Палеолог (Paleologue) Жорж Морис

1859-1944

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ

На первую страницу

БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА

ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ

ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ

ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ

СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА

ИСТОРИЧЕСКИЕ ОРГАНИЗАЦИИ

ЭТНОНИМЫ

РЕЛИГИИ МИРА

СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ

МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ

КАРТА САЙТА

АВТОРЫ ХРОНОСА

Морис Палеолог был ключевой фигурой европейской политики кануна Первой мировой войны. Его, пожалуй, можно было бы причислить к конструкторам мира и этой мировой бойни. Для понимания отечественной истории Палеолог важен тем, что оставил ценный исторический источник - Дневник посла, который вышел на русском языке в 2003 году в полном виде. Этот объемный текст явно утаивает от нас самые важные мысли автора и скрывает те тайные ниточки, которые от него тянулись, но содержит и немало интересных наблюдений и обобщений. Любопытно, например, рассуждение дипломата о непригодности русского воинского контингента для войны на территории Франции. Русские, по его убеждению, веками привыкли под сильным напором неприятеля отходить, дабы обеспечить защиту своим флангам и сохранение тылов. В ходе войн на территории России они отходили на сотни километров, чтобы позже отвоевать все потерянные пространства обратно и занять новые. Во Франции же, по убеждению посла, так воевать негоже, так как от линии фронта до Парижа в иной момент войны оставалось менее сотни километров.

Подобные обобщения и рассуждения непривычны для русского читателя, кажутся порою даже заблуждением автора, но во всяком случае выдают в нем незаурядного человека, умеющего анализировать политическую и военную обстановку не трафаретно, а нестандартно, творчески. В любом случае личность Мориса Палеолога заслуживает внимания, как и его "Дневник посла" заслуживает прочтения каждым, кто интересуется пореволюционной Россией.

Вячеслав Румянцев

Палеолог (Paleologue) Жорж Морис (13 янв. 1859, Париж-21 нояб. 1944, там же). С 1880 служил в МИД Франции, в 1912-14 директор полит, департамента МИД. Был близок к президенту Франции Р. Пуанкаре, занимал антигерманские позиции. С янв. 1914 посол Франции в Петербурге; способствовал вовлечению России в 1-ю мир, войну, во время к-рой, отстаивая интересы Франции, пытался оказывать давление на рос. пр-во с целью более активного участия войск Рос. империи в воен. действиях. Приобрёл широкие знакомства в аристократич., правительств, и обществ. кругах Петрограда.

В условиях 1917 деятельность Палеолога стала реальным фактором полит, жизни России. В янв, имел постоянные контакты с мин. иностр. дел Н.Н. Покровским. В беседе с ним 27 февр., после получения информации о планах Совета министров сформиробать новый кабинет во главе с ген. Н.В. Рузским (в авг. 1916- апр. 1917 главком Северного фронта), рекомендовал как единств, выход из создавшегося положения "немедленное назначение мин-ва, внушающего доверие Думе" (Палеолог М., Царская Россия накануне рев-ции, пер. с франц., 2 изд., М., 1991, С. 459). 28 февр. вместе с англ. послом Дж. Бьюкененом посетил Покровского и высказался за необходимость того, "чтобы император немедленно преклонился перед совершившимся фактом, назначив министрами Врем. К-т Гос. Думы, и амнистировал мятежников... если бы он лично показался армии и народу, если бы он сам с паперти Казан, собора заявил, что для России начинается новая эра, его бы приветствовали... Но завтра это было бы уже слишком поздно..." (там же, с. 462). Возвращаясь в посольство после беседы, Палеолог был остановлен толпой у Летнего сада и на предложение приветствовать рус. рев-цию ответил: "Я не могу лучше почтить рус. рев-цию, как предложив вам крикнуть вместе со мной: "Да здравствует война!"" (там же, с. 463). Вечером, встретившись с представителем председателя Врем. К-та Гос. Думы, подчеркнул осн. цели франц. дипломатии в России: "...чтобы влияние рев-ции было, по возможности, ограничено и чтобы порядок был поскорее восстановлен... франц. армия готовится к большому наступлению и „.честь обязывает рус. армию сыграть при этом свою роль" (там же, с. 464). Говоря о будущем гос. устройстве России, занял позицию сохранения монархии при возможном отречении имп. Николая II. 2 марта в телеграмме франц. министру иностр. дел А Бриану рекомендовал немедленно направить через А.Ф. Керенского (считал его центр, фигурой происходящих событий) воззвание франц. социалистов, обращенное к чувству патриотизма рус. социалистов (с целью сохранения Антанты). Отречение Николая II считал неизбежным: "...уже месяцы несчастный монарх чувствовал себя осуждённым" (там же, с. 472).

По просьбе мин. иностр. дел Врем. пр-ва П.Н. Милюкова 3 марта посетил его: поддержал Врем. пр-во: "Я ещё не имею возможности заявить Вам, что пр-во Республики признает режим, к-рый вы установили, но ...уверяю Вас в своей самой деятельной и самой сочувственной поддержке" (там же, с. 476). Одноврем. Палеолог потребовал, "чтобы пр-во немедленно провозгласило о своём решении продолжать войну... до конца" (Игнатьев А.В., Внеш. политика Врем. пр-ва, М. 1974, с. 125). Оценивая начальную деятельность Врем. пр-ва, отмечал, что "...ни один из людей, стоящих в наст. время у власти, не обладает ни полит, кругозором, ни решительностью, ни бесстрашием и смелостью, к-рых требует столь ужасное положение" ("Царская Россия,..", с. 478). Прогнозируя перспективу развития событий, решающее место отводил Петрогр. Совету РСД: "Назову лишь Чхеидзе, Церетели, Зиновьева и Аксельрода. Вот настоящие герои начинающейся драмы" (там же).

Не ограничиваясь получаемой из рос. МИД информацией, ежедневно старался бывать на улицах Петрограда, в местах публич. собраний. 5 марта телеграфировал франц. МИД: "...способно ли новое пр-во быстро осуществить необходимые реформы? Оно искренне утверждает это, но я нисколько этому не верю. В воен. и гражд. администрации царит уже не беспорядок, а дезорганизация и анархия" (там же, с. 479). После опубликования обращения Врем. пр-ва к гражданам России 6 марта, в к-ром лишь коротко говорилось об обязательстве "соблюдать все союзы". 7 марта Палеолог посетил Милюкова: "Я неудивлён выражениями, в к-рых обнародован... манифест ...я тем не менее возмущён ими. Не заявлена даже решимость продолжать войну до конца..." (там же, с. 484). Палеолог всё более мрачно оценивал складывающуюся ситуацию: "Я вижу, как утверждается тирания Совета, деспотизм крайних партий, засилье утопистов и анархистов" (там же, с. 489). Вечером 11 марта присутствовал на офиц. церемонии признания Врем. пр-ва в Мариинском дворце. Заявил о признании пр-ва Франц. Республикой, вновь подчеркнув необходимость продолжения войны. 17 марта отметил, что "Россия обречена на федерализм, ...нынешнее движение гораздо более сепаратистское, чем областное... оно стремится ни больше ни меньше как к нац. распаду" (там же, с. 500). Отстаивал мысль, что результаты рев-ции непредсказуемы: "...примите в расчёт, что рус. рев-ция едва началась и что известные силы, к-рым суждено сыграть в ней огромную роль, как то: агр. вожделения, расовые антагонизмы, социальный распад, экон. разруха, еврейская страстность, действуют пока ещё скрыто" (там же, с. 503).

В эти дни в печати начали распространяться мнения о необходимости смены Палеолога из-за его ярко выраженной антисоц. позиции и крайне недоверчивого отношения к Петрогр. Совету РСД и Врем. пр-ву. 23 марта Палеолог телеграфировал новому мин. иностр. дел Франции А. Рибо о своей готовности покинуть пост посла. В мемуарах своё заявление объяснял тем, что "пользовался доверием старого режима и не питал никакого доверия к новому режиму' (там же, с. 507). 25 марта присутствовал на концерте в пользу жертв рев-ции; узнав, что будет выступать пред. Петрогр. Совета РСД Н.С. Чхеидзе с требованием выхода России из войны, покинул зал. 1 апр. принял в посольстве прибывших в Петроград франц. социалистов - депутатов Нац. Собрания; несмотря на разногласия по поводу оценки положения в России, Палеолог и социалисты пришли к согласию, что их гл. целью будет удержание России в войне. 7 апр. на встрече с франц. социалистами резко критиковал их деятельность в Петрограде; характеризуя события, заявил: "Рус. рев-ция... может привести лишь к ужасной демагогии черни и солдатчины, к разрыву всех нац. связей, к полному развалу России. При необузданности, свойственной рус. характеру, она скоро дойдёт до крайности: она неизбежно погибнет среди опустошения и варварства, ужаса и хаоса... Можно ли предотвратить катастрофу такими средствами, как учред. собрания или воен. переворот? Я сомневаюсь в этом... Поддержка, к-рую вы оказываете крайним элементам, ускорит окончат. катастрофу" (там же, с. 519).

Прибывший в Петроград со спец. миссией франц. министр вооружений и пром-сти А. Тома 10 апр. передал письмо Рибо Палеологу об отзыве его "в отпуск". Палеолог телеграфировал 13 апр. Рибо: "Решительный тон, к-рый я позволю себе рекомендовать Вам, конечно, рискует привести, как к крайнему последствию, к разрыву союза..." (там же, с. 527); рекомендовал резко сократить сумму предоставляемых России франц. займов. Тома направил телеграмму с противоположной точкой зрения (положительно оценивал ситуацию в России). На запрос о состоянии дел в России Палеолог отправил тезисы: "1. Анархия распространяется по всей России и надолго парализует её... 2. ...при самых благоприятных условиях она не в состоянии будет вполне ликвидировать свой союзный долг раньше месяцев... 4. ...нам приходится, не откладывая дальше, очень конспиративно искать способ склонить Турцию к тому, чтобы она предложила мир" (там же, с. 540). Франц. пр-во встало на более оптимистич. точку зрения Тома.

3 мая Палеолог уехал во Францию. В 1917-18 играл активную роль в подготовке франц. воен. интервенции в Советскую Россию. В 1920-21 ген. секр. МИД Франции. С 1921 в отставке: занимался лит. деятельностью. В 1928 избран членом Франц. академии.

Использованы материалы книги: Залесский К.А. Кто был кто в первой мировой войне

Литература:

Палеолог, Морис. Дневник посла. М., 2003

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ

 Проект ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

на следующих доменах:
www.hrono.ru
www.hrono.info
www.hronos.km.ru,

редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС