Любатович, Ольга Спиридоновна

1854-1917

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ

XPOHOC

БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА

ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ

ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ

ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ

СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА

ИСТОРИЧЕСКИЕ ОРГАНИЗАЦИИ

ЭТНОНИМЫ

РЕЛИГИИ МИРА

СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ

МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ

КАРТА САЙТА

АВТОРЫ ХРОНОСА

Из Дознания о дочери инженера Ольги Любатович...:

" Дочь служившего в Москве инженера путей сообщения, Ольга Любатович, будучи 17 лет от роду, в 1871 г. отправилась в Швейцарию, где слушала курс медицины в цюрихском университете.

В.Н.Фигнер:

"Ольга Любатович была принята и члены Комитета в 1879 г., вскоре после основания «Народной Воли». На Воронежском съезде землевольцев она не присутствовала, хотя была членом этого общества: она оставалась тогда еще за границей, куда по настоянию друзей уехала после убийства Мезенцова (4 августа 1878 г.). По натуре очень живая, энергичная и способная, она была моей товаркой по Цюрихскому университету и Берну, куда мы перешли после известного циркуляра русского правительства, грозившего недопущением к экзаменам в случае продолжения курса в Цюрихе. В студенческом кружке Бардиной, среди «Фричей», как называли нас, она отличалась горячностью и резкой нетерпимостью."

Из Дознания о дочери инженера Ольги Любатович...:

" По возвращении в Россию она поступила простою работницею на бумагопрядильную фабрику в окрестностях Москвы и распространяла среди рабочих социалистического учения. Арестованная в 1875 г. она три года просидела в тюрьме, а в 1877 г., по осуждении ее судом, выслана была в Сибирь и водворена в Тобольской губ. В июле 1878 г. она бежала с места ссылки заграницу, а вслед за распадением социалистического сообщества на группы террористов и народников, появилась в Россию, как член первой из этих групп и как лицо, близкое к Николаю Морозову, выбранному на Липецком съезде редактором обозрения „Народная Воля".

Н.А.Морозов:

"У Малиновской среди остальных ее обычных гостей сидела незнакомая мне молодая девушка с огромной черной, как вороново крыло, косой, красивыми серыми глазами и немного смуглым цветом лица.
Как водилось в нашей среде, я поздоровался и с нею за руку, как со знакомой, и сел к столу, подвинув себе стул, почти против нее.
— А знаешь, кто это? — улыбаясь, сказала мне Малиновская, показывая на нее.
— Нет.
— Это Ольга Любатович. Она убежала из Сибири с поселения по московскому процессу.
— Как же вы убежали?—спросил я девушку.
— Очень легко! — сказала она живо. — Исправник очень нас притеснял там. Он требовал, чтоб мы являлись в полицию каждый день расписываться в книге, задерживал письма, не передавал посылки. Я этим и воспользовалась. Я нарочно несколько раз угрожала ему, что он заставит меня своими преследованиями утопиться с отчаяния. А когда наступило время, я взяла с собой лишнее пальто, башмаки, шляпу и платье и, положив все это на берегу реки, уехала из города на приготовленном экипаже, распространив через оставшихся товарищей слух, что я утопилась.
...Глаза Ольги Любатович сверкали при этом рассказе. Она была удивительно хороша в этот момент, настоящая героиня романа, искренняя, скромная в оценке своих необыкновенных поступков и в то же время совершенно непохожая на тех девушек и женщин, которых я раньше знал.
Да, в ней было что-то особенное, героическое и вместе женственное, и это с первого же часа нашего знакомства сильно подействовало на меня. Образы отсутствующих обладательниц моего сердца стали быстро тускнеть, и, когда прошел этот вечер и я отправился ночевать к одному из моих друзей, присяжному поверенному Ольхину, в моем воображении оставался только один ее образ, и я чувствовал, как он завладевал всей моей душой, в которой слишком велика стала потребность не безмолвной, как прежде, а разделенной любви."

Из Дознания о дочери инженера Ольги Любатович...:

" Осенью 1880 г., проживая с ним в С.-Петербурге на одной квартире под именем супругов Хитрово, она была заподозрена полициею и в ноябре того же года вместе с Морозовым подвергнута домашнему аресту, но оба успели скрыться.
Любатович время с февраля 1880 г. по май 1881 г. провела заграницей, возвратившись в С.-Петербург проживала в селе Исаковка, находящемся за Охтою, под именем Ольги Дорошенко и была в частных сношениях с арестованной 3-го сентября государственной преступницей Татьяной Лебедевой.

В.Н.Фигнер:

"Но, когда я встретила ее в 1880 году, ее нельзя было узнать, — такая вялая и бездеятельная она была. Я думала, что пребывание в ссылке (она была осуждена на поселение по «делу 50-ти») так повлияло на нее, отчуждив от жизни и революционной среды, пошедшей по другой дороге, чем та, по какой шла она и ее товарищи по так называемой московской организации, но, вероятно, это зависело и от ее болезненного состояния.

Арест Морозова и смерть ребенка, родившегося за границей, совершенно ее перевернули. Она приехала в Россию, пылая местью правительству, и была настоящей тигрицей, когда я посетила ее в Москве."

Н.Морозов - О.Любатович:

"Наша жизнь еще нужна. Отдадим ее на мщение врагам. Не давай тоске овладевать тобой, работай больше, как можно больше, как можно больше. Это облегчит тебя. Заводи сношения, организуй партию в ожидании меня. Помни, что теперь ты одна представительница терроризма и на тебе лежит обязанность не дать ему заглохнуть. Работай же для него. Умереть теперь было бы малодушно. Обо мне не беспокойся. Я обещал тебе и сумею выпутаться теперь или после суда. Верь этому. Что я умру—невероятно; теперь, к сожалению, очень многие опаснее меня".

О.Любатович:

"В то время, когда было писано упомянутое письмо, очень немногие из членов Исполнительного Комитета и партии „Народной Воли" разделяли теорию систематического террора; вот почему я, расходясь с большинством во взглядах, как на способ ближайшей революционной деятельности, так и на принципы организации, вышла из членов Исполнительного Комитета и задумала создать новую организацию террористов, сплотив единомыслящие со мной элементы, остававшиеся до тех пор разрозненными. Поступая подобным образом, я думала, что принесу наибольшую пользу тому великому революционному делу, во имя которого вот уже два года работает наша революционная партия и во главе ее эта, сильная организация, носящая название „Исполнительного Комитета". Только потому решилась я выйти из этой организации и создать самостоятельную группу, что, по моему мнению, это способствовало бы расширению революционных сил и более наглядно содействовало бы выяснению и систематизации практических задач партии". Итак, выйдя из организации, я намеревалась, конечно, не вредить моим старым товарищам, а, напротив, идти рука об руку с ними к одной и той же дорогой для всех нас цели".

В.Н.Фигнер:

"От «Народной Воли» она отмежевалась и обнаруживала большую неприязнь к нашей организации. Народовольцы, в свою очередь, выражали неудовольствие, так как, предполагая завести свою особую террористическую фракцию, Любатович пользовалась прежними связями, стараясь использовать их в своих видах. Сильный душевный подъем сказывался в ней в ярких формах, в энергии, не думающей ни о препятствиях, ни об опасностях. Не знаю, надолго ли хватило бы этого подъема; быть может, это была некоторая истеричность, но в то время она была очень интересна — эта тигрица, разъяренная и красивая новой красотой, развернувшейся от материнства. Она ничем уже не напоминала апатичную и бесцветную Ольгу 1879 года, составлявшую разительный контраст с остальными народовольцами, полными всей энергией новаторов и завоевателей нового пути, на котором предстояли громадные преодоления. Ольга и не подозревала, что все ее планы будут залиты холодной водой в тюрьме, а эта тюрьма ее уже подстерегала."

Из Дознания о дочери инженера Ольги Любатович...:

" В половине октября она выбыла в Москву, где и была арестована ...6-го ноября 1881 г. в Москве, в Grand Hotel под именем Марии Святской."

В.Н.Фигнер:

"Ольга Любатович, арестованная 6 ноября, к суду ...не была привлечена: ее сослали административно в Сибирь, где она вышла замуж за своего сопроцессника по «делу 50-ти» — Джабадари.

В своих воспоминаниях Любатович писала, что директор департамента полиции Плеве предлагал ей взять на себя миссию переговоров с Исполнительным Комитетом о прекращении террора. Она отказалась, но указала для этого Романенко, который за границей под псевдонимом Тарновского напечатал горячую брошюру в защиту террора."

Н.А.Морозов - О.Любатович:

"Но когда в порыве новом
Речь я заводил
О борьбе с врагом суровым
До последних сил,
Снова клялся за свободу
Душу положить
И врагам за все невзгоды
Братьев отомстить
Все черты твои светлели,
Нет следа тоски!
И глаза твоя горели,
Словно огоньки."

В.Н.Фигнер:

"Ольга Любатович, арестованная 6 ноября, к суду тоже не была привлечена: ее сослали административно в Сибирь, где она вышла замуж за своего сопроцессника по «делу 50-ти» Джабадари ".

Использован материал с сайта "Народная Воля" - http://www.narovol.narod.ru/

Здесь читайте:

Персоналии "Народной Воли", "Земли и Воли", деятели революционного движения 1870-80-х гг. и другие действующие лица

 | АБ | БА | ВА | ГА | ДА | ЕА | ЖА | ЗА | ИА | КА | ЛА | МА | НА | ОА |

| ПА | РА | СА | ТА | УА | ФА | ХА | ЦА | ЧА | Ш-ЩА | ЭА | ЮА | ЯА |

Народная воля, революционно-народническая организация, образовалась в августе 1879 г.

Земля и воля, тайное революционное общество, существовало в 1870-е гг.

Петрашевцы, участники кружка М. В. Петрашевского (1827-1866).

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ

 Проект ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

на следующих доменах:
www.hrono.ru
www.hrono.info
www.hronos.km.ru,

редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС