел из судебной службы, став чиновником по особым поручениям в Министерстве внутренних дел, в ведении которого было управление всеми инославными конфессиями России, включая русских старообрядцев. По делам службы Аксаков объехал всю Россию, ездил в Бессарабию по вопросам раскола, затем посетил Ярославскую губ. с целью ревизии городского управления, а также изучения секты бегунов. О бегунах, получивших большое распространение в губернии, Аксаков впоследствии написал специальное историко-этнографическое исследование, не потерявшее значение и до сего дня. В целом на службе Аксаков зарекомендовал себя работоспособным идеалистом. Он не отбывал повинность, а действительно трудился с душой по 16—18 час. в сутки, видя в этом долг перед страной и народом. В марте 1849 Аксакова арестовали и поместили в Петропавловскую крепость. Поводом послужило перехваченное («перлюстрированное») письмо брата Григория, который высказывал надежду, что разразившаяся в Австрийской империи революция приведет к превращению Австрии в славянское государство. Объясняя свои взгляды в специальной записке, которую внимательно читал Николай I, оставивший своей рукой пометки в тексте, Аксаков отвечал, что «не является панславистом и что гораздо более всех славян его интересует Русь». Этот ответ удовлетворил Третье отделение, и Аксаков был выпущен на свободу. Первый конфликт с космополитичным «европейским» петербургским чиновничеством не смутил его. В 1851 Аксаков, отличавшийся подобно своим родственникам поэтическим даром, написал поэму «Бродяга» о беглом крепостном. Узнав, что его подчиненный сочинил произведение «предосудительного характера», министр внутренних дел Л. Перовский (отец террористки С. Перовской) потребовал объяснений. Разгневанный таким отношением, Аксаков подал в отставку. На этом неприятности с «Бродягой» не закончились. Отрывки из поэмы были помещены в «Московском сборнике» 1852. Главное управление цензуры увидело в поэме чуть ли не революционную пропаганду и сочло, что поэма может «неблагоприятно действовать на читателей низшего класса». В результате «Московский сборник» был запрещен, Аксаков сослан под надзор полиции и лишен права представлять свои произведения на рассмотрение цензуры, что фактически означало запрет на литературную деятельность. Хотя первые столкновения с российской действительностью были для Аксакова печальны, но он не озлобился на страну, не стал ни равнодушным обывателем, ни революционером. В 1853 Аксаков по поручению Русского Географического общества совершил поездку на Украину с узконаучной целью – исследовать ярмарочную торговлю в Малороссии. Но Аксаков отнесся к поручению географов с большим энтузиазмом, ведь можно было с головой окунуться в народный быт и изучить жизнь основы основ России – простого народа совсем не так, как наблюдали из окон своих поместий «дворяне-народолюбцы». Результатом поездки стала книга «Исследование о торговле на украинских ярмарках», справедливо считающаяся одним из первых социологических исследований в России. Вскоре началась Крымская война, и Аксаков вступил в ополчение. Правда, понюхать пороху ему не пришлось, т. к. его часть стояла в тылу. Но и здесь Аксаков сумел проявить свою честность и принципиальность. Он смело разоблачал казнокрадство, процветавшее в тылу, в котором были замешаны многие важные персоны, в т. ч. и непосредственный командир ополчения, где служил Аксаков.

С 1856 славянофилы начали издавать ежеквартальный журнал «Русская беседа», издателем которого был А. И. Кошелев, а редактировали его Т. И. Филиппов, П. И. Бартенев и др. Аксаков принял самое активное участие в деятельности журнала и в авг. 1858 фактически стал его редактором. Тираж «Русской беседы» удвоился, за 1859 вышло уже 6 номеров вместо привычных 4 годовых. Однако Аксакова не устраивал чисто литературно-художественный характер журнала, не имевшего политического отдела и к тому же издававшегося с интервалом в несколько месяцев. Правда, еще с апр. 1857 Константин Аксаков стал редактором еженедельной газеты «Молва», в которую пригласил брата, собираясь передать ему редактирование. Однако как только Аксаков представил в цензуру материалы для № 37 (первого, который редактировал сам), то цензура запретила половину планируемых в номер статей. В таких условиях он отказался редактировать «Молву». После долгих хлопот Аксаков добился права на издание в 1859 еженедельной газеты «Парус». О программе своей газеты он объявил прямо: «Наше знамя – РУССКАЯ НАРОДНОСТЬ. Народность вообще – как символ самостоятельности и духовной свободы, свободы жизни и развития, как символ права, до сих пор попираемого теми же самыми, которые стоят и ратуют за права личности, не возводя своих понятий до сознания личности народной. Народность русская как залог новых начал, полнейшего жизненного выражения, общечеловеческой истины». Однако вышло лишь два номера «Паруса» – 3 и 10 янв. 1859. Гнев цензуры вызвала помещенная во втором номере статья М. П. Погодина о внешней политике, критикующая русских дипломатов за то, что они служат Европе, а не России. За подобные высказывания, а также за открытие не утвержденного официально славянского отдела «Парус» был закрыт. Следует заметить, что имп. Александр II старательно читал большинство русских журналов, включая даже издававшийся за границей «Колокол» Герцена, следил за важнейшими газетами, но не считал своим царским делом вмешательство в дела цензуры и редакций. Именно этим объясняется парадоксальный факт постоянных столкновений с цензурой у монархически настроенных издателей. Зато бюрократическое средостение между царем и народом видело в славянофилах своих врагов, ведь славянофилы требовали национальной политики, а оторванным от почвы бюрократам куда ближе были интересы Европы. Аксаков после закрытия «Паруса» вынужден был прекратить и выпуск «Русской беседы», но сдаваться этот опытный боец не собирался. В 1861 он стал редактировать еженедельную газету «День», которую задумал как общеславянскую газету, пригласив к сотрудничеству многих русских и славянских публицистов. Обращение к общеславянской проблематике было не случайно. После отмены крепостного права взоры русских людей невольно обратились к угнетенным славянским народам. О программе «Дня» в первом номере за 1861 Аксаков объявил в присущих ему конкретных словах: «Освободить из-под материального и духовного гнета народы славянские и даровать им дар самостоятельного духовного и, пожалуй, политического бытия под сению крыл могущественного русского орла – вот историческое призвание, нравственное право и обязанность России». На страницах «Дня» Аксаков помещал переводы славянских писателей, материалы исторического и этнографического характера. Впрочем, отечественная проблематика по-прежнему имела первенствующее место в газете. Аксаков резко критиковал нигилистов. Однако он не ограничился критикой, а попытался установить причины этого феномена. Главной из них Аксаков считал не национальную, скопированную с западных образцов систему просвещения, а также секуляризацию русского общества. Особую тревогу вызывало у Аксакова положение духовенства, поставленного в тяжелое и унизительное положение. Аксаков выступал с программой изменения в положении Церкви, причем не только в административном и хозяйственном плане. Так, он высказал любопытное предложение о том, чтобы все семинаристы перед получением прихода 2 года поработали сельскими учителями. Подобная мера, предвосхищающая советскую практику распределения выпускников вузов, по мысли Аксакова, способствовала бы как борьбе с неграмотностью, так и дала бы определенные практические навыки будущим священнослужителям. Цензура не оставляла «День» в покое. В 1862 Аксаков был на протяжении 5 мес. отстранен от редактирования. Впрочем, особую боль причиняла ему не цензура, а события, подрывающие славянское единство – начавшееся в янв. 1863 польское восстание. Братоубийство славян вызвало у Аксакова смятение чувств, но он быстро и твердо стал на защиту русского дела. Более того, даже сделал точный политический ход, предоставив страницы «Дня» противной стороне. Некий поляк Грабовский написал статью о праве Польши на Литву и Украину. Наглый и высокомерный тон Грабовского произвел отрезвляющее впечатление на многих русских людей, которые первоначально сочувствовали мятежникам, будучи введенными в заблуждение польской демагогией о «нашей и вашей свободе». Однако единственными, кто не оценил мастерства Аксакова, были петербургские цензоры, и редактору «Дня» пришлось писать объяснительные. Цензурные придирки, приносившие Аксакову большие убытки, нападки либеральной и леворадикальной прессы при непонимании многих национально мыслящих людей, которым славянофильские идеи казались слишком умозрительными, – все это осложняло издание газеты. В к. 1865 Аксаков прекратил издание «Дня». Но это не было прекращением публицистической деятельности. В 1867—68 Аксаков издавал ежедневную газету «Москва». Он считал ее продолжением «Дня», сохранив прежнее оформление материалов. Правда, в «Москве» появились новые рубрики, отражавшие факт быстрого промышленного развития России: «экономический отдел», «торговый и денежный рынок». Впрочем, отношения неугомонного публициста с цензурой ничуть не улучшились. За год с небольшим «Москва» имела 9 цензурных предостережений и 3 раза приостанавливалась. Однако стойкий боец, Аксаков даже во время закрытия «Москвы» не терял связи с читателем. Во время одной из приостановок «Москвы» он руководил газетой «Москвич» (номинальным редактором которой числился некий П. П. Андреев). «Москвич» имел те же рубрики и полиграфическое оформление, что и «Москва», т. ч. ни для кого не было секретом направление новой газеты и имя настоящего редактора. И все-таки «Москву» закрыли за «вредное направление». Поводом к закрытию послужила критика Аксаковым антирусской политики официального Петербурга в Северо-Западном крае (Литве и Белоруссии) после ухода с должности наместника края гр. М. Н. Муравьева-Виленского. Напомним, что, усмиряя польский мятеж, генерал Муравьев провел в крае ряд реформ, усиливающих значение русского элемента, которым было тогда лишь нищее белорусское крестьянство. Муравьев увеличил за счет конфискованной у польских панов земли наделы белорусских крестьян на 24%, а их платежи понизил на 64,5%. Но после отставки Муравьева в 1865 в Белоруссии началось попятное движение. Официальный Петербург нашел общий язык с панами, и реформы Муравьева стали сводиться на нет, бывшие мятежники начали получать свои имения. Вот против этого антирусского курса и выступил в «Москве» Аксаков. После закрытия «Москвы» Аксаков на какое-то время прекратил заниматься газетной деятельностью. Но это было вызвано не усталостью и не разочарованием в борьбе. Аксаков нашел поле деятельности, работая в Славянских комитетах, став ведущим членом Московского комитета. Эти комитеты были созданы в 1858 при активном участии Аксакова. Первоначально они имели благотворительный характер, но в 1870-х начали превращаться в организации, имеющие политическое значение. Идеологией большинства членов комитетов было славянофильство. Аксаков превратился в значительную политическую фигуру именно как неофициальный лидер комитетов. Этот надворный советник в отставке (чин 7 класса) заставил прислушиваться к себе не только петербургские бюрократические круги, но и правительственные кабинеты европейских стран. Все это стало возможным благодаря влиянию на общественное мнение как России, так и славянских народов, которое обрел Аксаков за десятилетия неустанной деятельности. Не занимавшего никакого государственного поста Аксакова считали на Западе славянским Бисмарком, способным объединить разделенное славянство в одну державу под скипетром русского царя. Это было сильное преувеличение – петербургская бюрократия по-прежнему считала Аксакова своим врагом, но признавать его влияние на общественное мнение приходилось даже ей.

Звездный и вместе с тем трагический час настал для Аксакова в период восточного кризиса 1875—78. Он начался с восстания боснийских сербов против турецкого ига, затем в апр. 1876 вспыхнуло болгарское восстание, затем началась сербо-турецкая война. Турецкие зверства над единоверцами Балкан всколыхнули русское общество. В движении солидарности с болгарами и сербами огромную роль сыграли Славянские комитеты и лично Аксаков.

Сражаясь за правое дело, русская армия одержала славные победы. 19 февр. 1878 было подписано предварительное перемирие в Сан-Стефано, по которому Турция теряла почти все свои европейские владения, на территории которых создавались независимые славянские государства. Однако сам Аксаков был неудовлетворен итогами Сан-Стефанского мира, т. к. Константинополь и проливы оставались у турок. Выступая 5 марта в Москве перед членами Славянского комитета, он заявил, что «восточный вопрос еще не порешен, Царь-Град не очищен от азиатской скверны и задача России решена еще не вполне». Одновременно он высказал опасения, что русская дипломатия готова уступить давлению западных держав. Эти опасения оказались не напрасны. Россия вынуждена была под давлением Запада согласиться на проведение международного конгресса в Берлине, на котором потерпела сокрушительное дипломатическое поражение. Не случайно говорили, что Россия выиграла войну, но проиграла мир. Когда известия о результатах Берлинского конгресса достигли Москвы, Аксаков не стал сдерживаться. 22 июня 1878 он выступил с большой речью в Московском Славянском комитете, которая прогремела на весь мир. В начале речи Аксаков вопросил, обращаясь к аудитории: «Не хоронить ли собрались мы здесь сегодня… миллионы людей, целые страны, свободу болгар, независимость сербов, хоронить русскую славу, русскую честь, русскую совесть?» Вождь славянофилов обрушился на русских дипломатов за их согласие на расчленение освобожденной Болгарии на 3 части, из которых только одна получала относительную независимость: «Нет таких слов, чтобы заклеймить по достоинству это предательство, эту измену историческому завету, призванию и долгу России». Аксаков не без яда отзывался о тех пацифистах, которые приветствовали результаты конгресса, ссылаясь на то, что война России со всей Европой не состоялась: «Конгресс не дает мира беспечного – будет лишь вооруженный мир, самая пагубная вещь и для финансов, и для коммерции». Следует заметить, что Аксаков, имея большие связи в славянских кругах, был информирован о реальной расстановке сил в Европе не хуже, чем российские военные и дипломаты. Он доподлинно знал, что все ультиматумы западных государств в России – это блеф, реально к войне никто из западных государств не был готов, и ситуация 1854 не могла повториться. Напротив, перед угрозой революции стояла Австро-Венгрия, для которой первые же неудачи в случае действительной войны с Россией привели бы к распаду. Англия никогда не воевала, не имея сухопутного союзника, а таковым в тот момент была только уязвимая Австро-Венгрия. «Железный канцлер» Бисмарк, руководивший Германией, всегда был против войны с Россией, и тем более из-за Балкан, которые, по его словам, «не стоят костей померанского гренадера». В силу этого Германия занимала в данном кризисе примирительную позицию. Т. о., уступки российской дипломатии действительно были ничем не оправданы. Заключительную часть речи 22 июня Аксаков посвятил имп. Александру II. Аксаков говорил: «Что бы ни происходило там, на конгрессе, как бы ни распиналась русская честь, но жив и властен ее венчанный оберегатель, он же и мститель. Если в нас при одном чтении газет кровь закипает в жилах, что же должен испытывать царь России, несущий за нее ответственность перед историей? Не он ли сам назвал дело нашей войны “святым”?… Россия не желает войны, но еще менее желает позорного мира… Долг верноподданного велит всем надеяться и верить – долг же верноподданных велит нам не безмолвствовать в эти дни беззакония и неправды, воздвигающих средостение между царем и землей, между царской мыслью и народной думой». Подобная концовка антиправительственной речи была не случайной. Аксаков прекрасно понимал, что общественное недовольство Берлинским конгрессом обратится непосредственно на царя (как в действительности и произошло) и именно поэтому не хотел, чтобы его критика промахов царских министров была использована антирусскими силами. Впечатление от речи Аксакова было огромно. Издатель журнала-газеты «Гражданин» кн. В. П. Мещерский напечатал речь в специальном прибавлении к «Гражданину», за что это издание было временно приостановлено цензурой. Сам Аксаков послал текст своей речи в Прагу, где она тотчас появилась в чешских газетах. Вскоре речь Аксакова начали обсуждать во всей Европе. Зато гнев правящих кругов в России не заставил себя ждать. Сначала был объявлен строгий выговор от московского генерал-губернатора, затем Аксаков был смещен с поста председателя Московского Славянского комитета. Наконец, сам Славянский комитет был упразднен, а Аксаков выслан из Москвы. Он жил в с. Варварино Владимирской губ., в имении своей жены А. Ф. Тютчевой. В Варварине старый неукротимый боец вел огромную переписку с русскими и зарубежными деятелями, к нему поступали потоки писем со всей России и из-за рубежа. Южные славяне и поныне не забыли роль Аксакова в деле освобождения своих народов. В Софии и Белграде есть улицы, названные именем Аксакова.

Ссылка Аксакова продолжалась недолго, и вскоре он вернулся в Москву. Осенью 1880 стал издавать газету «Русь», выходящую 2 раза в месяц. Возвращение к газетному делу было не случайным – в России рубежа 1870–80-х общественное недовольство итогами Берлинского конгресса использовали революционеры, перейдя к террору. В этих условиях мужественный голос Аксакова сыграл немалую роль в умиротворении страстей. Но для самого Аксакова разочарования не закончились. В 1882 министр внутренних дел гр. Н. П. Игнатьев под влиянием Аксакова попытался созвать Земский собор, приурочив его к коронации имп. Александра III. Однако проект Игнатьева был отклонен советником нового императора К. П. Победоносцевым. Т. о., Аксакову так и не довелось претворить в жизнь ни один из своих политических проектов, несмотря на заслуженный авторитет и влияние в России.

Сам Аксаков не считал себя теоретиком. Всю свою энергию он направлял на популяризацию славянофильского учения. Как политический деятель Аксаков сыграл значительную роль в российской и славянской жизни 1850—80-х, но положение практического политика не предполагает излишнее теоретизирование. И тем не менее Аксаков по заслугам может считаться одним из виднейших теоретиков славянофильства. Если основатели славянофильства А. С. Хомяков, И. В. Киреевский, К. С. Аксаков заложили философскую и культурную основу славянофильства, то Аксаков может считаться создателем его политической теории. Помимо отражения «злобы дня» Аксаков много писал в своих изданиях и об основах славянофильской доктрины, хотя по своему темпераменту Аксаков действительно не любил и не писал теоретических трактатов. Основополагающие принципы Аксакова заключали единство «земли» и «государства» при духовной власти Православной церкви. Народ («земля») должен не просто повиноваться царю (воплощающему «государство»), он должен иметь и свои права, в первую очередь право высказывать свое мнение, свои надежды и чаяния. «Силу мнения – народу, силу власти – царю!» – эту славянофильскую формулу Аксаков отстаивал всей своей деятельностью. Однако ссылкой на «народное мнение» уже в те времена все правительства оправдывали любые, даже самые антинародные поступки. Поэтому Аксаков ввел в славянофильское учение наряду с понятиями «земля» и «государство» еще и третий элемент – «общество». По его мнению, это «та среда, в которой совершается сознательная умственная деятельность известного народа, которая создается всеми духовными силами народа, разрабатывающими народное самосознание. Другими словами, общество есть народ во втором моменте, на второй ступени своего развития, народ самосознающий». Легко заметить, что общество, по Аксакову, есть лучшая часть народа, разрабатывающая народное самосознание, и именно в этом заключается принципиальное отличие общества от т. н. «интеллигенции» (сам Аксаков всегда писал это слово в кавычках). Нигилизм был логичным концом, до которого могла дойти лишенная национальной почвы «интеллигенция». Нигилизм появился не случайно и не внезапно. Он готовился исподволь, имея своими предтечами Курбского и «тушинских перелетов». Во времена петровских реформ произошел отрыв дворянства от народа, Церковь превратилась в звено государственного бюрократического аппарата, не случайно в статье «Бюрократическое и земское государство», помещенной в № 26 «Руси», Аксаков писал о Петре I: «При всех высоких царственных качествах этого Государя дошло при нем до того, что в печатной инструкции военно-учебным заведениям сказано нечто странное для христианского общества, именно что “Государь для подданных есть верховная совесть”, чем как бы упразднялась личная совесть». Отрыв просвещенного слоя от народа и национальной веры не мог не привести к появлению прослойки антинациональной «интеллигенции». Результатом был разрыв «просвещенной публики» и народа. Изменилось также и русское государство, из земской самозащиты превратившееся в бюрократическое, абсолютистское, чуждое русскому самодержавию. Общий вывод Аксакова звучал решительно: «необходимо отрешиться как от Петровского деспотизма, так и от его законнорожденного детища – протестующего рабства, западноевропейского политического либерализма… Рано или поздно придется убедиться, что петербургскому периоду русской истории должен быть положен конец». Многие свои статьи Аксаков заканчивал призывом: «Пора домой!», понимая под домом исконную Русь. Он безоговорочно поддерживал развитие национальной промышленности и торговли. В его изданиях существовали постоянные рубрики, посвященные разным сторонам экономической жизни страны. Многие статьи Аксаков посвятил роли «материальных сил» в жизни нации. При этом он не только теоретизировал. В 1869 он стал одним из основателей Московского купеческого общества взаимного кредита, а уже в 1874 возглавил его. Честность и безупречная деловая репутация Аксакова вместе с его организаторскими способностями привели к процветанию этого банка.

Лебедев С. В.

Использованы материалы сайта Большая энциклопедия русского народа - http://www.rusinst.ru 

Далее читайте:

Аксаков Иван Сергеевич [Автобиографическая заметка. 1862 г.]

Аксаков И.С. Еврейский вопрос. “Социздат”. Москва. 2001.

Михаил Чванов. «Печальник славянства». К 180-летию Ивана Сергеевича Аксакова.

Тесля А.А. Ф.М. Достоевский в публикациях газеты «Русь» 1881 года. (См. эту статью в формате PDF)

Тесля А.А. Конструирование нации: национальный вопрос в публицистике И.С. Аксакова. (Формат PDF)

Тесля А.А. Народ, государство и общество. Социально-политические воззрения И.С. Аксакова.

Персоналии:

Аксаковы - в старину Оксаковы - происходят от знатного варяга Шимона.

Аксаков Сергей Тимофеевич (1791-1859), отец Ивана Сергеевича.

Аксаков Константин Сергеевич (1817-1860), брат Ивана Сергеевича.

Аксакова Вера Сергеевна (1819-1864), сестра Ивана Сергеевича.

Аксакова Анна Федоровна (урожд. Тютчева) (1829-1889), жена Ивана Сергеевича.

Сочинения:

Соч. Т. 1—7. М., 1886—87.

Литература:

Россия и восточный кризис 70-х гг. 19 в. М., 1981;

Никитин С. А. Славянские комитеты в России 1858—78. М., 1960;

Цимбаев Н.И. И.С. Аксаков в общественной жизни пореформенной России. М., 1978.

ХРОНОС: ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ В ИНТЕРНЕТЕ

ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС