Селивачев Владимир Иванович
       > НА ГЛАВНУЮ > БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ > УКАЗАТЕЛЬ С >

ссылка на XPOHOC

Селивачев Владимир Иванович

1868-1919

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА

ХРОНОС:
В Фейсбуке
ВКонтакте
В ЖЖ
Twitter
Форум
Личный блог

Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ
ХРОНОС. Всемирная история в интернете

Владимир Иванович Селивачев

Не успел стать белым...

Селивачев Владимир Иванович (14.06.1868-17.09.1919) Генерал-майор (22.03.1914). Генерал-лейтенант (1917). Окончил Николаевскую академию Генерального штаба (1894). Участник Первой Мировой войны: командир 4-й Финляндской бригады, 1914 — 1915; командир 4-й Финляндской дивизии в 22-м армейском корпусе, 1915—1917; командир 49-го армейского корпуса; 18.07.1917 одержал крупную победу в боях у Зборова; 1917. Призван в Красную армию 12.1918; офицер во Всероссийском главном штабе, 12.1918 — 07.1919; помощник командующего Южным фронтом и командующий ударной группой 8-й армии и части войск 13-й армии, 08 - 09.1919; умело противостоял успешному наступлению Добровольческой армии генерала Май-Маевского и вывел всю группу из окружения, сохранив от полного разгрома. Внезапно умер 17.09.1919.

По одной из версий — отравлен. Тем более что подозревался в сочувствии Белой армии, да и последующий побег две недели спустя командующего 8-й армией Ратайского к генералу Деникину лишь усиливает правдивость этой версии. Кроме того, имеется личная телеграмма Ленина от 16.09.1919 в Военный совет Южного фронта, в которой указывается на возможность измены Селивачева.

Использованы материалы кн.: Валерий Клавинг, Гражданская война в России: Белые армии. Военно-историческая библиотека. М., 2003. 


Участник Первой мировой

Селивачев Владимир Иванович (14.6.1868 -17.9.1919), рус. генерал-лейтенант (22.9.1916). Образование получил в 1-м Павловском училище (1888) и Николаевской академии Генштаба (1894). Выпущен в 147-й пех. Самарский полк. Служил на различных штабных должностях. Участник рус.-японской войны 1904-05. С 11.4.1905 командир военно-санитарного парохода «Полезный», с 9.1.1908 - 179-го пех. Усть-Двинского полка, с 2.11.1911-4-го Финляндского стрелкового полка. С 2.4.1914 начальник 4-й Финляндской стрелковой бригады, с которой вступил в мировую войну. Дейстьовал на Юго-Западном фронте. В мае 1915 бригада развернута в дивизию. За успешные боевые действия в февр.-мае 1915 у деревень Расохач и Гай-Вышний награжден 1.9.1915 орденом Св. Георгия 4-й степени, а 10.11.1915 Георгиевским оружием. 6(19).8.1916 С. по собственной инициативе форсировал Стоход и захватил у Тополы Червищенский плацдарм, взяв 1146 пленных, 1 орудие, 4 миномета и 18 пулеметов. После Февральской революции 6.4.1917 назначен командиром XLIX АК, вошедшего в состав 11-й армии ген. А.Е. Тутора. Во время Июньского наступления 1917 19 июня (2 июля), имея в составе корпуса 82-ю пех., 4-ю и 6-ю Финляндские стрелковые дивизии и Чехословацкую бригаду, нанес поражение IX австро-венгерскому корпусу у Зборова. В разгар наступления 26.6.1917 сменил командующего 7-й армией ген. Л.Н. Бельковича. После разгрома соседней 11-й, армии 8(21) июля начал отвод армии. Южная герм. армия продолжала давление по фронту армии, а Зборовская группа ген. А. фон Винклера, нанеся поражение 11-й армии двигалась в тыл армии С. 9(22) июля вышел на р. Серет, но закрепиться не смог. Попытка закрыть разрыв XXXIV АК потерпела неудачу, одновременно XXII АК самовольно покинул позиции. В 10(23) июля занял фронт в долине Стрыпы и Серета и имел в составе своей армии VI, ХХП, XXXIV, XLI и VII Сибирский АК, на подходе находился П гвардейский корпус. В тот же день части Южной герм. армии ген. Ф. фон Ботмера опрокинули XXXIV АК, заставив С. вновь отвести армию. 12(25) июля сдал Бучач и Монастержиску, потеряв линию Стрыпы. К 15(28) июля собрал армию в районе Гусятина. 16(29) июля Южная армия перешла в наступление; XXXIV и XLI АК отбили атаку Бескидского корпуса, а VII Сибирский АК и 11 гвардейский корпус сдержали XXV австро-венгерский корпус. 17(30) июля XXXIV и XLI АК контратакой сорвали новое наступление противника. 19 июля (1 авг.) ХХП, XXXIV и XLI АК опрокинули Бескидский герм. и XXV австро-венгерский корпуса и вернули Гусятин. Во время выступления ген. Л.Г. Корнилова выступил в его поддержку и был арестован армейским комитетом. 9 сентября отстранен от должности «за причастность к мятежу». В декабре 1918 вступил в Красную армию, сотрудник комиссии по исследованию и использованию опыта войны при Всероглавштабе. В августе - сентябре 1919 помощник командующего Южным фронтом и одновременно командующий группой войск (8-я и часть 13-й армий, Воронежский укрепленный район, 2 дивизии). Участвовал в августовском наступлении против Добровольческой армии на Курпянском направлении, в районе Белгорода и Волчанска, при отходе на линию Короча-Новый Оскол и на Обоянском направлении. Умер от тифа. 

Использован материал из кн.: Залесский К.А. Кто был кто в первой мировой войне. Биографический энциклопедический словарь. М., 2003


Скоропадский о Селивачеве

Скоропадский Павел ПетровичЯ немедленно, раздобыв себе автомобиль, поехал в Бучач к командующему армией, в сопровождении какого-то, вновь прибывшего, французского офицера. К командующему Селивачеву прибыл я вечером. Хороший генерал, это тоже один из честных русских генералов. Вообще, как и во всем в России, вечно самые яркие контрасты, также и в среде генералов. Чуть ли не ходячее мнение, что наш высший командный состав плох. Это, по-моему, неверно; среди нашего генералитета были действительно светлые личности, и к таким, между прочим, я причисляю Селивачева. Но при существующей у нас вечной анархии и справа, и слева честным людям приходится преодолевать несравненно больше препятствий для проявления своей воли и инициативы в полезную сторону, чем где бы то ни было в другой стране.

Прибыв к Селивачеву, я сразу понял, что дело неладно. Бучач, дотоле шумный, где в течение очень долгого времени стоял штаб 7-й армии, и теперь кипел жизнью, но чувствовалось, что уже прошли времена, когда над штабом витала победа, теперь настроение у всех было подавленное — немцы прорвали фронт в нескольких местах, наши войска, видимо, по всей линии отступали. Мой корпус с утра был уже выдвинут из резерва в Мужилове в северо-западном направлении, но ввиду того, что корпуса, находящиеся на фронте, уже отступали, он получил приказание сосредоточиться в районе Барнакова, куда он должен был прибыть к утру. От Селивачева я получил все должные указания и ушел добывать автомобиль. Помню, что уходя, встретил комиссара при 7-й армии, заменившего Савинкова, я его видел до этого раза два, и он меня поразил своим видом непогрешимого папы. Все, что он делал или говорил, по его мнению, было великолепно, он считал, что именно он является решающим голосом во всех вопросах, на нас он смотрел свысока. С виду это был человек лет 55, с большой бородой, по профессии, кажется, врач, бывший политический каторжник. Теперь, когда я его встретил, у него был совершенно растерянный вид. Он обратился ко мне и спросил, можем ли мы удержаться и не является ли это началом разгрома армии. Раздосадованный всеми порядками, заведенными у нас в армии этими людьми, я ему довольно резко ответил, что в обыкновенное время мы бы довольно быстро локализировали прорыв и остановили противника, но теперь с новыми порядками не знаю, что из всего этого выйдет. Он от меня отскочил.

В Варнаков приехал поздно ночью, штаб и войска мои еще туда не прибыли. Я переночевал в хате; к утру подошли сначала какие-то наши обозы, а затем и штаб. Началось так называемое «Тарнопольское отступление», которое является одной из самых печальных, до отчаяния тяжелых страниц нашей военной истории. Я не буду подробно останавливаться на боевых действиях моего корпуса, что совершенно не представляет интереса для выяснения дальнейших политических событий, в которых я играл роль. Ограничусь лишь коротким перечнем событий. В течение двух войн мне приходилось бывать в очень неприятных положениях, но, как я уже говорил, таких нравственных мучений, которые я пережил с 8-го по 18 июля, т.е. когда мы окончательно осели на Збруче у Саганова, я никогда не забуду.

9-го у Барнакова был бой при очень трудных для меня условиях, из которых главное — перерыв связи по фронту и вглубь с командующим армией. Помню, что когда связь эта восстановилась, я в тот день объехал все свои части, выдвигая их на позиции, торопя, подбадривая, вернулся в Барнаков, довольный своей деятельностью, и полагал, что Селивачев, получив вечером мое донесение, будет тоже очень доволен. Каково же было мое удивление, когда, подойдя к аппарату, я вдруг прочел: «Вы действуете медленно, потрудитесь проявить больше энергии и т.п.» Я совершенно не понимал, какой еще энергии он от меня требует. Не имея никакой связи, мне пришлось разослать всех своих ординарцев и адъютантов. Лично я, когда части подходили, объездил все полки, говорил с ними, затем перед подходом к позиции опять разговаривал с начальствующими лицами и, благодаря личному воздействию, могу сказать без преувеличения, части недурно разворачивались. Я был доволен, и... вдруг нагоняй, да еще какой! Долго спустя, уже в Меджибожье, в мирной обстановке, как-то раз, когда Селивачев был у меня, я его спросил, почему он так тогда на меня напал. Селивачев внимательно меня выслушал, мы разобрали все детали разворачивания корпуса. Оказалось, что он ошибся, полагая, что дивизии уже были сосредоточены против своего будущего фронта и что им нужно было только подвинуться вперед. В то же время, на самом деле, дивизии были сосредоточены частью почти у самого Барнакова, частью же еще не подошли с ночного марша, поэтому обстановка для разворачивания была очень сложной и требовала, при самом большем напряжении, значительно более долгий срок. Селивачев разобрался во всем этом и сразу согласился. Вообще, это был редко честный человек.

П.П. Скоропадский. Мои воспоминания. Цит. по кн.: Александр Смирнов. Проект "Украина" или Звездный год гетмана Скоропадского. М., Алгоритм. 2008. с. 53-55. (Дело происходит летом 1917 года).


Далее читайте:

Первая мировая война (хронологическая таблица)

Участники первой мировой войны (биографический справочник).

Литература:

Ганин А.В. Последние дни генерала Селивачева: Неизвестные страницы Гражданской войны на Юге России. М., Кучково поле, 2012.

Монография посвящена неизвестным событиям истории советского наступления на Южном фронте в августе-сентябре 1919 г. и роли в них выдающегося отечественного военного деятеля начала XX в. бывшего генерал-лейтенанта Владимира Ивановича Селивачева. В ходе наступления жизнь Селивачева, командовавшего одной из двух ударных групп Южного фронта РСФСР, трагически оборвалась при загадочных обстоятельствах. В белом лагере считалось, что Селивачев сознательно сорвал операцию красных, поскольку был тайным противником большевиков, за что и поплатился жизнью. В лагере красных одни считали его героем, другие—потенциальным изменником. Автором предпринята попытка на основе широкого круга документальных материалов, значительной части которых никогда прежде не касалась рука исследователя, приоткрыть завесу тайны над произошедшими событиями. В работе впервые детально проанализированы жизненный путь Селивачева, ход боевых действий на фронте группы Селивачева и обстоятельства разгрома 8-й советской армии белыми. В издании публикуются прежде неизвестные уникальные документы из архива семьи Селивачевых. Исследование адресовано широкому кругу читателей, интересующихся военным прошлым нашей страны.

 

 

 

ХРОНОС: ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ В ИНТЕРНЕТЕ



ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС