Бунтова, Бородулина, Ирина Афанасьевна
       > НА ГЛАВНУЮ > БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ > УКАЗАТЕЛЬ Б >

ссылка на XPOHOC

Бунтова, Бородулина, Ирина Афанасьевна

1760-1848

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА

Ирина Афанасьевна Бунтова

БУНТОВА Ирина Афанасьевна (Около 1760 — не ранее 1848). «В деревне Берде, где Пугачев простоял 6 месяцев,— писал Пушкин жене из Болдина в октябре 1833 года,— имел я une bonne fortune (удачу.— Л. Ч.) — нашел 75-летнюю казачку, которая помнит это время, как мы с тобою помним 1830 год». Это была Ирина Афанасьевна Бунтова. Она сохранила живую память о Пугачеве и на вопрос мемуариста, каков был Пугачев, отвечала: «Молодец был батюшка-государь Петр Федорович».

Пушкин посетил Бунтову в сентябре 1833 года.

По свидетельству современницы, Бунтова рассказывала Пушкину «много любопытного» о царе-батюшке Пугачеве и «даже пела ему несколько пугачевских песен». Они до нас не дошли.

Рассказы Бунтовой произвели на Пушкина большое впечатление своей правдивостью, и в «Истории Пугачева» и в «Капитанской дочке» он воспроизвел многое из них: как судил Пугачев, о расстреле Харловой и ее брата, описание «дворца» мятежника в Бёрдах и другое. «Грех сказать, — говорила мне 80-летняя казачка,— на него [Пугачева] мы не жалуемся, он нам зла не сделал».

Л.А. Черейский. Современники Пушкина. Документальные очерки. М., 1999, с. 250.


Бунтова (урожденная Бородулина) Ирина Афанасьевна (около 1760 - 1848) - бердская казачка, собеседница Пушкина.
           Родилась в Нижнеозерной крепости в казачьей семье; отец ее - Афанасий Михайлович Бородулин, мать - Варвара Антоновна (5). 13-летняя Ирина Бородулина была очевидицей взятия Нижнеозерной войском Е.И.Пугачева 26 сентября 1773 г. и других событий, происходивших тут. О многих из них она знала также по рассказам отца, служившего в пугачевских отрядах под осажденным Оренбургом, а после того находившегося "в бегах".
           В середине 1780-х годов Бородулина была выдана замуж в Бердскую слободу за 23-летнего казака Степана Дмитриевича Бунтова (1762-1813). На новом месте и в новой семье она жила в атмосфере излюбленных воспоминаний местных казаков - свидетелей тех дней, когда в слободе находилась ставка Пугачева и располагался главный лагерь его войска. Многими познаниями о событиях того времени в Бердской Ирина Бунтова была обязана рассказам своей свекрови Прасковьи Степановны Бунтовой, чье уличное прозвище - "Бунтиха" - Пушкин со слов Ирины Бунтовой внес в свои "Оренбургские записи" (1).
           Пушкин, приехавший в Бердскую станицу 19 сентября 1833, сразу же отправился к Бунтовой. Беседуя с поэтом, она поведала ему о взятии Нижнеозерной, о пребывании Пугачева в Бердской, сводила к избе казаков Ситниковых - "государеву дворцу". Большое впечатление произвело на Пушкина услышанное от Бунтовой поэтическое предание о старой казачке Разиной, долго искавшей своего сына Степана (Андреевича) Разина среди погибших пугачевцев, трупы которых тихо проплывали по вешнему Яику. Поделилась она и другими преданиями о событиях того времени, спела несколько казачьих песен. Услышанное со слов Бунтовой Пушкин внес на страницы "Оренбургских записей", пометив их ремарками: "В Берде от старухи" и "Старуха в Берде" (1). В письме к жене от 2 октября 1833, делясь впечатлениями от поездки по Оренбургскому краю, он сообщил: "В деревне Берде, где Пугачев простоял 6 месяцев, имел я une bonne fortune (большой успех) - нашел 75-летнюю казачку, которая помнит это время, как мы с тобою помним 1830 год. Я от нее не отставал..." (4). Покидая Бердскую слободу и прощаясь с Бунтовой, Пушкин подарил ей - в благодарность за ее рассказы - золотой червонец. Этот червонец, а главное сама беседа с Пушкиным, стали для Бунтовой источником тяжелых переживаний. Бердские казаки и казачки, бывшие очевидцами беседы Бунтовой с поэтом, стали упрекать ее за то, что она пела и рассказывала о Пугачеве явно подозрительному человеку, пугали ее грозными взысканиями со стороны начальства. В.И.Даль, сопровождавший Пушкина в поездке в Бердскую станицу, вспоминал, что бердские станичники, "бабы и старики не могли понять, на что было чужому, приезжему человеку расспрашивать с таким жаром о разбойнике и самозванце, с именем которого было связано в этом краю столько страшных воспоминаний". Дабы избегнуть ответственности за этот "проступок" старой станичницы и "чтобы не дожить до какого греха да напасти", казаки на другой же день отправили подводу в Оренбург, привезли туда и старуху, и роковой червонец и донесли: "Вчера-де приезжал какой-то чужой господин, приметами: собой невелик, волос черный кудрявый, лицом смуглый, и подбивал под "пугачевщину" и дарил золотом: должен быть антихрист, потому что вместо ногтей на пальцах когти". Пушкин много тому смеялся" (6). Все кончилось для Бунтовой вполне благополучно, ее отпустили домой с миром и с пушкинским червонцем. Эпизод этот получил широкую известность в Оренбурге, он упомянут в письмах Е.З.Ворониной (7) и в дневнике К.А.Буха (8), которые встречались с Бунтовой при посещении Бердской станицы вскоре после Пушкина.
           Рассказы и предания, услышанные от Бунтовой, Пушкин отобразил в "Истории Пугачева"; следы их остались в черновых вариантах ее текста (2), а также в "Замечаниях о бунте" (3).
           Ирина Афанасьевна Бунтова являлась замечательной хранительницей народной памяти о Пугачевском восстании. В ее рассказах Пугачев был запечатлен как выдающийся предводитель восставших, как человек, отзывчивый к интересам простого народа. "В Берде Пугачев был любим; его казаки никого не обижали", - записал Пушкин со слов Бунтовой (1).
           Случилось так, что почти до самого конца XIX века пушкинская собеседница из Бердской станицы оставалась для литературоведов фигурой анонимной, безымянной. И открывший Бунтову Пушкин, и встречавшиеся с ней Даль, Воронина, Бух, а позднее А.И.Макшеев (9), не называли в своих писаниях фамилии и имени этой бердской казачки. Фамилию ее впервые установил адъютант штаба Оренбургского казачьего войска увлеченный краевед С.Н.Севастьянов. В марте 1899 он встретился в Бердах с казачкой Акулиной Тимофеевной Блиновой - очевидицей пребывания Пушкина в этой станице 19 сентября 1833. Блинова рассказала Севастьянову, что с Пушкиным в тот памятный день беседовала и пела ему песни Бунтова, но ее имени и отчества она, Блинова, не смогла вспомнить (10). Большая заслуга в воссоздании биографии Бунтовой принадлежит известному оренбургскому краеведу С.А.Попову, выявившему в Оренбургском архиве ряд неизвестных ранее документальных источников. Им, в частности, в ревизской переписи населения Бердской станицы, проводившейся в октябре 1816, была обнаружена и запись, где названы "вдова Ирина Афанасьева дочь, по мужу Бунтова" и живущие с ней дети: 18-летняя дочь Наталья и 14-летний сын Иван (11). Тем самым удалось установить полное имя Бунтовой, ее возраст и состав семьи. Позднее тот же С.А.Попов при просмотре метрической книги Богородицкой церкви нашел запись, указывающую на точную дату смерти Бунтовой. В записи сообщается, что 4 июля 1848 г. умерла "Бердской станицы вдова, казачья жена Ирина Афанасьевна Бунтова, 96 лет"; скончалась она от холеры (12). Следует заметить, что в этой записи неточно указан возраст Бунтовой; в действительности ей в 1848-м шел 88-й год. Документы, освещающие отдельные факты биографии Бунтовой, были выявлены Р.В.Овчинниковым в ходе разысканий, проведенных в архивах Москвы и Оренбурга (13).

Примечания:

1. Пушкин. Т.IX. С.496, 497;

2. Там же. С.18, 26, 48, 50, 51, 471, 472;

3. Там же. С.371;

4. Пушкин. Т.XV. С.83;

5. Духовная роспись прихожан церкви в Нижнеозерной церкви за 1773 г. - ГАОО. Ф.173. Оп.11. Д.728. Л.150;

6. Даль В.И. Воспоминания о Пушкине // Пушкин в воспоминаниях современников. М., 1974. Т.2. С.222, 223;

7. Русский архив. 1902, №8. С.647, 658-660;

8. РГБ ОР. Ф.43. П.5. Д.1. Л.4;

9. Макшеев А.И. Рассказы о Пугачеве // Русская старина. 1870. №10. С.418;

10. Севастьянов С.Н. Несколько указаний о пребывании Пушкина в Бердах // Труды Оренбургской ученой архивной комиссии. Оренбург, 1900. Вып.6. С.233, 234;

11. Попов А.С.: 1) "Старуха в Берде" // Южный Урал, 1966, 14 января; 2) Оренбургские собеседники А.С.Пушкина // Советские архивы. 1969, №5. С.113-116;

12. Попов С.А. Еще о "Старухе в Берде" // Южный Урал. 1977, 9 октября;

13. Овчинников Р.В.: 1) Над "пугачевскими" страницами Пушкина. М., 1981. С.49-70; 2) За пушкинской строкой. Челябинск, 1988. С.22-26.

Биографическая справка перепечатывается с сайта
http://www.orenburg.ru/culture/encyclop/tom2/m.html 

Далее читайте:

Крестьянское восстание 1773-1775 годов (описание события и биографический указатель).

Пугачев Емельян Иванович (+1775), руководитель крупнейшего народного движения.

Пушкин А.С. История Пугачева.

 

Когда Александр Сергеевич Пушкин побывал в Бердской станице и там поговорил со старожилами о пугачевщине, то тут же в Оренбург пошла депеша, в которой сообщалось, будто бы приезжал какой-то чужой господин с приметами: собой невелик, волос черный кудрявый, лицом смуглый... должен быть антихрист, потому что вместо ногтей на пальцах когти. Ну, мы-то знаем, что Пушкин вовсе не антихристом был. Наверное, он в то время не так хорошо, как обычно, ухаживал за своими ногтями. Вот и нафантазировали казаки про него. В наше время покрытие ногтей гель-лаком полностью избавит обладателя таких ногтей от подобных ассоциаций у окружающих людей.

 

 

ХРОНОС: ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ В ИНТЕРНЕТЕ



ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС