Суриков Иван Захарович
       > НА ГЛАВНУЮ > БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ > УКАЗАТЕЛЬ С >

ссылка на XPOHOC

Суриков Иван Захарович

1841-1880

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА

ХРОНОС:
В Фейсбуке
ВКонтакте
В ЖЖ
Twitter
Форум
Личный блог

Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ
ХРОНОС. Всемирная история в интернете

Иван Захарович Суриков

Суриков Иван Захарович (25.03.1841-24.04.1880), русский поэт. Родился в д. Новоселово Ярославской губ., в семье оброчного крепостного, работавшего приказчиком в Москве.

Весной 1849 Суриков вместе с матерью переехал к отцу. Мальчик много читал, но родители всячески препятствовали его книжным увлечениям. Во 2-й пол. 50-х Суриков уже писал стихи, которые не дошли до нас: поэт их уничтожил.

К н. 1860-х относится первое выступление Сурикова в печати. А. Н. Плещеев помог молодому поэту напечатать стихи в журнале “Развлечение”. В эти же годы произведения Сурикова появляются в “Воскресном досуге”, “Иллюстрированной газете”. В сер. 60-х Суриков уходит от отца и работает переписчиком бумаг, наборщиком. Безденежье и неудачи тяжело отразились на его здоровье и заставили вернуться к отцу и приняться за торговлю. В 1871 выходит первый сборник его стихотворений. В сер. 70-х Суриков избирается членом Общества любителей российской словесности.

В поэзии Сурикова, наследовавшей традиции Кольцова, Никитина и Некрасова, отразились чувства и настроения городской бедноты и крестьян-тружеников. Многие стихотворения его по-настоящему лиричны и музыкальны. На его стихи писали музыку П. И. Чайковский, Ц. Кюи, А. Т. Гречанинов. Суриков по праву занимает заметное место среди поэтов некрасовской школы.

Русское небо


Суриков, Иван Захарович [25.III(6.IV).1841, дер.Новоселово Угличского у. Ярославльской губ., - 24.IV(6.V)1880, Москва] – русский поэт. В 1849 году был привезен родителями в Москву, где помогал отцу, работавшему в мелочной лавке. С детства, научившись грамоте, стал писать стихи. В 1862 году познакомился с А.Н.Плещеевым, который способствовал формированию поэтического таланта С. Начал печататься в 1864 году. Выпустил три сборника стихов (1871, 1875, 1877). Основные темы поэзии С. – жизнь крестьянства, городской бедноты, изнурительный труд, тяжелое положение женщины (стих. «Доля бедняка», «Что не жгучая крапивушка», «Два образа», «На мосту», «В могиле», «Умирающая швейка» и др.). С любовью С. рисовал крестьянский труд (стих. «Утро», «Косари» и др.), русскую природу («Весна», «Летом», «Осенью», «Зима»). Особое место занимают в его творчестве стихи о детях: «Детство» («Вот моя деревня…»), «В ночном», «На реке», «Клад». В произведениях на исторические темы ярко сказалась связь его поэзии с фольклором (поэмы «Канут Великий», «Богатырская жена», «Василько»). Глубокое сочувствие человеку из народа, стойко переносящему невзгоды, не желающему мириться с тяжкой долей, звучит в поэмах «Казнь Стеньки Разина», «Садко» (на ее основе создана одноименная опера Н.А.Римского-Корсакова) и др. Бунтарскими настроениями отмечена поэзия С. периода революционного подъема 70-х годов (стих. «Дубинушка», «Трудящемуся брату»).
Творчество С. впитало демократические традиции русской литературы и некоторыми сторонами перекликается с поэзией А.В.Кольцова, Т.Г.Шевченко, Н.А.Некрасова. Многие его стихи стали народными песнями: «Рябина» («Что шумишь, качаясь»), «Малороссийская песня» («Я ли в поле да не травушка была»), «В степи» (в народной обработке – «Степь да степь кругом») и др. С. основал объединение писателей из народа (см. Суриковский литературно-музыкальный кружок»).

Краткая литературная энциклопедия в 9-ти томах. Государственное научное издательство «Советская энциклопедия», т.7, М., 1972.


Суриков Иван Захарович (25.03[6.04].1841—24.03[6.05]. 1880), поэт. Родился в д. Новосёлово Угличского у. Ярославской губ. в семье оброчных крестьян гр. Шереметева. До 8 лет жил в деревне под опекой заботливой бабушки и матери. О деревенском детстве Суриков сохранил самые светлые воспоминания.

Весной 1849 вместе с матерью уехал в Москву к отцу, который завел на Ордынке собственную овощную лавку. Здесь Суриков выучился грамоте у двух сестер-богомолок из разорившейся купеческой семьи. Старшая из них ввела Сурикова в жизнь святых по книге «Четьи Минеи» Димитрия Ростовского и «Прологам» — церковно-учительным сборникам, включавшим в свой состав поучения отцов Православной церкви, повести, рассказы и духовные стихи, прославляющие жизнь и подвиги родоначальников восточного монашества. Влияние этих книг было столь велико, что уже 10-летним мальчиком Суриков стал мечтать о «тихой матери-пустыне», об иноческом подвиге. Младшая сестра, напротив, приобщила Сурикова к стихам русских поэтов-песенников: «Стонет сизый голубочек» И. И. Дмитриева, «Что ты рано травушка», «Не кукуй, кукушечка, во сыром бору» Н. Г. Цыганова, «Чернобровый, черноглазый», «Среди долины ровныя» А. Ф. Мерзлякова. Так в мироощущении будущего поэта устное народное творчество в бытовании и литературной обработке слилось с христианскими мотивами в единый и нерасторжимый сплав, явившись первотолчком к сочинению собственных стихов.

Увлечение Сурикова вызвало неудовольствие отца, мечтавшего воспитать себе помощника по торговому делу: «Книжки нам не рука, в попы, в писаря тебе не идти, наши дела не такие! Купцу лишняя книжность дохода не даст, а в мотовство того и гляди введет». Суриков терпеливо выслушивал нарекания отца, но в свободные от службы минуты продолжал читать А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, А. В. Кольцова, И. С. Никитина, Н. А. Некрасова, Ап. Майкова, А. А. Фета и по-прежнему сочинял стихи.

Во 2-й пол. 1850-х отец Сурикова разорился и для поправления дел вернулся в деревню, оставив жену и сына на попечение старшего брата. Суриков определился на должность младшего приказчика в лавке дяди, который попрекал родственников «каждым куском» и держал их в нужде и постоянном унижении.

В 1859 отец Сурикова вернулся в Москву и приобрел новую лавку для торговли железом и углем, опираясь на помощь сына во всех деловых предприятиях. К этому времени у Сурикова собралась целая тетрадь оригинальных стихов, которые в 1860 высоко оценил А. Н. Плещеев, заметивший в них «черты самобытности, а главное задушевность и глубокое чувство». Отзыв маститого поэта окрылил Сурикова, но занятия творчеством по-прежнему осложнялись бытовой неустроенностью.

В 1860 Суриков женился на бедной девушке-сироте М. Н. Ермаковой, чуткой и самоотверженной, ставшей верным его другом. После смерти матери в 1864 и вторичной женитьбы отца положение Сурикова в родительском доме стало невыносимым. Он вынужден был перебраться на казенную квартиру и содержать семью случайными заработками: перепиской бумаг, трудом наборщика в типографии. Позже Суриков вернулся в семейную лавку.

На исходе 1860-х Суриков знакомится с писателями— А. И. Левитовым, Ф. Д. Нефедовым, его стихи появляются в журналах «Дело», «Отечественные записки», «Семья и школа», «Воспитание и обучение». В 1871 выходит первое собрание стихотворений Сурикова, затем издание повторяется в 1875 и 1877. В н. 1870-х Суриков становится организатором литературных сил, заводит переписку с «поэтами русских окраин» и в 1872 собирает и публикует сборник писателей-самоучек «Рассвет».

В 1875, после выхода в свет второго издания собственных стихотворений, по предложению Ф. И. Буслаева, поддержанному Ф. Б. Миллером и Л. Н. Толстым, Сурикова принимают в Общество любителей российской словесности. Расширяется круг литературных знакомств, возникает замысел журнала, призванного объединить писателей из народа. Однако Суриков получает категорический запрет на это издание в полицейском управлении.

Годы житейских мытарств, неудач, полуголодного существования подрывают здоровье поэта: он заболевает туберкулезом. Предпринятые в 1878—79 попытки лечения не дают желаемых результатов. Суриков умирает в расцвете творческого дарования в 40-летнем возрасте.

Творческий путь Сурикова начинается с непосредственной обработки народных песен («В зеленом саду соловушка», 1863; «Могила», 1864) и с оригинальных стихов, написанных в подражание песням А. В. Кольцова («Песня», 1864; «Что ты жизнь мне дала?», «Эх, брат Ваня, Ваня...», оба — 1865). Но вскоре фольклорная и литературная стихии сливаются в органическое единство собственно суриковских песен («Доля бедняка», «Песня», обе — 1866). От стихов Кольцова их отличает тяготение к сюжетной картине, к жанрово-сценическим элементам, к более детализированным и конкретным образам. Появляются новации и в ритмике: наряду с кольцовским пятисложником с ударением на 3-м слоге («Песня-быль», 1879), многие песни Сурикова написаны хореем с ударением на 3, 7, 11-м слогах.

В стихах, где лирическое начало подчинено повествовательному, Суриков близок И. С. Никитину. Это рассказы о социальных драмах, житейские истории, пейзажные зарисовки («Горе», 1872; «Покойник», 1875; «Утро», «Нужда», оба — 1864; «Осень... Дождик ведром...», 1866; «Безработный», 1871). Но у Сурикова отсутствует детальная аналитическая разработка сюжета, сохраняется тяготение к песенной обобщенности.

У Некрасова Суриков подхватывает тему подневольного, тяжелого труда («В поле», 1873), мажорные ноты в обращении к привольному деревенскому детству, изображение драматической судьбы каторжника («В остроге», 1875).

Поэтические мотивы лирики Сурикова, в сравнении с его предшественниками Кольцовым и Никитиным, исполнены внутреннего драматизма. Источник его и в тяжелых жизненных обстоятельствах, и в сложных процессах развития народно-крестьянской культуры, являвшейся основой поэзии Сурикова. Кольцов и Никитин формировались на почве классического фольклора, Суриков жил в эпоху, когда устное народное творчество претерпевало необратимые изменения. Суриков не случайно явился создателем литературной формы «городского романса», который зародился в сер. XIX в. в среде крестьян-отходников, мелких торговцев, мещан, ремесленников. В лирике Сурикова изображается жизнь портных, швеек, сапожников, рабочих, бездомных бродяг, наполненная драматической борьбой за существование в «душных городах» («У могилы матери», 1865; «Умирающая швейка», 1875; «Тихо тощая лошадка», 1864). Для этих стихов характерна грустная напевность, психологический надрыв, но Суриков не отдается изображению оттенков душевных переживаний. В центре его романсов — сильные и цельные душевные состояния, передающие коллективные настроения городских бедняков. Тот же песенный, обобщенно-эстетический подход наблюдается и в стихах, посвященных крестьянской жизни. Голос поэта в них не индивидуализирован, это голос многих, голос масс, лишь слегка окрашенный индивидуальным лирическим чувством. Фольклоризм Сурикова не сводится к имитации, стилизации, к воспроизведению внешних форм устной народной поэзии. Он органичен, т. к. является частью художественного сознания поэта. Не случайно многие стихи Сурикова стали народными песнями («Рябина», 1864; «В степи», 1865; «Сиротой я росла...», 1867).

В русскую поэзию 2-й пол. XIX в. пришел своеобразный тип поэта, сформировавшегося в магнитном поле взаимопритяжений литературы и фольклора. Суриков уже не удовлетворен эстетическими ценностями народной песни, он тянется к «литературной» поэзии, он более, чем Кольцов, открыт ее влияниям, духовно от них не защищен. Но фольклорный тип мышления распространяется у Сурикова и на литературные образцы. Почти все его стихи ориентированы на какой-то текст-прототип в русской или украинской народной песне, в лирике Кольцова, Никитина, Ап. Майкова, Фета, Тараса Шевченко. Но многочисленные перепевы Шевченко, напр., лишь условно можно назвать переводами: скорее это вариации на темы известных, полюбившихся ему стихов.

Столь же свободно и раскованно относится Суриков к творчеству русских поэтов. Наивная неизбирательность и прямота его поэтических заимствований часто ставили в тупик критическую мысль, упрекавшую его в слепом подражании, эпигонстве. Но «подражательность» Сурикова — в природе его художественного дарования: он творит еще по законам коллективного искусства, распространяя их и на литературную почву. Синтезируя некрасовские и кольцовские традиции, Суриков вслед за Никитиным не чуждается поэтических открытий Майкова и Фета, соединяя различные традиции в пределах одного стихотворения.

При этом в 1870-х творчество Сурикова откликалось на живой художественный запрос. В русской поэзии этого периода разные эстетические «школы», достигнув предельной глубины своего обособленного развития, уже устремляются к синтезу, результаты которого дадут свои плоды в поэзии н. XX в. Сохраняя свойственный фольклору общенациональный масштаб, Суриков с непостижимой для его «вышколенных» современников свободой схватывает в спорящих между собою поэтических направлениях связующее их звено. В стихах Сурикова «От деревьев тени» (1868), ориентирующихся на стихотворение Фета «Облаком волнистым», происходит органическое слияние некрасовских и фетовских начал. Если у Фета образ «далекого друга» не конкретизирован, то у Сурикова он по-некрасовски заземлен: это нищий, бедняк, человек из народа. Но в духе народного мироощущения Суриков не связывает нищету лишь с материальной бедностью или богатством. Бедность у Сурикова — разновидность универсального нищенства каждого человека, вчера рожденного, а сегодня обреченного на смерть. А потому в его стихах ощутимо и сугубо христианское «нищелюбие», и отголосок христианских заповедей блаженства («блаженны нищие духом...»).

В мироощущении Сурикова вообще преобладает аскетический колорит. Даже драматические обстоятельства личной жизни, каторжный труд в пыльной угольной лавке он воспринимает как тяжкий, но и сладостный крест. И в личной жизни, и в поэтическом творчестве Суриков подчеркивает аскетическую суть человеческой жизни, говорит о страдании без гнева, но с чувством скорбного умиления. В стихотворении «Из бедной жизни» (1862 или 1863) изображается жилище бедняков, нищета и нужда. Но и сама убогость обстановки, и страдания больной жены сапожника излучают кроткое сияние христианской святости.

Критика часто упрекала Сурикова в однообразии и скудости его тематических мотивов: «Бедность крестьянина, выдача девушки замуж за немилого, притеснение мачехи или мужниной родни, тоскливое недовольство своей долей...» («Дело». 1875. № 8). Муза Сурикова «почти всегда печальна, погружена в тоску». Тема смерти действительно устойчива в лирике Сурикова. Но все стихи, ей посвященные, далеки от безнадежности, пессимизма и уныния. Всякий раз перед ужасом смертного испытания герои Сурикова проявляют завидную стойкость, духовное торжество над смертью, как, напр., в лирической миниатюре «В степи», ставшей популярной народной песней: «Вижу, смерть меня / Здесь в степи сразит, — / Не попомни, друг, / Злых моих обид». Тургенев говорил, что русские люди умирают удивительно, ибо в час последнего испытания думают не о себе и жалеют других. Теплая волна такой самозабвенной любви — обращение ямщика к молодой жене: «Пусть о мне она / Не печалится; / С тем, кто по сердцу, / Обвенчается!».

Поэтический пафос лирики Сурикова не в социальном протесте, не в упреках миру, а во внутренней силе человеческого духа, достойно принимающего неизбывное страдание, неотвратимый исход. Беды и несчастья, посещающие мир, лишь оттеняют красоту подвижнического терпения в суриковской «Рябине»: «Нет, нельзя рябинке / К дубу перебраться! / Знать, мне, сиротинке, / Век одной качаться». Не потому ли «Рябина» Сурикова стала общенародной песней в трагические годы Великой Отечественной войны.

Хотя поэзия Сурикова развивается в некрасовском русле, его отношение к Некрасову далеко от ученического: в музе Некрасова, по словам Сурикова, «нет ничего поэтического. Это сухая проза, притом односторонняя и ординарная. Он не уносит нас в обширный мир поэзии и не дает силы, окрыляющей человека». Сурикову-песеннику было чуждо социально-аналитическое начало в лирике Некрасова. Для его христиански настроенной души были неприемлемы некрасовские мотивы «печали и гнева».

Идиллический колорит детской темы в лирике Сурикова связан отнюдь не с ностальгией городского человека по утраченной сельской жизни. За темой социальной и здесь просвечивает евангельское представление о безгрешной душе. Воспоминания детства — это и мечты о святости: не случайно детство соседствует у Сурикова с мудрой старостью, уходящей от грехов мирских в мир духовный. Его старики — или рыбаки, или пчеловоды, они живут в лесном, отшельническом уединении («Дед Клим», 1879; «В тихом сумраке лампада», 1878—80).

Органичность освоения фольклорных элементов в поэзии Сурикова достигается там, где формулы фольклорной поэтики начинают определять художественную мысль произведения. Иногда все стихотворение строится как цикл взаимосвязанных образов-символов, восходящих к фольклору. Такова «Малороссийская песня» (1870), где судьба крестьянки последовательно соотносится со скошенной травой, срезанной пшеницей, сломанной калиной. Лирическая разработка фольклорных формул встречается в стихах «Жизнь» (1875), «Во тьме» (1875), «Где вы, песни светлой доли...» (1876), «Два образа» (1875) и мн. др.

Особое место в поэтическом творчестве Сурикова занимает исторический эпос: переложение былинных мотивов («Садко в Новегороде», 1871; «Садко у морского царя», 1872; «Богатырская жена», 1875), поэмы и баллады на сюжеты русской истории («Василько», 1876; «Казнь Стеньки Разина», 1877).

Стихи Сурикова неоднократно привлекали внимание русских композиторов: романсы А. Г. Гречанинова («В зареве огнистом»), Ц. А. Кюи («Засветилась вдали, загорелась заря»), А. П. Бородина («Не грусти, что листья с дерева валятся»), Н. А. Римского-Корсакова и А. С. Даргомыжского («Лихорадушка»), П. И. Чайковского («Я ли в поле да не травушка была», «Солнце утомилось», «Ласточка», «Рассвет», «В огороде, возле броду»). Многие песни Сурикова стали народными, и среди них особенно популярны «Рябина», впервые записанная О. В. Ковалевой в 1938 от ивановских ткачих и музыкально обработанная А. В. Свешниковым, а также народная песня «Степь да степь кругом».

Лебедев Ю.

Использованы материалы сайта Большая энциклопедия русского народа - http://www.rusinst.ru


Сочинения:

Стихотворения. М., 1881;

Стихотворения, М., 1884;

Песни. Былины. Лирика. Письма, М., 1927;

Собрание стихотворений, Л., 1951.

И. 3. Суриков и поэты-суриковцы. М.; Л., 1966.

Литература:

Брусянин В. Поэты-крестьяне: Суриков и Дрожжин. Пг., 1915;

«Друг народа», 1916, № 1 [статьи о И.З.Сурикове];

Ерзинкян Е.В., Художественное мастерство И.З.Сурикова, «Труды Кутаисского педагогического института», 1957,т. 17;

Лосев П., Песни поэта. И.З.Суриков, Ярославль, 1966;

Щуров И., Поэт из народа, «В мире книг», 1966, № 4;

История русской литературы XIX века. Библиографический указатель, под. ред. К.Д.Муратовой, М.-Л., 1962.

Яцимирский А. И. Первый кружок писателей «из народа» // Исторический вестник. 1910, кн. 4;

Прямков А. Встречи моего современника // Писатели из народа. Ярославль, 1958;

Скатов Н. Н. Поэты некрасовской школы. Л., 1968;

Корепова К. Е. Крестьянские писатели // Русская литература и фольклор. Вторая половина XIX века. Л., 1982;

Неженец Н. И. Поэзия И. 3. Сурикова. М., 1979.

Далее читайте:

И.З. Суриков. Казнь Стельки Разина (стихотворение).

 

 

 

 

ХРОНОС: ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ В ИНТЕРНЕТЕ



ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС