Игнатьев Николай Павлович

1832-1908

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ

XPOHOC

ФОРУМ ХРОНОСА

НОВОСТИ ХРОНОСА

БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА

ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ

ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ

ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ

СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА

ИСТОРИЧЕСКИЕ ОРГАНИЗАЦИИ

РЕЛИГИИ МИРА

ЭТНОНИМЫ

СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ

МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ

КАРТА САЙТА

АВТОРЫ ХРОНОСА

Игнатьев Николай Павлович (29.01.1832 - 03.07.1908), граф, дипломат-панславист и государственный деятель, игравший видную роль при императоре Александре II.
Выпускник Академии Генштаба, он начал свою дипломатическую карьеру с поста военного атташе в Лондоне. В 1858 году Игнатьевым был заключен торговый договор с Бухарой, а на следующий год граф был послан в Пекин для заключения договора о восточной русско-китайской границе, которая предварительно была определена Айгунским договором 1858 года. Использовав военное вторжение англичан и французов в Китай, Игнатьев сумел убедить китайцев в дружеском отношении России и заключить в 1860 году в Пекине договор, по которому за Россией признавались все земли на левом берегу Амура, а также территория между Уссури и Тихим океаном. Это позволило России основать Владивосток и стать влиятельной силой в данном регионе Тихоокеанского бассейна. Другим крупнейшим достижением Игнатьева как дипломата стало заключение Сан-Стефанского договора с Турцией в 1878 году, которым признавалась независимость Румынии, Черногории и Сербии, создавалось государство Великая Болгария и в целом укреплялись позиции России на Балканах.

После занятия престола Александром III Игнатьев был назначен министром внутренних дел. При нем была основана "Священная дружина" для борьбы с революционным движением. Игнатьев был смещен со своего поста после предложения восстановить существовавший в XVII веке земский собор, в котором император увидел попытку создать ограничивающее его права правительство. В дальнейшем Игнатьев не играл заметной политической роли.

Использованы материалы с сайта http://citycat.ru/historycentre/

Шарж на Н.П.Игнатьева

Игнатьев Николай Павлович - граф, российский дипломат и государственный деятель. Подписал Пекинский договор (1860). Директор Азиатского департамента МИДа России (1861-1864). С 1864 года - посланник, а затем посол в Стамбуле (1867-1877). Составил и подписал Сан-Стефанский мирный договор с Турцией (1878).

Николай Павлович родился 17 января 1832 года в Петербурге. Отец его, Павел Николаевич, крупный чиновник, был директором Пажеского корпуса, петербургским генерал-губернатором, в 1870-х годах - председателем Комитета министров. Мать, Мария Ивановна, владела каменным домом в Петербурге и дачей в Петергофе.

Николай воспитывался в пажеском Его Величества корпусе. В 1849 году он был произведен в офицеры и поступил в Академию Генерального штаба, обучение в которой завершил в 1853 году с большой серебряной медалью. В академии Игнатьев проявил незаурядные способности в изучении истории дипломатии, чем привлек внимание Николая I.

Во время Крымской войны Игнатьев находился в так называемых образцовых войсках, размещенных на прибалтийском побережье. После окончания войны ему был присвоен чин ротмистра, а в июле 1856 года в качестве военного агента (атташе) он приехал в Лондон.

Игнатьеву было поручено изучить новейшие достижения артиллерийского и инженерного дела в Англии, а также "привести в ясность военно-политические замыслы врагов наших в Европе и Азии". Он находился в распоряжении посла в Париже П.Д. Киселева. На Парижской мирной конференции Игнатьев в качестве военного эксперта принимал участие в переговорах с Турцией об определении границ. Переговоры увенчались блестящим для России успехом, в чем была немалая заслуга Игнатьева.

В 1857 году Николай Павлович отправился в большое путешествие по Европе и странам Ближнего Востока - он посетил Вену, Белград, Афины, Стамбул, Сирию, Палестину.

Вернувшись в Петербург, Игнатьев погрузился в среднеазиатские дела. Он подал несколько записок министру иностранных дел А.М. Горчакову с предложением отправить в Среднюю Азию ряд научных экспедиций, которые также изучали бы возможности развития торговли и собирали разведывательные сведения. Этот план был принят. В 1858 году экспедиции во главе с Игнатьевым было поручено установить дипломатические отношения с Хивинским и Бухарским ханствами.

Хивинский хан с недоверием отнесся к русской миссии. Под угрозой смертной казни жителям Хивы запрещалось разговаривать с русскими. Переговоры выдались тяжелыми и безрезультатными. В Бухаре Игнатьев заключил благоприятный для России договор, предусматривавший свободное плавание по реке Амударье русских судов, сокращение в два раза таможенных пошлин на ввозимые товары, учреждение в Бухаре торгового агентства. Бухарский эмир согласился на освобождение русских пленных и выслал по просьбе Игнатьева из Бухары английских агентов. В декабре 1858 года посольство Игнатьева возвратилось в Оренбург.

Результаты миссии Игнатьева высоко оценили в Петербурге. На отчетной записке Александр II поставил резолюцию: "Читал с большим любопытством и удовольствием. Надобно отдать справедливость генерал-майору Игнатьеву, что он действовал умно и ловко и большего достиг, чем мы могли ожидать".

Другим важным событием в начале дипломатической карьеры Игнатьева стала его поездка в Китай. В мае 1858 года в Айгуне был подписан русско-китайский договор, однако китайское правительство вскоре отказалось от его ратификации.

Игнатьев прибыл в Китай в разгар Англо-франко-китайской войны. Китайцы отказались обсуждать с ним спорные и нерешенные вопросы и вновь отвергли военную помощь. Тогда Игнатьев вошел в доверие к англо-французским союзникам. Ему удалось также завоевать высокий авторитет и у высших сановников Цинской империи, чему способствовало влияние русской духовной миссии в Пекине. 4(16) октября 1860 года Игнатьев прибыл в Пекин. В это время англо-французские войска приближались к городу. Оказавшись в безвыходном положении, великий князь Гун обратился к Игнатьеву с просьбой о посредничестве и примирении с западными державами. Гун обещал "завершить все дела с Россией тотчас по заключении мира" с Англией и Францией.

Игнатьев содействовал цинским сановникам на переговорах по заключению Пекинских англо-китайского и франко-китайского договоров. Как писал Николай Павлович Горчакову, китайские сановники "не предпринимали ничего, не спрося предварительного моего мнения и указания, как поступить". Игнатьеву принадлежит огромная заслуга в спасении Пекина с его императорским дворцом и древними историческими памятниками от разрушения.

30 октября был подготовлен текст русско-китайского договора, который был подписан 2(14) ноября 1860 года в Пекине. Россия приобрела территории, частично освоенные ею еще в XVII веке. Договор первыми оценили сибирские купцы. При проезде Игнатьева через Кяхту ему был преподнесен адрес, подписанный более чем 100 купцами Сибири, где выражалась благодарность за попечение об интересах русской торговли.

Игнатьев получил чин генерал-адъютанта и назначение на ответственный пост директора Азиатского департамента МИД. Он был человеком находчивым, умевшим войти в доверие к партнеру, сыграть на его слабостях. Использование разногласий и противоречий между противниками России являлось одним из эффективных приемов, применявшихся Игнатьевым. О его хитрости и коварстве ходили легенды. Сам же Игнатьев отмечал в одном из писем к родителям, что обладает русской сметкой, "которую люди принимают за хитрость и коварство".

В 1859-1861 годах в Петербурге состоялось несколько межведомственных совещаний по среднеазиатской политике. Наиболее аргументированно в пользу решительных действий в Средней Азии высказывался Игнатьев, который мотивировал необходимость наступательной политики в Средней Азии неизбежностью борьбы с Англией. На Балканах главную задачу дипломатии Игнатьев видел в восстановлении позиций России в этом регионе, для чего надо было перейти к поддержке освободительных стремлений балканских народов. Игнатьев призывал активизировать русскую политику в Средней Азии и на Дальнем Востоке, установить постоянные отношения с Китаем...

В июле 1864 года Игнатьев был назначен посланником в Стамбул, в августе следующего года он получил чин генерал-лейтенанта, а в марте 1867 года - звание чрезвычайного и полномочного посла. Отправляя Игнатьева в Стамбул, Горчаков предписывал ему придерживаться осторожного курса и действовать в рамках "европейского концерта".

В Стамбул Игнатьев приехал с молодой женой Екатериной Леонидовной, урожденной княжной Голицыной. По свидетельству современников, это была очень красивая блестящая и умная женщина, она стала верным другом и помощницей своему мужу. Брак Игнатьевых оказался счастливым. У них родилось шесть детей. Первый сын - Павел - умер в младенческом возрасте, этим же именем был назван третий сын, ставший в 1916 году министром народного просвещения. Игнатьева к тому же была очень богата, ей принадлежали дом в Москве, обширные владения в Могилевской и Киевской губерниях.

С помощью константинопольских христиан Игнатьеву удалось создать широкую агентурную сеть, благодаря которой он был осведомлен о положении в Османской империи. Среди агентов посла были и турецкие чиновники.

Игнатьев считал, что надежды правительства на урегулирование Восточного вопроса с помощью Союза трех императоров безосновательны, поскольку интересы Австро-Венгрии на Балканах противоположны интересам России. По мнению Игнатьева, умиротворение Боснии и Герцеговины можно было осуществить путем прямых русско-турецких переговоров без вмешательства других держав.

Несмотря на разногласия с правительственной линией в балканской политике, которые касались не стратегических, а тактических вопросов, Игнатьев проработал в Стамбуле почти 13 лет - до начала Русско-турецкой войны. Он участвовал в переговорах, связанных с созданием Румынии, в урегулировании критского вопроса и многих других, касавшихся национально-освободительного движения на Балканах. За действиями российского посла внимательно следили европейские политики. Француз Л. Гамбетта говорил: "Игнатьев представляется человеком будущего в России. Я его считаю самым проницательным и самым активным политиком нашего времени".

Летом 1875 года в провинции Османской империи Боснии и Герцеговине вспыхнуло народное восстание. Затем оно перекинулось в Болгарию. В декабре 1876 года представители держав собрались в Стамбуле на конференцию по Восточному вопросу. Россию представлял Игнатьев, избранный старшиной делегатов. По его указанию русским дипломатом А.Н. Церетелевым и секретарем американской миссии Ю. Скайлером был разработан "проект-максимум", предусматривающий административную автономию Болгарии с христианским губернатором. На случай возражения со стороны Англии Игнатьев разработал "проект-минимум", по которому Болгария делилась на две автономные провинции - западную и восточную.

В ходе предварительного совещания выяснилось, что англичане и австрийцы решительные противники единой Болгарии. Игнатьев, сделав некоторые уступки, добился принятия "проекта-минимум". При этом он умело использовал разногласия между английскими представителями - послом Г. Эллиотом и министром иностранных дел маркизом Солсбери, которого ему удалось привлечь на свою сторону. Границы предполагаемой Болгарии, хотя и разделенной, включали в себя территорию, на которой проживало большинство болгарского народа.

Однако не успела еще конференция завершить свою работу, как Турция обнародовала конституцию, содержавшую декларацию о политических свободах. Таким образом, работа конференции фактически лишалась смысла, и представители держав покинули турецкую столицу.

12 апреля 1877 года Россия объявила войну Турции. Игнатьев считал, что этот шаг следовало сделать еще летом 1876 года, когда Турция не была к ней готова и ее армия воевала с Сербией и Черногорией. "Вместо этого теряли время, а потом начали мобилизацию. Сказали "иду на вас", а сами ни с места. Турки стали готовиться, закупать оружие в Англии и Америке (я достал и представил все контракты), на наших глазах подвозили арабов, египтян, а мы все ждали", - с горечью говорил он впоследствии.

Во время войны Игнатьев был прикомандирован к свите царя и находился в Румынии, а затем в Болгарии. Он принимал участие в обсуждении разнообразных дипломатических вопросов в Главной квартире (ставке).

После падения Плевны в конце ноября 1877 года военно-политическая обстановка изменилась в пользу России. Разработка условий мира с Турцией была поручена Милютину и Игнатьеву. В проектах мирного договора, составленных в начале декабря, Игнатьев шел значительно дальше решений Константинопольской конференции. Помимо создания независимых княжеств Румынии, Сербии и Черногории и значительных территориальных приращений к ним предусматривалось создание Большой Болгарии с выходом к Черному и Эгейскому морям.

5 января 1878 года проект договора, представленный Игнатьевым, обсуждался на совещании у царя и получил одобрение.

Предварительные переговоры о мире начались в Адрианополе 31 января. На них встретились министр иностранных дел Турции Савфет-паша и русские уполномоченные - Н.П. Игнатьев и А.И. Нелидов. Переговоры продолжались ежедневно по нескольку часов. Игнатьев через своих старых сотрудников и агентов выяснил, что в военном отношении турецкая армия была уже бессильной, а в султанской столице царил разброд. Савфет-паша всячески стремился затянуть переговоры, по любому вопросу требовал времени для консультаций с Портой. Особенно ожесточенные споры вызвали вопросы о границах Болгарии, Сербии и Черногории.

13 февраля мирные переговоры продолжились в местечке Сан-Стефано, в 12 километрах от Стамбула. Давление Игнатьева на турок усилилось, несколько раз он угрожал прервать переговоры. Перспектива возобновления военных действий заставила турок смириться: они приняли подавляющее большинство русских требований.

19 февраля 1878 года в Сан-Стефано был подписан прелиминарный договор, завершивший войну России и Турции. Сербия, Черногория и Румыния получали независимость. Болгария, включавшая Македонию, становилась автономным княжеством. России возвращалась Южная Бессарабия, а на Кавказе она получала города Батум, Карс, Ардаган и Баязет. Позднее Игнатьев отмечал, что ему "было очень тяжело подписать договор, именуемый прелиминарным, в сознании, что оный не соответствует тому идеалу, на осуществление которого я положил столько трудов в течение 14 лет своей жизни".

России предстояло обсудить статьи, "имеющие европейский интерес", на конгрессе европейских держав. Правительство попыталось договориться с противниками порознь, начав с Австро-Венгрии. В марте 1878 года в Вену для переговоров отправился Игнатьев. Однако он мало подходил для этой роли, поскольку был непримиримым врагом Австрии. Дипломат вернулся в Петербург, не добившись уступок со стороны Вены.

На Берлинском конгрессе Россию представляли Горчаков и Шувалов. Они согласились на пересмотр ряда важнейших статей Сан-Стефанского договора, в том числе на оккупацию Австро-Венгрией Боснии и Герцеговины и разделение Болгарии на две части. Эти решения вызвали взрыв возмущения в Болгарии, в дальнейшем вылившийся в общенародное движение за воссоединение. Эта главная национальной задача болгарского народа была реализована 6 (18) сентября 1885 года.

В судьбе самого Игнатьева после Сан-Стефанского договора также произошли перемены. В 1881 году он был назначен сначала министром государственных имуществ, а затем министром внутренних дел. Однако уже в 1882 году был отправлен в отставку. Он оставался членом Государственного совета, но больше занимался общественной деятельностью. Игнатьев был председателем общества содействия торговле и промышленности, возглавлял Петербургское славянское благотворительное общество, был членом Русского географического общества, писал мемуары.

Визит графа Н.П. Игнатьева в Болгарию в 1902 году в связи с празднованием 25-летия Русско-турецкой войны прошел для него с большим успехом. В ответ на адрес, поднесенный ему членами Софийского городского совета, Николай Павлович сказал: "Мне дорого то, что болгарский народ остался верен своему идеалу, который начертан был мною 25 лет тому назад".

Последние годы жизни граф Игнатьев провел полузабытым и полунищим, разорившись на своих фантастических финансовых авантюрах. Скончался он 20 июня 1908 года в имении в Киевской губернии.

Использованы материалы сайта http://100top.ru/encyclopedia/ 

Шарж на Н.П.Игнатьева.

Игнатьев Николай Павлович (17.01.1832—20.06.1908), граф, государственный деятель, генерал-адъютант, генерал от инфантерии, член Государственного Совета (1877). Образование получил в Пажеском корпусе и Академии Генерального штаба. Сначала служил в гусарах, с 1855 находился на дипломатической службе. Был назначен военным агентом в Лондоне и принял участие в заключении Парижского трактата; в 1858—59 Игнатьев выполнял опасную миссию посольства в Хиву и Бухару; в 1859 был направлен послом в Китай, где ему удалось заключить Пекинский трактат 1860, по которому левый берег Амура и все побережье Маньчжурии между р. Уссури и морем отошли к России. В 1864 был назначен послом в Константинополь, где вскоре заслужил доверие султана Абдул-Азиса. В 1870 провел отделение Болгарской Церкви от Греческой. Когда в 1875—76 вспыхнуло восстание балканских славян, Игнатьев выступил проводником наступательной политики и активно содействовал объявлению Турции войны; на его же долю выпало заключение мира (Сан-Стефанский договор от 19 февр. 1878). Полный пересмотр, которому подвергся на Берлинском конгрессе заключенный им договор, замененный на не выгодный для России Берлинский трактат, завершил его дипломатическую карьеру. Снова к государственной деятельности, но уже на поприще внутренней политики, Игнатьев был призван в первые годы правления Александра III; в 1881 он был назначен министром государственных имуществ и в том же году, после отставки гр. М. Т. Лорис-Меликова, министром внутренних дел. Вступление на этот пост Игнатьев ознаменовал отменой начатых его предшественником космополитических реформ. При участии Игнатьева были выработаны положения «об усиленной и чрезвычайной охране» и основана «Священная дружина» для борьбы с революционным движением.

Важным шагом в политическом преобразовании России Игнатьев считал созыв Земского Собора, который рассматривал как исторически присущую России форму взаимодействия императора с народом. На предложения Игнатьева по созыву Собора большое влияние оказали славянофилы И. С. Аксаков и П. Д. Голохвастов. Собор должен был открыться в 1883 в Москве в дни коронации Александра III. Его целью была демонстрация единения императора и народа, а также выяснение мнения по реформе местного управления. Состав Собора должен был формироваться на основе прямых выборов от крестьянства, землевладельцев и купечества (численность участников ок. 3—3,5 тыс. чел., в т. ч. 2 тыс. крестьян). Манифест о созыве Земского Собора был подготовлен Игнатьевым к маю 1882 и первоначально одобрен имп. Александром III. Против проекта Игнатьева выступил К. П. Победоносцев, Игнатьев подвергся резкой критике в «Московских ведомостях» и на заседании Совета министров (с участием Александра III). 30 мая 1882 он вышел в отставку.

В 1883 Игнатьев был избран председателем Общества для содействия развитию русской промышленности и торговли, с 1888 возглавлял Славянское благотворительное общество.

+ + +

Игнатьев Николай Павлович (17.01.1832—20.06.1908), граф, дипломат и государственный деятель.

Родился в С.-Петербурге в старинной дворянской семье. Его отец Павел Николаевич (1797—1879) был директором Пажеского корпуса, Петербургским генерал-губернатором в 1854—61, в дальнейшем членом Государственного Совета, председателем Комиссии прошений, приносимых на Высочайшее имя, и Председателем Комитета министров (1872), к своему 80-летию удостоился графского титула. Его сыновья Николай и Алексей также сделали блестящую карьеру, но не столько благодаря влиятельному отцу, сколько собственным способностям и энергии. Николай Павлович после окончания Пажеского корпуса в 1849 поступил в Академию Генерального Штаба, которую закончил через 4 года с большой серебряной медалью и с занесением его имени на мраморную доску в числе лучших выпускников. Впрочем, Игнатьев чувствовал в себе призвание не к военной, а к дипломатической деятельности. Уже в Академии он стал изучать историю Востока, ислам и турецкий язык. В 1854—55, во время Крымской войны, Игнатьев служил на территории Прибалтики, где были развернуты наиболее боеспособные части русской армии в ожидании высадки главных сил неприятеля. Впрочем, увязнув под Севастополем в боях с 1/10 частью вооруженных сил России, англо-французы не рискнули высаживать десант на балтийском побережье. В 1856, сразу после окончания войны, 24-летний Игнатьев получил назначение военным агентом (атташе) в Лондон. Молодой военный дипломат оказался вполне на высоте, продемонстрировав прекрасные знания тонкостей военной дипломатии и военно-политической ситуации в Европе. Справедливо считая Балканы тем местом, где Россия не только имеет жизненно важные интересы, но при этом несет моральные обязательства перед единоверцами, живущими здесь под гнетом турок, Игнатьев развернул большую дипломатическую и разведывательную деятельность. В 1857 Игнатьев посетил Вену, Белград, Афины, Константинополь, Иерусалим, всюду устанавливая контакты, создавая разведывательную сеть. В разгар этой деятельности Игнатьев был срочно вызван в Варшаву к Императору Александру II. В ходе состоявшейся аудиенции Государь интересовался наряду с балканскими делами Англией и британскими владениями в Азии. Между Россией и Англией после окончания «горячей» Крымской войны шла война холодная. Англичане финансировали и вооружали кавказских горцев, среднеазиатских ханов, поддерживали действующих внутри Российской Империи польских сепаратистов и всяких революционных радикалов. В ответ на английскую экспансию русское правительство активизировало продвижение в Среднюю Азию и на Д. Восток. Игнатьев как энергичный разведчик и дипломат получил ответственное поручение: во главе дипломатической и научной экспедиции в н. 1858 он был отправлен в Хиву и Бухару. Во время опасного путешествия, неоднократно рискуя жизнью при продвижении по пустыне и в стычках с кочевниками, Игнатьев блестяще выполнил поручение. С эмиром бухарским был заключен договор, освободивший пленных и установивший торговые отношения Бухары с Россией. Самым главным в договоре был пункт о свободе плавания русских кораблей по Амударье.

Вскоре после миссии в Средней Азии Игнатьев отправился на Д. Восток, в Китай. Еще в мае 1858 между Россией и Китаем был заключен Айгунский договор, определивший русско-китайскую границу по берегу Амура до самого устья. Но договор еще не был ратифицирован китайским богдыханом. Кроме того, этот договор оставлял открытым вопрос об Уссурийском крае (от р. Уссури до Японского моря). Игнатьев прибыл в Пекин в разгар третьей опиумной войны, когда англо-французские войска готовились к штурму китайской столицы, и выступил в качестве посредника между воюющими сторонами. Ему удалось убедить англо-французов отказаться от штурма Пекина и умерить свои требования. Тем самым он оказал большую помощь китайской стороне. За эту услугу Игнатьев добился ратификации Айгунского договора и согласия на разграничение в Уссурийском крае. 2 нояб. 1860 в Пекине Игнатьев заключил новый договор, устанавливающий границу по р. Уссури и до Кореи. В результате к России была присоединена территория современного Приморского края. Россия теперь твердой ногой стала на берегу Тихого океана. Следует заметить, что в Петербурге недооценивали значения для России Д. Востока и поэтому Игнатьев, проводя разграничения с Китаем, действовал по собственной инициативе, рискуя угодить под суд за превышение полномочий. К счастью, Император Александр II оценил заслуги Игнатьева и произвел его в генерал-адъютанты.

В 1861 Игнатьев стал директором Азиатского департамента МИДа, фактически вторым человеком в российской дипломатии. Однако канцелярская работа и светские обязанности тяготили Игнатьева, и в авг. 1864 он с радостью отправился в Константинополь в качестве русского посланника. По меркам петербургской бюрократии это было значительным понижением, тем более что должность посла в Турции была не только ответственной, но и опасной, т. к. султан не признавал неприкосновенности «неверных», включая дипломатов. Зато именно в такой обстановке Игнатьев смог проявить свои способности дипломата и специалиста по Востоку. Послом в Константинополе Игнатьев пробыл до 1877. Ему удалось поднять престиж страны на Балканах, изрядно пошатнувшийся после Крымской войны. Во многом благодаря Игнатьеву турецкие войска были выведены из Сербии в 1867. Конечной целью своей деятельности на Балканах Игнатьев считал ликвидацию Османской империи, освобождение южных славян и присоединение к России Константинополя и черноморских проливов. Если для славянофилов необходимость занятия Царьграда русскими мотивировалась религиозными соображениями, то Игнатьев указывал на стратегическое и экономическое значение проливов. «Константинополь — это ключ от наших дверей», — говорил он. Когда в 1875—76 начались восстания балканских славян против турецкого ига, Игнатьев активно боролся дипломатическими методами за независимость или автономию для славян. После того как дипломатия не увенчалась успехом, заговорили пушки. Началась русско-турецкая война 1877—78. После побед русской армии 31 янв. 1878 в Адрианополе Игнатьев начал переговоры о мире с турецким министром иностранных дел Савфет-пашой. Почти сразу же в переговоры вмешалась третья сила: в Мраморное море вошел английский флот. Тем не менее турки уже не имели сил воевать, и 19 февр. 1878, в 17-ю годовщину освобождения крестьян, в пригороде Константинополя Сан-Стефано был заключен прелиминарный (предварительный) мир. Сам Игнатьев не был полностью удовлетворен Сан-Стефанским договором, в частности тем, что о проливах не было сказано ни слова, но все же договор справедливо стал вершиной его дипломатической карьеры. Согласно договору Османская империя теряла большую часть владений в Европе, причем в оставшейся части турки должны были провести реформы в интересах христианского населения, возникало большое Болгарское государство (отмечающее с тех пор 3 марта как день независимости), Сербия, Черногория и Румыния увеличивали свои территории, Россия возвращала к себе южную Бессарабию и присоединяла Батум и Карс. Хотя в результате давления всей Европы летом 1878 на Берлинском конгрессе в июне Россия вынуждена была пойти на значительные уступки, но все же полностью перечеркнуть результаты русской победы Западу и туркам не удалось. Сам Игнатьев, недовольный таким развитием событий, подал в отставку.

В 1881—82 Игнатьев на короткое время вновь оказался на службе, став сначала министром государственных имуществ, а затем с 4 мая 1881 — министром внутренних дел. Время возвращения Игнатьева было временем острейшего мировоззренческого и политического кризиса российского общества. Террор народовольцев, студенческие беспорядки, активизация земских либералов с их требованием «увенчания здания» Империи конституцией совпали с общественным недовольством итогами войны 1877—78. Дипломатическое поражение России в Берлине летом 1878 привело к резкому падению престижа не только российской дипломатии, но и самого правительства у национально мыслящих русских людей. С резкой критикой правительственного курса публично выступил 22 июня И. С. Аксаков (за что был сослан, а руководимое им Московское славянское общество было закрыто). Еще более оппозиционно высказывался герой войны генерал М. Д. Скобелев, консервативные газеты («Московские ведомости», «Русский мир» и др.), хоть и воздерживались от резких выражений, так же критиковали министров и дипломатов. Зато либералы и нигилисты приободрились, видя кризис Верховной власти, и активизировали свою деятельность. Цареубийство 1 марта 1881 стало ярчайшим показателем ожесточения той борьбы внутри страны с противниками исторической и национальной России. Новый Император Александр III, назначив Игнатьева на столь ответственный в таких условиях пост, не только высказывал благоволение ему, но и твердо давал понять национальной общественности, что намерен проводить внутреннюю и внешнюю политику исключительно в интересах России, не интересуясь тем, «что скажет Европа». На посту министра внутренних дел Игнатьев издал «Положение об усиленной и чрезвычайной охране» и «Временные правила о евреях» и достаточно успешно боролся с террористами. Однако известность Игнатьеву как министру принес его проект воссоздания Земских Соборов в России. Под покровительством Игнатьева известный историк, сотрудник славянофильских изданий П. Д. Голохвастов разработал конкретный план созыва Собора. Предусматривались выборы 3500 депутатов («соборных чинов»), из которых не менее 60% должны были составлять крестьяне, но зато отсутствовал ценз для помещиков. Были рассчитаны также нормы представительства от всех других сословий и инородцев. Объявление Манифеста о созыве собора предусматривалось 6 мая 1882, в 200-ю годовщину окончания последнего в истории Земского Собора и в день рождения Наследника Николая Александровича (будущего Государя Николая II). Сам же Собор должен был открыться через год, в день коронации Императора Александра III.

Однако проект Игнатьева не прошел. Решительно против высказался К. П. Победоносцев, не без основания опасаясь, что потерпевшие поражение в открытом противостоянии Верховной власти нигилисты, либералы и различные инородческие сепаратисты смогут посредством демагогии получить большинство на Соборе и попытаются превратить его в Учредительное Собрание по образцу французских Генеральных Штатов 1789. На совещании правительства в Гатчине все министры выступили против созыва Собора. 30 мая 1882 Игнатьев получил отставку. Всего он пробыл на посту министра внутренних дел 390 дней. Оставаясь членом Государственного Совета, Игнатьев больше не участвовал в политической жизни, работая лишь в Славянском обществе, оказывая большую помощь обучающимся в России болгарам и сербам. Следует заметить, что Игнатьев неизменно отвергал все предложения либералов о сотрудничестве, демонстрируя верность монархическому строю.

Лебедев С. В.

Использованы материалы сайта Большая энциклопедия русского народа - http://www.rusinst.ru 

Здесь читайте:

Царские жандармы (сотрудники III отделения, Департамента полиции и др.)

Пекинский договор 1860 г. (текст договора и комментарии к нему)

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ