   |
| |
 |
Кривицкий Вальтер Германович |
1899-1941 |
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ |
XPOHOCБИБЛИОТЕКА ХРОНОСАИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИБИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫСТРАНЫ И ГОСУДАРСТВАИСТОРИЧЕСКИЕ ОРГАНИЗАЦИИЭТНОНИМЫРЕЛИГИИ МИРАСТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫМЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯКАРТА САЙТААВТОРЫ ХРОНОСА |
«Я был агентом Сталина»Кривицкий Вальтер Германович (наст, имя Гинзберг Самуил
Гершевич, 28.6.1899-10 2.1941). Капитан ГБ (1935). Член партии с 1919 г.
Родился в семье торгового служащего в г. Подволочиске (Австро-Венгрия, ныне
Тернопольской обл., Украина). Учился в гимназии во Львове. В 1918-1921 гг.
находился на нелегальной партийной работе по линии Коминтерна в Австрии и
Польше. С 1921 г. - сотрудник IV (Разведывательного) управления Штаба РККА.
Работал в Польше и Германии (1921-1925). Сотрудник-литератор, пом.
начальника 3-й части 3-го отдела РУ Штаба РККА (ноябрь 1925 - май 1926)
Затем на нелегальной работе в Германии и других европейских странах. Использованы материалы кн.: В.Абрамов. Евреи в КГБ. Палачи и жертвы. М., Яуза - Эксмо, 2005. Кривицкий Вальтер Германович (Гинзберг Самуил Гершевич) (1899-1941). Советский разведчик, капитан госбезопасности. Родился в семье торгового служащего в Подволочиске (Австро-Венгрия). Член компартии с 1919 г. Владел польским, русским, немецким, французским, итальянским и голландским языками. В 1918-1921 гг. — на нелегальной партийной работе по линии Коминтерна в Австрии и Польше. С 1921 г. — сотрудник 4-го управления Генштаба РККА. В 1923 г., после окончания Академии РККА, направлен в Германию, где участвует в создании агентурной сети. Работая в центральном аппарате Разведупра, нелегально ездил в Италию, Швейцарию, Австрию. С 1926 г. снова работает в Германии. Затем возглавляет школу подготовки разведчиков в Москве. С 1931 г. — в ИНО ОГПУ. В 1934 г. — заместитель директора Института военной промышленности. В 1935 г. назначается главой советской военной разведки в странах Европы. В октябре 1936 г. направлен в Голландию руководить нелегальной ре-зидентурой ИНО ОГПУ. Осенью 1937 г., получив указание вернуться в СССР, попросил политического убежища во Франции, затем в США.1) Выдал сотрудникам английской разведки около ста имен советских разведчиков в странах Европы, в том числе и К. Филби2. На Западе опубликовал ряд статей, разоблачающих сталинский режим. В 1941 г., по официальной версии, покончил жизнь самоубийством в одном из отелей в Вашингтоне, по неофициальной версии — убит агентами Кремля. Кривицкий — автор книги воспоминаний «Я был агентом Сталина» (Krivitsky W.G. In Stalin's Secret Service. New York, 1939), изданной в Москве в 1995 г. под рубрикой «Жестокий век». «Мемуары необычны тем, — отмечено в аннотации к книге, — что их автор по своему высокому служебному положению в советских разведывательных органах имел возможность заглянуть не только за кулисы Кремля, но и в кое-какие тайники ОГПУ-НКВД». Названия семи глав книги говорят сами за себя: «Сталин заигрывает с Гитлером», «Конец Коминтерна», «Рука Сталина в Испании», «Как Сталин подделывал доллары», «ОГПУ», «Почему они признавались» (о жертвах Московских процессов 30-х годов), «Почему Сталин расстрелял своих генералов», «Мое бегство от Сталина». Отрывки из книги Кривицкого широко цитируются западными (а теперь и российскими) советологами в трудах, посвященных сталинской эпохе. Характерно, что в предвоенные годы ряд западных издательств и периодических изданий, «специализирующихся» на антисоветских публикациях, отказывались печатать многие материалы Кривицкого (и других перебежчиков), так как боялись обвинений в диффамации. Они не могли поверить, что все то, о чем он писал, могло происходить в России в XX в. Это касалось не только масштабов репрессий. Убежденные антисоветчики, в частности, не допускали даже мысли, что Сталин пойдет на сговор с Гитлером (что предсказывал Кривицкий) и что в 1939-1941 гг. коммунистический Советский Союз будет активно помогать фашистской Германии в войне с Францией и Англией поставками стратегического сырья и продовольствия. В предисловии к мемуарам Кривицкий пишет: «Вечером 22 мая 1937 г. я сел в поезд, чтобы вернуться из Москвы в Гаагу и приступить к своим обязанностям резидента советской разведки в Западной Европе. Вряд ли я тогда предполагал, что не увижу Россию, пока ею правит Сталин... Пока поезд мчался к финской границе, я сидел один в купе и размышлял о судьбе моих коллег, товарищей, друзей. Почти все они сидели под арестом, или брошены в лагеря... Долгие годы борьбы научили нас внушать самим себе, что победа над несправедливостями старого общества не может быть достигнута без моральных и физических жертв, что новый мир не может стать явью, пока не будут стерты следы старого порядка. Но неужели для этого надо было одним большевикам уничтожать других? Неужели революция была причиной их гибели, или революция сама давно уже погибла? Ответов на эти вопросы у меня не было...» Приводим также полный текст открытого письма Кривицкого, в котором он объясняет мотивы своего разрыва со сталинским режимом. Письмо было опубликовано в «Бюллетене оппозиции», а также в ряде американских социалистических газет. «Письмо в рабочую печать. Восемнадцать лет я преданно служил Коммунистической партии и советской власти в твердой уверенности, что служу делу Октябрьской революции, рабочего класса. Член ВКП(б) с 1919 года, ответственный военно-политический работник Красной Армии в течение многих лет, затем директор Института военной промышленности, я в течение двух последних лет выполнял специальные миссии Советского правительства за границей. Руководящие партийные и советские органы постоянно оказывали мне полное доверие, я был дважды награжден (орденом Красного Знамени и почетным оружием). В последние годы я с возрастающей тревогой следил за политикой Советского правительства, но подчинял свои сомнения и разногласия необходимости защищать интересы Советского Союза и социализма, которым служила моя работа. Но развернувшиеся события убедили меня в том, что политика сталинского правительства все больше расходится с интересами не только Советского Союза, но и мирового рабочего движения вообще. Через московские публичные — и еще больше через тайные — процессы прошли в качестве „шпионов" и „агентов гестапо" такие, выдающиеся представители старой партийной гвардии: Зиновьев, Каменев, И.Н. Смирнов, Бухарин, Рыков, Раковский и др., лучшие экономисты и ученые — Пятаков, Смилга, Пашуканис и тысячи других, перечислить их здесь нет никакой возможности. Не только старики, все лучшее, что имел Советский Союз среди октябрьского и пооктябрьского поколений, те, кто в огне гражданской войны, в голоде и холоде строил советскую власть, подвергнуты сейчас кровавой расправе. Сталин не остановился перед тем, чтобы обезглавить Красную Армию. Он казнил ее лучших полководцев, ее наиболее талантливых вождей: Тухачевского, Якира, Уборевича, Гамарника. Он лживо обвинил их, как и все свои другие жертвы, в измене. В действительности же именно сталинская политика подрывает военную мощь Советского Союза, его обороноспособность, советскую экономику и науку, все отрасли советского строительства. При помощи методов, которые еще станут известны (например, при допросе Смирнова и Мрачковского), кажущихся невероятными на Западе, Сталин — Ежов вымогают у своих жертв „признания", и инсценируются позорные процессы. Каждый новый процесс, каждая новая расправа все глубже подрывают мою веру. У меня достаточно данных, чтобы знать, как строились эти процессы, и понимать, что погибают невинные. Но я долго стремился подавить в себе чувство отвращения и негодования, убедить себя в том, что, несмотря на это, нельзя покидать доверенную мне ответственную работу. Огромные усилия понадобились мне — я должен это признать,— чтобы решиться на разрыв с Москвой и остаться за границей. Оставаясь за границей, я надеюсь получить возможность помочь реабилитации тех десятков тысяч мнимых „шпионов" и „агентов гестапо", в действительности преданных борцов рабочего класса, которые арестовываются, ссылаются, убиваются, расстреливаются нынешними хозяевами режима, который эти борцы создали под руководством Ленина и продолжали укреплять после его смерти. Я знаю — я имею тому доказательства, — что голова моя оценена. Знаю, что Ежов и его помощники не остановятся ни перед чем, чтобы убить меня и тем заставить замолчать, что десятки на все готовых людей Ежова рыщут с этой целью по моим следам. Я считаю своим долгом революционера довести обо всем этом до сведения мировой рабочей общественности. В. Кривицкий (Вальтер). 5 декабря 1937 года» (Бюллетень оппозиции. 1937. № 60-61). Примечания1) Кривицкий не вернулся в Москву, так как прекрасно знал, что его ждет: по давляющее большинство советских разведчиков, работавших за рубежом и вернувшихся на родину в период «большой чистки», были репрессированы. Особенно это касалось тех, кто (как и Кривицкий) когда-либо работал под началом Я.К. Берзина. Невозвращенцами в конце 1930-х годов стали также А. Орлов, Г. Агабеков, И. Ахмедов, И. Рейсс и другие наши резиденты и дипломаты. Сталинские чистки нанесли колоссальный урон советской агентурной сети в Западной Европе. 2) Кривицкий передал информацию о Филби, но имени его не назвал (возможно, не знал). Тем не менее, кремленолог И. Бунич пишет: «К. Филби — двойной агент, выданный англичанам еще в 1940 г. В. Кривицким и с тех пор снабдивший советскую разведку таким количеством дезинформации, которая могла бы привести к катастрофе не одну страну, а целый континент» (Бунич И. Операция «Гроза», или Ошибка в третьем знаке. Т. 2. СПб., 1994. С. 543). Использованы материалы кн.: Торчинов В.А., Леонтюк А.М. Вокруг Сталина. Историко-биографический справочник. Санкт-Петербург, 2000 Здесь читайте:Карательные органы СССР (справочник, включающий в себя также указатель имен) Сокращения (в том числе краткая расшифровка аббревиатур)
|
|
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ |
|
Проект ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,на следующих доменах:
|
