Устрялов Николай Васильевич (25 ноября 1890, Санкт-Петербург — 14 сентября 1937, Москва) (псевдоним Петр Сурмин) — правовед, философ, политический деятель. В 1913 году закончил юридический факультет Московского университета. В 1916 - 1918 годах работал приват-доцентом данного университета, преподавал государственное право. Член кадетской партии. С 1916года активно печатался в журналах “Русская мысль” и “Проблемы Великой России”, доказывал необходимость для России великодержавной империалистической политики. После Февральской революции 1917 года возглавил Калужскую организацию кадетской партии. В 1917 - 1918 годах сотрудничал в московской газете “Утро России” (позже “Заря России”). В 1918 году издавал вместе с Ю.В. Ключниковым и Ю.Н. Потехиным журнал “Накануне”, где подчёркивал, что революция является “подлинно русской”, а большевизм представляет собой “комплекс идей, пусть ошибочных, пусть ложных, пусть диких, но всё же издавна присущих нашему национальному сознанию”. В 1918 году приват-доцент Пермского университета. В декабре 1918 года, после захвата Перми войсками Колчака, переехал в Омск. Юрисконсульт при управлении делами Правительства Колчака, с февраля 1919 года — директор пресс-бюро отдела печати, издатель газеты «Русское дело». Одновременно Председатель Восточного отделения ЦК кадетской партии и сотрудник газеты “Сибирская речь”. Член Дальневосточного правительственного кабинета Хорвата до конца лета 1918 г. При создании частного акционерного предприятия – "Русского общества печатного дела" (РОПД) – один из его учредителей, внес в его кассу 300 тысяч рублей. Находился в составе правления этого общества. В 1918 – 1920 гг. – председатель Восточного отдела ЦК кадетской партии и один из лидеров особого информационного отдела правительства - "Русского бюро печати" (РБП). Помощник Клафтона по отделу иностранной информации (РБП). Один из руководителей Комитета Освобождения России, выполнявшего в Лондоне корреспондентские функции РОПД с середины 1918 г. Активно печатал собственные статьи по насущным вопросам в антисоветской прессе. Утверждал, что “силой вещей линия развития русской государственности сливается с линией кадетизма”, считал политику Колчака и Деникина “единственно серьёзной и государственно-многообещающей формой белого движения”, но уже в начале 1919 года говорил Ю.В. Ключникову о возможности победы большевиков и о том, что в таком случае “мы должны быть с Россией”. В начале 1920 года эмигрировал в Харбин. В 1920 - 1934 годах преподавал в Харбинском университете. Одновременно работал в советских учреждениях Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД): в 1925 - 1928 годах — начальник учебного отдела, в 1928 - 1934 годах — директор центральной библиотеки. В 1920 - 1934 годах был редактором газеты “Новости дня”, сотрудничал в газете “Вестник Манчжурии”, а в 1920 - 1924 годах издавал вместе с Г. Диким альманах “Русская жизнь”. Одновременно печатался в московской газете “Россия”. Статьи Н.В. Устрялова, опубликованные в первой половине 1920 года, вошли в сборник “В борьбе за Россию” (Харбин, 1920). Признавая бесперспективность возобновления вооружённой борьбы, он писал, что большевизм будет изживать себя в атмосфере гражданского мира и этому должны способствовать национально-патриотические элементы России. Дальнейшее развитие эти идеи получили в его статье в сборнике “Смена вех” (Прага, 1921), после чего Н.В. Устрялов стал считаться главным идеологом “национал-большевизма”, или, как его обычно называли, “сменовеховства”. В докладе И.В. Сталина на XIV съезде ВКП (б) в 1925 году по поводу воззрений Устрялова было сказано: “Он служит у нас на транспорте [имелась, наверное, ввиду его служба на КВЖД]. Говорят, что он хорошо служит.., ежели он хорошо служит, то пусть мечтает о перерождении партии, мечтать у нас не запрещено”. В 1925 году Н.В. Устрялов отмежевался от позиции “сменовеховцев”, группировавшихся вокруг берлинской газеты “Накануне”, которые, по его словам, довольствовались лишь некоторыми корректировками “социалистического строительства”. По мнению Н.В. Устрялова, “раз став на путь уступок, Советская власть окажется настолько увлечённой их логикой, что возвращение на старые позиции коммунистического правоверия будет для неё уже невозможным”. Размышляя о вероятной эволюции государства в СССР, он не считал неминуемой “рецепцию Россией западных конституционных канонов” и рассчитывал, что России удастся создать новый “культурно-государственный тип, авторитетный для Запада”, включающий в себя и советскую систему, которую “мы непростительно не учитывали, когда пребывали в белом лагере”. Однако в конце 1920-х — начале 1930-х годов Н.В. Устрялов был вынужден признать, что надежды на реставрацию капитализма не оправдываются в связи с успехами индустриализации и коллективизации, которые “обновили страну”, из чего следует, что нужно сделать “реальный выбор — с революционным государством против его врагов”, а “двусмысленная лояльность в спецовской среде” неприемлема, как и вредительство. В 1934 году он заявил, что о возвращении к капиталистическим отношениям больше не может быть речи, все правоуклонистские и “перерожденческие” теории утратили почву. В 1935 году, после продажи КВЖД Японии, был вынужден, как советский служащий, вернуться на Родину, предусмотрительно перед отъездом переправив свой архив в США. В СССР работал профессором экономической географии в Московском институте инженеров транспорта и некоторое время — в Московском государственном университете. Но 6 июня 1937 года был арестован органами НКВД СССР, а 14 сентября 1937 года военной коллегией Верховного суда СССР по обвинению в “шпионаже, контрреволюционной деятельности и антисоветской агитации” (статьи 58-1, 58-8, 58-10, 58-11 УК РСФСР) приговорён к расстрелу. Приговор приведён в исполнение в тот же день в Москве. Н.В. Устрялов реабилитирован 17 октября 1989 года.

Использованы материалы сайта А.В. Квакина http://akvakin.narod.ru/

Устрялов Николай Васильевич (1890-1938). В среде эмигрантской русской интеллигенции первая русская революция вызвал ответную реакцию - желание осознать произошедшее и дать анализ. На свет появился сначала сборник "Вехи". Октябрьский переворот заставил тех же авторов углубить свои выводы в сборнике "Из глубины". Но к тому времени формировалось уже и другое течение - "Смена вех". "Сменовеховцы" исходили из того, что, раз революция стала, фактом, надо перевести, энергию масс в конструктивное русло, способствовать трансформации режима.

Одним из лидеров "Смены вех" стал русский ученый-юрист Николай Устрялов до революции он был видным деятелем кадетской партии. После революции на короткое время примкнул к белому движению, но, разочаровавшись, покинул его, выступив за "наведение мостов". Он еще в 1918 году предсказал НЭП, который вскоре действительно ввели. Это ободрило Устрялова и его единомышленников. Сотрудничество с большевиками, спасшими, по мнению "сменовеховцев", российскую государственность, могло помочь возвращению страны в русло цивилизованного развития.

Вместе с тем Устрялов не оставлял усилий по изучению и характера большевистского режима, и того "кризиса европейской конституционной демократии", свидетелем которого он был. Судьба Устрялова оказалась трагической. Он жил в Китае и работал на КВЖД. Все еще питая надежды на преображение России, он в 1935 году вернулся на родину, а в конституции 1936 года усмотрел, восстановление основ демократии, недооценив особенности тоталитаризма и особые таланты "лучшего друга железнодорожников".

Арестованный в 1938 году, Устрялов исчез в лабиринтах ГУЛАГа... Несмотря на заблуждения Устрялова, его наследие представляет интерес, в частности работы о фашизме и нацизме.

(На основе материалов Ростислава Золотарева)

Здесь читайте: 

Политика массы

Национальная проблема у первых славянофилов.

Путь термидора

Из письма Г.Е.Зиновьева Н.К.Крупской от 5 сентября 1925 г.