Юрий Крижанич
       > НА ГЛАВНУЮ > БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА > КНИЖНЫЙ КАТАЛОГ К >

ссылка на XPOHOC

Юрий Крижанич

1663—1666 гг.

БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА

ХРОНОС:
В Фейсбуке
ВКонтакте
В ЖЖ
Twitter
Форум
Личный блог

Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ
ХРОНОС. Всемирная история в интернете

Юрий Крижанич

ПОЛИТИКА

Часть 1. О БЛАГЕ

Раздел 1. О ТОРГОВЛЕ

1. Способы умножения государственной казны всем на свете людям хорошо ведомы и везде применяются, так что нельзя придумать заново ничего такого, что бы еще доселе у людей не было в обычае. Как говорит Екклезиаст; "Ничто не ново под солнцем, и никто не может сказать: это - новое" (Екклез, 1.10). Лучше было бы отучиться от некоторых старых [способов], нежели изыскивать новые способы умножения казны.

Однако достойно удивления, что во всяком деле новые советы вызывают сомнение, недовольство и легко осуждаются, и лишь при сборе казны ничто не бывает столь новым, неправедным, безбожным и позорным, чтобы его не принять.

2. Я не стану выдумывать новых способов умножения казны, но только скажу, что некоторые способы и промыслы неправедны, нечестны и ложны или ведут не к обогащению, а скорее к обнищанию. А затем скажу как надо пользоваться справедливыми, честными и полезными способами и сохранять [их].

3. Дурные способы суть таковы:

Во-первых, алхимия или изготовление золота - бесовский блуд, вследствие коего люди надеются сделать из меди золото и серебро. Несчетное множество людей испокон веков трудилось и трудится над этим, но еще ни один правитель не получил от алхимии столько, чтобы мог прокормить хоть одного воина, и ни один алхимик не создал ни одной капли золота из меди и не извлек для себя никакой выгоды без содействия дьявола или без обмана иных людей.

2. Чеканка или переливка монеты: когда ищут прибыли от чеканки монеты и чеканят негодные деньги. Способ этот не только неправеден и полон греха, но и весьма обманчив: кажется он прибыльным, однако является убыточным и вредным. Во веки веков отнюдь и правитель не может получить от перечеканки ни одной монеты, не потерпев при этом стократного ущерба.

У лекарей есть средство, называемое "мерой отчаяния" (Remedia desperata). Когда лекарь сочтет больного умирающим, он отрезает у него какую-то часть тела, либо разрезает тело и опять зашивает его, либо иначе лечит, но так, что больной либо выздоровеет, либо умрет от самого лечения. Чеканка негодных денег подобна этой смертельной "мере отчаяния". И равно как "мера отчаяния" применяется не иначе, нежели в крайней нужде, когда нет никакого иного средства, так и негодные деньги нельзя чеканить без крайней нужды. А прекратить это надо как можно скорее, ибо если это будет долго длиться, то с народом станет то же, что с больным, которому бы лекарь отворил жилу и не перевязал ее: вся кровь бы вытекла, и человек бы умер. Так и с народом - все богатство (называемое второй кровью) от народа утечет.

3. Нещадные поборы, жестокие порядки, монополии, кабацкие дела и всякое чрезмерное и немилосердное отягощение подданных. Правильно говорится: "Не делай другому того, чего не хочешь сносить сам".

4. А самое худшее дело и разорение для страны, это чужеземная торговля, то есть когда какой-нибудь король позволяет чужеземным торговцам пребывать или жить в своей державе, склады и лавки держать и торговать по всей стране. Ибо они везде задешево скупают наши товары и открывают своим землякам-чужеземцам все наши тайны, не только в торговых, но и в государственных тайных делах. Они разрушают наши собственные порядки и насаждают в нашем народе свои растленные, гибельные обычаи и вводят нас в соблазн и губят наши души,- и за все это королю придется держать ответ перед Богом.

Одним словом, эти торговцы являются причиной неизмеримых бед для тела и для души. А пользы от них нет никакой, кроме некоторых подарков, кои они дают царю или боярам. Но эти подарки нечего считать, ибо [чужестранцы] вывозят из нашей страны в десять тысяч раз больше богатств, нежели сами нам дарят.

А в тяжелые времена они вывозят из государства свои товары и тем вызывают в государстве большую дороговизну. А отечественные торговцы вместе с нами терпят зло и добро и не отправляют в другие места свои товары из-за того, что введены медные деньги.

А еще и того хуже, когда эти чужеземные торговцы бывают не самостоятельными хозяевами, а слугами и приказчиками других, более богатых купцов (каковы все немцы, торгующие на Руси); Ибо они и сами со своей челядью кормятся и богатеют за наш счет и своим хозяевам отсылают наши товары, которые могут быть куплены по самой дешевой цене и в самую дешевую пору, и сверх всего посылают им ежегодно условленный- оброк деньгами или товарами. И посредством этой хитрости они заставляют сие преславное государство без всякой нужды и неведомо за что платить дань или ясак своим англичанам, брабантцам и гамбуржцам.

И ныне эти немцы хорошо дали нам себя знать: всю меховую казну они скупили за медные деньги, а затем привезли ее опять на Русь и за бесценок спустили за cеребро, и тем причинили царской казне и всему народу несметный убыток.

О, славный государь, ни за что не верь волку, если он захочет откормить твоих ягнят, и во веки вечные не верь, что чужеземный торговец принесет тебе какую-нибудь пользу. Ведь не может быть, чтобы твое богатство умножил тот, кто сам обходит все земли и моря, всю свою жизнь посвящает странствиям и гибельным опасностям ради денег и более жадно смотрит на серебро, чем волк на ягнят.

Тот, кто бросает в воду леску, надеется вытащить рыбу. Тот, кто сеет в землю жито, надеется сжать его в десять раз больше. И если чужеземный торговец тебе, государю, либо твоим боярам поднесет серебряный стакан или какой-нибудь другой подарок, то несомненно он вывезет из твоей земли и проест в сто раз больше богатств. Правду, следовательно, говорил Варух: "Если впустишь к себе чужестранца, он тебя разорит".

Не все то золото, что блестит; не все то полезно, что кажется полезным. Некоторые промыслы кажутся полезными, а оказываются совершенно вредными. Есть богатство, которое не обогащает, а напротив - разоряет.

Справедливыми называются такие промыслы, когда мы извлекаем всю пользу, которую можно получить от нашей земли и от соседних народов, разумными, богобоязненными или милосердными и хорошими средствами, а не глупым, жестоким или мерзким путем.

Пустой доход: взять что-либо, а отдать за это вдвое или больше - таковы доходы от складников и чужеземных торговцев, живущих в нашей стране.

Неправедные доходы бывают от откупов, от чеканки монеты и т. п.

Дурные доходы - от мелких, ничтожных и негодных вещей.

"Корень всего зла - в жадности",- говорит Павел. Жадность и тщеславие - это для государств

Сцилла и Харибда, то есть гибельные утесы. От них проистекают все дурные и тиранские порядки.

Королевские сирены - это льстецы, астрологи, алхимики и чеканщики или изобретатели, измышляющие выгоды от переливки монеты и от других неправедных и тягостных для народа способов сбора казны.

Ненадежен всякий доход, добытый без труда и пота, либо без затраты достаточного времени, либо неправедно, либо жестоким или постыдным способом. Всякий надежный доход должен быть основан на труде и поте, приумножаться постепенно и терпеливо, и принимать его следует справедливо и достойно.

Неумеренная роскошь приносит телу болезни, неумеренное богатство порождает нищету: то есть за чрезмерными сборами в казну следует запустение страны. Умеренность приносит наилучшие доходы.

В королевстве бедном и малолюдном король не может иметь надежного богатства. В королевстве богатом и многолюдном король не может быть бедным.

Кто ловит рыбу в меру, всегда найдет в пруду что ловить. А тому, кто в один день дочиста выловит всю рыбу из пруда, в другой раз нечего будет ловить.

Честь, слава, долг и обязанность короля - сделать свой народ счастливым. Ведь не королевства для королей, а короли для королевств созданы.

Где законы хорошие - там и подданные довольны, и чужеземцы хотят туда прийти. А где законы жестокие - там свои собственные подданные жаждут перемены правления и часто изменяют, если могут, а чужеземцы боятся приходить. О, государь, управляй людьми так, чтоб они не хотели перемен.

5. Мы рассказали о дурных, ложных, недостойных и бесчестных промыслах: то есть об алхимии, о чеканке монеты, о поборах и о допущении чужеземных торговцев.

А благие и похвальные способы приобретения есть те, посредством коих казна пополняется справедливо, по-божески и честно, без гнусной жадности, без лютых поборов и без невыносимого и бесчеловечного отягощения подданных.

А таковых способов и промыслов суть три: земледелие, ремесло и торговля - они зовутся черными промыслами или промыслами черных людей6. А четвертый промысел - хозяйство или общее устройство, и он является основой и душой всех остальных. Они называются доходными промыслами.

6. В бедном королевстве невозможно королю быть богатым. А если какой [король] мечтает стать богатым, то и он мог бы быть гораздо богаче, если бы королевство его было богатым. Поэтому, если король сам хочет разбогатеть, то он должен сперва позаботиться, чтобы в королевстве было изобилие всякой всячины и дешевизна. А этого король может достичь (насколько это возможно в его державе), если добьется, чтобы люди со всем тщанием и радением стали заниматься земледелием, ремеслом, торговлей и народным хозяйством.

Раздел 1
О ТОРГОВЛЕ
1.Вопрос: какое королевство считается богатым?

Ответ: 1. Богатым считается королевство, в котором имеется золото, серебро и иные руды, как в Арабской и в Венгерской землях.

2. Еще богаче то, которое изобилует вещами, пригодными для украшений тела и для одежды: драгоценными камнями, жемчугом, кораллами, шелком, бумагой, тонкой шерстью, льном, коноплей, овчинами и всякими иными материалами для одежды.

3. Еще богаче кажется то, где есть в изобилии вещи, пригодные для еды и питья: маслины, виноград, мед, соль, перец, гвоздика, сахар и иные пряности: рис, пшеница и всякое зерно, бобы, плоды, съедобные, лечебные и красильные растения; скот, рыба, птица и съедобные звери.

4. А еще богаче, многолюднее и сильнее то королевство, жители коего приобрели искусные навыки или обладают от природы острым умом и хитростью и в коем имеются хорошие и удобные корабельные пристани и торжища и где поэтому процветает всякое ремесло и земледелие и великая морская торговля, как это происходит в Английской и в Брабантской землях.

Но еще более славным и счастливым бывает королевство, в котором, кроме всего этого, имеются еще и хорошие законы, как это мы видим во Французском королевстве.

А воинственные королевства, где люди живут грабежом и где самые лучшие и способные умы, пренебрегая всяким иным промыслом, посвящают себя лишь войне и грабежу и лишь об этом одном заботятся (как принято у крымцев , турок и калмыков), никогда не бывают богатыми.

2. Хоть это славное государство столь широко и безмерно велико, однако оно со всех сторон закрыто для торговли. С севера нас опоясывает Студеное море и пустынные земли. С востока и с юга [нас] окружают отсталые народы, с коими никакой торговли быть не может. На западе - в Литве и в Белой Руси - не водится того, что нам нужно (разве что лишь медь есть у шведов). Азовскую и черноморскую торговлю, которая была бы для этой страны самой полезной, захватили и держат крымцы. Торговле в Астрахани препятствуют ногайцы.

Торговле с бухарцами в Сибири мешают калмыки. Так что остается у нас только три безопасных торжища: для торговли посуху - Новгород и Псков, а для морской торговли - Архангельская пристань, но и к ней путь неимоверно далек и труден.

3. Итак, выясняется: во-первых, что в этой стране мало торжищ, и надо, чтобы их было больше, а без царской помощи их никто не может устроить.

Во-вторых, нет в стране золота, серебра, меди, олова, свинца, ртути и хорошего железа.

В-третьих, нет драгоценных камней, жемчуга, кораллов и красок, и однако все самые простые и самые негодные [люди] хотят их иметь.

В-четвертых, нет сахара, шафрана, перца, гвоздики, орехов, корицы, имбиря, мирры, тимьяна, муската и других пряностей и благовоний.

В-пятых, нет маслин, винограда, изюма, миндаля, смокв, лимонов, грецких орехов, каштанов, слив, персиков, дынь и многих других плодов.

В-шестых, сверх всего этого, нет и совершенно необходимых вещей: то есть сукон и других материалов для одежды - шерсти, шелка и бумаги.

В-седьмых, лишена страна и камня, и более хорошего леса для построек, и хорошей глины для посуды.

В-восьмых, нашего народа умы не развиты и медлительны и люди неискусны в ремесле и мало сведущи в торговле, в земледелии и в домашнем хозяйстве. Русские, поляки и весь народ славянский совершенно не умеют вести дальней торговли ни на море, ни посуху. Арифметике и счетной науке торговцы наши не учатся. Поэтому чужеземным торговцам всегда легко бывает нас перехитрить и нещадно обмануть, тем паче, что они живут по всей Руси и скупают наши товары по самой дешевой цене. Можно было бы это стерпеть, если бы и наши [люди] у них жили и также дешево покупали. Но наши у них не живут и жить отнюдь не могут из-за своей природной неприспособленности и неразвитого ума и особенно вследствие зависти и злобы немцев, изведанной многими нашими [людьми].

В-девятых, пути в этой преширокой державе длинны и тяжелы из-за болот и лесов и опасны из-за [нападений] крымцев, ногайцев, калмыков и иных разбойных народов.

В-десятых, изобилует страна лишь мехом либо овчинами и пенькой и с некоторых пор поташом. А мед, воск, икру, пшеницу, рожь, лен, кожи и другие товары вывозимые отселе, вывозят не из-за обилия [их], а по необходимости и из-за козней чужестранцев, и при этом мы сами лишаемся плодов своей земли и терпим недостаток в них.

4. Чтобы помочь народу в столь многих его нуждах, есть лишь один способ, то есть пусть царь-государь возьмет на свое имя и в свои руки всю торговлю с другими народами, как он это уже сделал, и сохранит ее [за собой] и в грядущие времена. Ибо только таким способом можно будет вести счет товарам, чтобы не вывозить слишком много наших товаров, каких у нас нет в избытке, и ненужных нам чужих [товаров] не ввозить. Таким способом царь-государь сможет умножить торжища и стражу, потребную государству для сопровождения товаров.

А иноземным торговцам нечего будет здесь делать. А сукна и всякие немецкие товары смогут идти через наши руки: в Сибирь - к бухарцам и к индийцам, в Астрахань - к персам, в Азов - к туркам, в Путивль - к черкесам и к валахам. И напротив, товары тех народов попадут к нам и через наши руки - к немцам, к полякам и к литовцам.

От таких действий все государство разбогатеет и все жители возрадуются. Не мило это будет одним лишь крупным торговцам, доходы которых части уменьшатся. Но на это нечего смотреть, раз дело идет об общей пользе для всего народа. Вопрос: хорошо ли государям торговать?

1. Некоторые люди иногда говорят, что государям и благородным людям нехорошо и непристойно вести торговлю. Но следует знать, что торговля сама по себе - дело честное и достойное, а недостойна та мерзкая алчность, которая с торговлей часто связана. Если же торговлю вести не ради личной корысти и не из ненасытной жадности, а для общей народной пользы, то она - дело честное, хорошее и вполне королевское.

2. В писании сказано, что вся посуда и вся одежда Соломонова были из чистого золота. А серебро в те дни ни во что не ставили, ибо было его в Иерусалиме столько же, сколько камней на улицах (3 кн. Царств, гл. 10.21,27; 2 кн. Паралипоменон, гл. 9.20).

А как Соломон достиг этого? Не добыванием руд, не алхимией и не отягощением народа, а торговлей, ибо каждые три года посылал свои корабли в Индию с товарами, и они за один раз привозили ему по 400 талантов золота и больше, кроме серебра и других богатств. То есть 1334 пуда золота, так как талант весил 125 гривен, или 3 пуда и 5 гривен. Король Иосафат хотел возобновить соломонову торговлю, но, будучи наказан Богом, не смог исполнить [своего] намерения.

Португальский король тоже посылает свои суда в Индию с большей прибылью и некоторые немецкие князья также. А датский король посылает суда в северные ледовитые [и] пустынные страны за одним только китовым жиром.

Французский, испанский, английский короли, турецкий и немецкий цари торговли не ведут: во-первых, из-за того, что их подданные [сами] достаточно сильны и способны вести всякую дальнюю и большую торговлю; во-вторых, земли эти открыты со

всех сторон и никак невозможно запретить подданным торговые сношения с соседними народами. Но при всем том французский король постоянно держит в Царьграде великого посла, а английский король - посланника лишь ради торговых дел своих подданных. А испанский и португальский короли ради своих торговых дел и торговли своих подданных посылают в море все свои ратные силы для сопровождения судов, идущих в Индию.

3. Итак, хорошо и пристойно государю вести торговлю, если он возьмется [за нее] ради пользы и нужды всего королевства и если от этого будут не обиды, а облегчение и умаление бремени народа. А это бывает, во-первых, когда король ведет торговлю не со своими подданными, а с одними лишь иноземцами. Ибо нехорошо королю купить у своего подданного и продать своему же, но должен он купить у своего, а продать чужому, [либо] купить у чужого, а продать своему и чужому. И не по своей стране должен он развозить товары из града в град и продавать их в розницу, а [должен] оставить это занятие [своим] подданным.

Во-вторых, если для каких-либо торговых дел потребна королевская сила, а отдельные люди не могут их осилить. Если, скажем, на море нужны превеликие расходы, которые кроме короля, никому не под силу. Так, при Соломоне жители Иудеи не в состоянии были отправлять суда в Индию, и лишь Соломон своей королевской силой (и то не один, а в товариществе с Хирамом королем Тирским) сумел это сделать. Или если на сухопутье, из-за того что дороги длинны, трудны и опасны, нужны будут многие подводы, проводники, сторожа и заставы. В особенности в этом царстве есть великая и крайняя нужда в такой помощи.

В-третьих, если какая-либо страна лишена премногих товаров и должна покупать их у иных

народов, и поэтому жители часто бывают обмануты. Если дозволено будет всякому торговать с иноземцами, или [если] чужестранцам [дозволено будет] жить среди нас, то народу причиняется горькая обида: все наше добро от нас увозят, мы страдаем от голода, а чужестранцы у нас на глазах все плоды нашей земли поедают.

4. Стало быть, царскую торговлю вести и вершить надо так:

1) Царские приказчики не должны продавать дома ничего из того, что куплено в своей державе, но все, что купят у царских подданных, [они] должны продавать чужеземцам с наивозможной прибылью и по самой высокой цене.

2) А покупая у подданных, не должны скупиться, но платить щедро, как будет возможно.

3) А то, что купят у чужих, они должны продавать своим без всякой или, по крайности, с наименьшей прибылью. За исключением тяжелого времени, ибо тогда можно будет продавать и по дорогой цене.

4) А чужим народам пусть продают эти товары как можно дороже.

5) Не следует, как я говорил, продавать враздробь, а только оптом. А продавать только в двух или в трех местах страны. А в тяжелое время Умножать торжища можно продавать и враздробь, и во многих городах, и по дорогой цене.

6) А в обычное и хорошее время царские думники и торговые надзиратели должны прежде всего следить за тем, чтобы торговые приказчики ни в чем не обманывали царя-государя и ничем не обижали народ. И чтобы при царской торговле не росла цена на товары, но, напротив, чтобы все товары в стране были бы дешевле, нежели бы могли быть при торговле отдельных жителей.

7) А когда какие-либо местные торговцы захотят купить товары у государевых приказчиков, то

приказчики должны продавать им всем по одинаковой указной цене. А в городах надо дать монополию на тот или другой товар тем местным торговцам, которые обещают дешевле [их] продавать.

О торговле с иными народами
1. В этом государстве, как мы уже выше сказали, мало торжищ и надо искать их и умножать. Ведь чем больше торжищ в королевстве, тем оно бывает богаче. Можно было бы устроить одно торжище на Дону напротив Азова для торговли с турками, другое - в калмыцких землях: на Иртыше у Соленого озера или в ином месте для торговли с Индией, третье - в Путивле для украинцев и волохов, четвертое - со временем - в Даурии. А Хвалынское море м заполнить бы хорошо сделанными царскими кораблями, для [перевозки] персидских товаров.

2. Слышал я, как некий венецианец, придя в Москву, советовал искать пути к индийцам: "мы, де, смогли бы оттуда вывозить в эту страну перец, сахар и иные пряности и отнять торговлю ими от немцев и от испанцев, которые привозят эти товары по морю". А в наше время этот индийско-китайский путь уже хорошо изведан, и торговцы оттуда ежегодно приходят в Сибирь.

3. Голштинский князь замыслил было завести торговлю между Персией и своей страной через Архангельск и Астрахань . Но не сбылось его желание, не знаю почему. Помиловал тогда Бог наш народ: не дано было немцам этой страной вконец завладеть, отобрать наши доходы и опозорить нас. Вот почему немцы повторяют пословицу и говорят: "русские, де, вроде собаки на сене - она и сама сена не ест и вола к яслям не пускает". Так, дескать, и русские: и сами не торгуют, и немцам не разрешают.4. Большое увеличение и улучшение торговли могло бы быть в этой стране, но этого не сделано, и наши люди еще не знакомы с большим торговым промыслом. А причиной тому наша неискусность и тупой разум, коему нужен [точильный] брус и острение, то есть - учение. А к тому же и лень многому мешает, ибо арифметике люди наши не учатся и поэтому не умеют вести счет в такой торговле, которая идет на многие сотни тысяч.

5. Многие не умеют ни выбрать времени, ни извлечь от чужих народов ту выгоду, какую дают нам время и случай. Мыслят лишь о ясаке, иных доходов не видят. Если мы не можем подчинить своей власти калмыков, персов, турок, [многие] отчаиваются и мнят, будто от этих народов нельзя получить иной пользы, кроме ясака. Но [они] не понимают, что немцы, хотя и не подчинили своей власти Русскую землю, однако они разными хитростями берут с нее ясак и наипаче благодаря тому, что держат здесь своих приказчиков, которые ежегодно отдают им часть прибыли и дани и все богатство этой земли пожирают. А те, что не торгуют, а живут на государево жалование, похваляются и хвастают и пустили поговорку: "кто хочет даром хлеб есть, пусть, де, идет на Русь".

6. А иные наши люди ни капельки не могут ни оценить, и взять на ум выгоды от большой торговли, а думают лишь о великих расходах, трудах и опасностях и то, что возможно, считают невозможным и забывают, что большая прибыль требует больших трудов.

Вопреки таким глупым мнениям, мы должны оценить огромные и безмерные выгоды, какие может дать сему государству большая торговля. То есть, если бы через Студеное, Черное и Хвалынское море и реки Сухону, Вологду, Дон, Волгу, Иртыш и другие, мы могли бы вести торговлю на многие тысячи тысячи, и через наши руки шли бы товары от народов к народам, и от этого бы несказанно разбогатела государева казна и весь народ. А причины этого таковы:

Выгоды от большой торговли

1. Имея острог на Иртыше у Соленого озера, мы могли бы ежегодно добывать у калмыков 30 или и 40 тысяч сырых воловьих и овечьих кож. Нам следовало бы тут же возле самородной соли дубить их в бочках. Так делают англичане, потому что кожи от этого бывают толще и крепче. Затем мы могли бы продавать их немцам, если бы найти путь по Иртышу на море и до волока, а через волок зимой посуху снова к Архангельскому морю . А там у волока, если это было бы можно, поставить острог для торговли индийскими и сибирскими товарами.

2. Ныне наши вояки, которые ходят за солью на Соленое озеро, должны полдня тащить соль от озера к реке на своем хребте или возить [ее] на тачках. А если бы поставлен был острог, привозили бы соль на лошадях. И мы могли бы тогда добывать соль без числа и конца не только для своего обихода, но и могли бы продавать ее на море немцам. Ведь немцы возят к себе соль из Португальской земли, а отсюда им было бы ближе.

3. Мы могли бы там же задешево добывать много скота, солить говяжье и овечье мясо и вялить великое множество его на солнце и в дыму. Этим бы кормилась Сибирь и немцам бы [это] продавали.

4. Мы могли бы добывать тысячи пудов грубой овечьей шерсти, [пригодной] на простое сукно, в котором мы очень нуждаемся.

5. Могли бы мы добывать кожухов, коней, волов, сколько пожелаем.

6. А от бухарцев, из Индии, мы могли бы получать столько сот или тысяч пудов бумаги , сколько мы запросим и уговоримся. А из нее мы бы сами ткали и красили полотно для своего обихода и на продажу иным народам. И саму невыделанную бумагу продавали бы немцам. Шелк и всякие шелковые товары тоже дешевле мы можем покупать у бухарцев, нежели у немцев.

7. Драгоценные камни, жемчуг, кораллы, сахар, перец, шафран, гвоздику, орехи, корицу, имбирь и иные индийские товары мы ныне покупаем у немцев, а те везут их дальним путем, плывя по морю вокруг света. А если бы у нас было доброе согласие с калмыками, мы добывали бы эти товары от самих индийцев, и не мы бы покупали их у немцев, а они - у нас. И много тех индийских товаров - шелка, бумаги, камней, жемчуга и пряностей - шло бы также в Литву, на Белую Русь, в Поднепровье и в иные страны.

8. Добывали бы много серебра, белого железа и иных руд, и стали бы в этой стране руды дешевыми.

9. Не знаю, что сказать о деревянном масле, рисе, винограде, изюме, смоквах и о других плодах. Если бы мы их добывали, немцы охотно бы их у нас покупали.

10. Могли бы получать, сколько пожелаем, цветных шелковых тканей или полотен: бархата, атласа, камки и тафты и цветных бумажных тканей, именуемых азям, зенден, китайка и беяз. И могли бы обеспечить этими товарами, кроме самих себя, всех литовцев, поляков, поднепрян и самих немцев. А взамен тех товаров давали бы калмыкам, бухарцам, монголам и дальним индийцам свои сибирские меха и немецкие ткани и всякие иные товары.

Эти торговые дела настолько важны, что следовало бы, не жалея труда, разыскать в калмыцких землях какое-нибудь место для постройки острога и учреждения такой торговли. Никакие расходы и труды, потребные для этого дела, не могут показаться чрезмерными: если даже подарить калмыкам многие тысячи, то и это ничего не будет значить по сравнению с такими прибылями.

Сибирь и ныне нам полезна, но может стать гораздо полезнее. Во-первых, из-за торговли с калмыками.

Во-вторых, из-за торговли с бухарцами, как мы здесь сказали.

В-третьих, из-за мангазейского промысла, о котором говорится в разделе 3 под цифрой 18 .

В-четвертых, из-за Кузнецкого острога и тамошних железных руд, ибо мы можем ползать оттуда всякое хорошее оружие и орудия.

Одним словом, говоря о Сибири, надо знать, что Сибирь безмерно выгодна и необходима для этого царства. Ибо от всех тамошних народов мы можем добывать их товары без денег за наши простые отечественные товары, то есть за простые ткани и полотна, за соль и за жито. И те товары там дорого ценятся.

11. А от персов - если бы на Хвалынском море , у нас было достаточно кораблей - мы бы добывали в удобное время и по хорошей цене всякие шелковые и бумажные товары и невыделанный шелк и бумагу за сибирские меха и за немецкие ткани и рукоделия. И сейчас мы добываем персидские товары, но не столько и не так, как можно было бы, будь у нас свои ладьи, на коих мы бы обходили все города и страны, лежащие вокруг Хвалынского моря. А действуя разумно, мы добывали бы и тонкую шерсть для тканья хороших сукон. А грубую шерсть и овчины мы добывали бы без труда.

Хвалынское море (как пишет некий немец) имеет 2800 миль (или 14 000 верст) в окружности. При хорошем ветре его можно переплыть в ширину за пять, а в длину за шесть дней. В море 1;сть много островов, населенных и пустых. Пустые острова царь-государь мог бы заселить нашими людьми, а с населенных островов со временем брать дань.

Всю окружность или все берега этого моря нужно осмотреть и узнать, где растет много винограда, а если его нигде нет, то найти место, где бы он мог расти. И с помощью своих и тамошних людей завести там такие виноградники, чтобы их хватило для всего этого королевства.

Если бы царь-государь заполнил это море своими кораблями, он стал бы хозяином моря и собирал бы дань с кочевых народов, живущих на его берегах и неподвластных персидскому королю, и с торговцев, плавающих [там], как это делают венецианцы на Адриатическом море. Однако мы обо всем этом говорим, будучи несведущими, и предоставляем судить об этом людям сведущим и ученым.

12. Мы могли бы добывать от бухарцев и от персов так много ковров, килимов, луков, сафьяна, риса, деревянного масла, тимьяна, мирры, бальзама, муската, ревеня, всяких красок и всяких иных восточных товаров, что смогли бы удовлетворить ими всю Литву и Белую Русь, и Поднепровье, и польскую и венгерскую и волошскую земли, и шведов, и архангельских немецких торговцев.

13. А при такой торговле оставалась бы всегда у нас в руках известная часть золота и серебра и было бы обилие руд и товаров в нашей стране.

14. А донская торговля была бы равна калмыцкой и хвалынской и даже в некоторой мере гораздо лучше [их], ибо это море связано с великим океаном. Этим путем мы могли бы удобнее всего вывозить всякие немецкие, всякие сибирские и всякие русские товары.

Ведь турки и греки охотно покупают соболей и другие дорогие меха, которые немцы не очень любят. Покупают также ткани и рукоделия немецкие. А особенно охотно покупали бы мед, воск, мясо, масло, пшеницу, коноплю и всякие русские товары. А мы у них могли бы брать многие восточные товары - виноград, маслины, рис, изюм, смоквы, лимоны и всякие иные плоды - и все это гораздо дешевле и с меньшим трудом, нежели мы ныне втридорога покупаем у немцев и с великим трудом везем издалека и через холодные страны.

Если бы сбылась половина, треть или хотя бы десятая часть того, о чем мы до сих пор говорили, быстро бы это государство стало полным всякого добра и преобильным.

Ведь надо знать, что французы, англичане и брабантцы торгуют и заводят большие промыслы во всех владениях Турецкого королевства. Они окружили Царьград своими торговыми ладьями, словно густым лесом. Большая часть этой торговли перешла бы к нам и стала бы идти через наши руки.

О том, как можно было бы добиться соглашения с турками, с персами и с калмыками, мы не станем здесь писать, чтобы избежать долгих рассуждений.

О развитии домашней торговли
Торговля обычно развивается такими способами:

1. Некоторые правители устраивают торжища на морских берегах и объявляют их открытыми для чужих кораблей и торговцев - либо для всех, либо только для некоторых и то с определенной пошлиной.

2. У немцев и у поляков обычно бывают ярмарки. То есть один-два раза в году или чаще в некие назначенные дни всем торговцам дозволяется прийти и выставить на торгу свои товары на один, два дня или более.

В Италии не бывает таких ярмарок и это хороший обычай, ибо из-за этих ярмарок люди отвлекаются от земледелия, а товары без надобности перевозятся с места на место и от этих перевозок становятся дороже.

Немцы устраивают те ярмарки так часто ради собственной корысти и вопреки общей пользе. Однако, видимо, было бы не худо установить такие ярмарки в больших городах один раз в году и только в зимнюю пору.

3. Еженедельные торги бывают во всех городах, и они, конечно, потребны для повседневных нужд. Однако в тех местах, где опасаются какой-либо измены или нападений, правители не допускают ни еженедельных торгов, ни ежегодных ярмарок внутри городов; а под городами их можно и должно устраивать, если в городе имеется подобающая стража. Так, например, в Тобольске торги могут быть через каждые две или три недели, но только чтобы стражи стояло побольше, а татарам и остякам разрешалось бы приходить лишь на подгородный торг, и внутрь, в острог им в этот день не входить, а [входить] только русским.

4. Надо следить, чтобы дороги были свободными от разбойников и исправлять мосты, перевозы и проходы через горы и болота. Древние римляне удивительно отличались в этом: они мостили длинные дороги тесаным камнем, строили каменные мосты через большие реки, пробивали дыры и делали проходы в каменных горах, осушали топи.

Ныне турки неустанно поправляют дороги и мосты и строят на дорогах на благо всем путникам большие каменные дворы или дома и кроют их оловом.

5. В европейских странах (кроме Польской земли) везде имеются некие назначенные гонцы, кои обязаны каждую неделю скакать на коне от перегона к перегону с письмами разных людей. В каждом городе назначают на неделе свой день и час, и в этот час гонец должен сесть на коня и скакать во весь опор. И везет он письма на своем перегоне, 15 или 20 верст, до другого ближайшего гонца. Другой гонец, получив письмо, должен тотчас пуститься в путь, будь то днем, будь то ночью, в сухое или в дождливое время. А когда он подъезжает к какому-нибудь городу, он трубит в рог, и горожане обязаны в любое время ночи открыть ему ворота. Всякий человек может этому гонцу принести письмо и две монеты, и гонец обязан взять и отвезти письмо. Благодаря этим гонцам развивается торговля и взаимные сношения торговцев. Однако же, я думаю, что есть причины, из-за которых в этом царстве не стоит держать таких гонцов.

6. На море короли придают торговцам свою ратную силу для охраны и сопровождения их. То же необходимо на реках и на сухопутье. И если из-за злых соседей торговцы не могут нанимать общих возчиков, то пусть король постарается поставить вдоль дорог побольше укрепленных острогов или сел, чтобы там были наемные подводы и провожатые.

7. Полезно, когда во всем королевстве деньги, весы и меры - суконные, житные и пивные - будут установлены так, чтобы их никогда не изменять. Хорошо и с соседями иметь насколько можно одинаковые меры.

8. Полезно было бы также, чтобы во всяком большом городе был общественный мерник, обязанности коего были бы таковы:

1. Пусть смотрит, чтобы торговцы не обмеривали и не обвешивали людей и не обижали [их], и извещает об этом областника .

2. Пусть держит открытую лавку и в ней всякие меры и весы для продажи (то есть меры житные, пивные и суконные и безмены большие и малые с насечкой, а не с надписями, то есть немецкие железные безмены). Пусть держит весы для монет и весы с чашами для перца, медные и деревянные, чтобы каждому легко было [их] купить. Пусть держит куски свинцовые и куски медные (весом в один золотник и в несколько, в полтину и в целую гривну), отлитые для образца, с царскими знаками. Если бы таким образом у людей стало больше весов и мер, торговцы не обманывали бы людей столь дерзко.

3. Пусть будет обязан ссужать на торгу меры и весы всякому, кто их спросит, чтобы перемерить товары, и давать их на дом под заклад и за небольшую плату, а некоторые меры держать прикованными на цепи, чтобы каждый мог мерить ими даром там же на месте.

4. Пусть держит на виду у всех по одному образцу разных монет - хороших и негодных, домашних и чужеземных, приносимых в [это] царство. И всякому, кто хочет разобраться в монетах, пусть показывает их достоинства и недостатки: чего и сколько им недостает.

5. Пусть держит в продаже печатные книжицы, в которых будет написано о торговой арифметике или о науке счета и также написано все это дело о мерах и о весах.

6. Пусть будет его обязанностью знать о всякой всячине, где что продается, кто чем торгует и что в городе есть и чего нет. И людям, спрашивающим, где что можно купить или продать, он должен будет за плату рассказывать [об этом].

7. Пусть он же смотрит, чтобы в лавках всегда были выставлены на продажу всякие орудия и посуда - железная, деревянная, глиняная и всякая домашняя утварь, всякие мелкие вещи. Ведь часто случается, что люди хотят купить что-либо нужное и не находят [этого] из-за того, что торговцы пренебрегают такими маловыгодными товарами.

8. Пусть в каждом городе будет царский торговец. Пусть он примет всякие товары, которые ему будут присланы и поручены главным торговцем и которые он сам запросит или назовет. И продавать он должен как можно дешевле. А товары пусть возят на наемных подводах и платят за них всюду пошлину, как и за товары подданных. А потом, сложив первоначальную цену товара, и плату за провоз, и пошлины, брать за товары как можно меньше сверх этой последней цены, чтобы государевы товары были всегда дешевле, нежели бы их могли продавать подданные, с прибылью [не более] одной, двух или самое крайнее трех монет на сотню, или как будет надобно. И из этого платить торговцу и сторожу и строить лавки.

А товары пусть будут такими, чтобы их можно было продавать оптом: то есть сукна, полотна, оружие и орудия, сделанные на заказ и в большом числе, соль, железо, бумага, мед, жито и тому подобное. А в розницу и неизвестными товарами предоставить торговать подданным.

А в торговцы принимать людей всех сословий: бояр, племян и черных людей, которые дадут хорошее обеспечение или поруку.

Благодаря этому народ получит большую пользу: 1. Не будет убытка или ущерба королевской казне, умножится и торговля, и пошлины. 2. Товары будут везде дешевы. 3. Разовьются ремесла. 4. В трудное время цены можно повысить. 5. При недостатке денег можно будет воинам платить товарами. 6. А простым торговцам будет однако же, дозволено торговать и теми же, и всякими мелкими и маловажными товарами повсюду, и в больших городах, и в малых, где не будет государевых торговцев, и развозить товары по селам.

9. Перекупщиков зерна и тех, кто набивает цену на хлеб, надо наказывать без всякой пощады. А перекупщикам других съестных товаров не давать обижать общину и не дозволять им ничего покупать до полудня или на дорогах перед городом под угрозой неминуемого наказания . Всех прасолов отнести в одно число с бездельниками и ярыжками . И не разрешать держать лавки или вести иную торговлю никому, кто не находится на какой-нибудь службе или не знает полезного и нужного ремесла, или не возит товары из города в город.

10. Ни за что не допускать никаких откупов. То есть, чтобы какой-нибудь торговец откупил право одному торговать в каком-либо городе или во всем королевстве вином, пивом, квасом, хлебом, медом, солью, икрой, кожами, коноплей, льном, сукном, железом или чем иным. Такие сделки крайне несправедливы и безбожны. Разве что наступит крайняя нужда, или если откупщик пообещает продавать этот товар по назначенной цене и дешевле, чем его продают остальные торговцы.

11. Отнюдь никому из чужеземных торговцев не дозволять держать в королевстве ни домов, ни лавок, ни складов, ни погребов, ни своих приказчиков либо наместников, ни консулов в Москве, ни постоянных послов. [И не разрешать им] приходить для торговли во внутрь государства, а только в назначенные торжища на рубежах. Если бы немцев на Руси не было, торговля этого царства была бы в гораздо лучшем состоянии. Мы бы дороже продавали наши товары и дешевле покупали нужные. С тем хлебом, который немцы жадно поедают, с тем большим добром, что они отсылают за море, могло бы жить множество доморожденных русских людей, которые в счастливое время были бы полезнее для царства, а в тяжелые времена не отсылали бы товары за рубеж, и земля была бы многолюднее.

Не поддадимся на угрозы немцев, грозящих, что торговля наша сгинет. Надо испытать королевскую самовластную торговлю. Если не придут враждебные [нам] немцы, придут другие. Для королевства даже полезнее, если не придет столько немцев и не вывезут столько хлеба.

А бывает и более того: англичане не разрешают голландским корабельщикам ничего к ним привозить, кроме тех товаров, которые водятся в самой Голландской земле. А перец, сахар, вино и прочие испанские и иных земель товары, мы, де, сами можем привозить на своих судах. Те же англичане не дают ни одному торговцу покупать у них для перепродажи их собственные товары. Позволят ему купить несколько кусков сукна для своего обихода, но не дадут нагрузить [им] корабли. И все же к ним приходит много торговцев.

А в Исфагани, и в Бухаре, и в Семиградьи, и у монголов, и в Китае, и в других странах держать своих приказчиков, как держат португальцы и многие иные торговцы. А со временем и по морю отсылать свои ладьи, и особенно в Китай, и затем в Индию Сибирским путем . И ни персам, ни немцам, и ни одному другому народу не давать останавливаться в Москве, ссылаясь при этом на домашние законы.

Если от тех немцев и бывает какая-либо корысть для царя-государя либо какие-нибудь подарки для бояр, то гораздо больше корысти было бы от своих людей.

Весь наш славянский народ подвержен такому окаянству, раз повсюду у нас на плечах сидят немцы, евреи, шотландцы, цыгане, армяне и греки, и из иных народов торговцы, сосущие нашу кровь.

Некогда у поляков был введен спасительный запрет: ни одному немцу не дозволено было держать домов и лавок в Польской земле. Но этот запрет держался недолго, ибо немцы своими подарками в скором времени обольстили польских воевод.

Никто так не высасывает богатства этой земли и не разоряет так народ, как те немцы, которые живут меж нами. Ибо они выискивают время и место, где какой-либо наш товар продается по самой дешевой цене. А свои товары привозят к нам единожды в году, в одно лишь место и, сговорившись, устанавливают [такую] цену, какую сами хотят. Кроме того, эти наши немцы, будучи все приказчиками иных, больших торговцев, обязаны отсылать прибыль своим господам за море, а себе стяжают иные доходы, на которые кормят себя и свою челядь, и богатеют. Это - подлинная саранча и вши, и наигоршая зараза для этой страны.

Поэтому надо было бы навечно сделать законом и клятвенно подтвердить, что ни один чужеземный торговец, откупщик или приказчик не будет вправе держать в этом царстве ни жилья, ни склада, ни лавки и приходить в какие-либо другие города, кроме назначенных порубежных торжищ в ярмарочное время, а там не оставаться больше, чем на месяц. А чтобы запрет этот не нарушался и чтобы воеводы ради подарков не потакали чужеземным торговцам, надо было бы дать русским торговцам привилегию или право и власть, чтобы, застав чужеземного торговца вне указанного города и места, русские торговцы вправе были бы изловить его и держать в своих руках, и просить на него суда, и, доказав его преступление, взять с него положенную пеню и изгнать его вон.

12. Пусть не дозволено будет держать лавки с товарами тем, кто не знает в достаточной мере письма и чисельного искусства (кроме тех, что продают такие товары, кои не требуют искусного счета).

13. Царь Август давал взаймы деньги своим подданным без всякого роста и лихоимства под хорошее обеспечение, то есть под залог домов каменных, под наследство, под заклад и под поручительство. И тем он обуздал лихоимство и грабеж и на диво приумножил и развил торговлю. Это было бы очень удобно сделать и в этом царстве, во славу великую царю-государю.

14. В Риме и в других городах Итальянской земли милосердные люди в память о некоем рабе божьем собрали в складчину некоторую сумму денег, чтобы давать их убогим людям взаймы под заклад без всякого роста и лихоимства. И такие складчины называются "складчиной из милосердия": чтобы не дать в обиду евреям и иным безбожным лихоимцам. Закладом обычно бывает не только золото, серебро, жемчуг, [драгоценные] камни и оловянная посуда, но и всякое платье - до назначенного времени. Если хозяин [вещей] придет до конца срока и выкупит заклад, то ему отдадут его даром и не возьмут ни одной монеты. Если же хозяин не придет и не выкупит заклада или не выпросит отсрочки, то складники продадут заклад, и если получат лишку, вернут хозяину заклада или его наследникам, если те объявятся. И удержат лишь самую малость для уплаты слугам того заведения. А продают те пропавшие заклады в назначенные дни, созывая трубою покупателей. Кто больше всех пообещает, тот и возьмет товар. И у немцев есть такие же складчины для ссуд бедным людям, но не благотворительные, а торговые, ибо они не возвращают закладов, без корысти для себя.

15. В Европе в городах есть богатые торговцы, которые меняют деньги и зовутся менялами. Если попросишь их, они дадут тебе одни монеты вместо других: к примеру, золотые монеты вместо серебряных или медных, либо серебряные - вместо медных или золотых, но всегда с корыстью для себя. Если разменяет рубль, возьмет алтын, грош или копейку. И еще: если у тебя есть сто, тысяча или много тысяч рублей или еще сколько-нибудь денег и ты хотел бы перевезти их в какой-нибудь другой город, но боишься разбойников или иной беды, либо того, что твои деньги в том городе не ходят или дешево стоят, то ты идешь к меняле и даешь ему твои деньги, а он тебе даст письмо к своему компаньону , и тот сразу же отсчитает тебе столько денег, сколько будет написано. И это бывает настолько твердо и надежно, что никогда не требуется никакого спора или суда. Только ты должен дать меняле обычную плату: он берет с сотни рубль, два, три или более, смотря по времени, большей или меньшей опасности либо дороговизне. Такие переводы весьма удобны и безмерно полезны людям странствующим и способствуют торговле.

16. В некоторых больших городах торговцы устраивают товарищество или дружину и свои торговые деньги держат все в одном месте, и это место называется бурсой или мошной. Если какой-нибудь боярин или иной человек принесет им свои деньги, будь то много или мало, они примут те деньги в общую мошну и станут платить ему по рублю, по полтора или по два с сотни в год, а сами в это время будут этими деньгами торговать. А когда после назначенного срока человек попросит свои деньги [обратно], отдадут ему их без промедления. Если же им не нужно денег для торговли, то они также примут деньги на хранение, но не дадут за них приплаты, а только отдадут их в любое время, когда хозяин спросит. А иногда требуется, чтобы вкладчик платил им за хранение.

17. Когда амстердамцы и иные немцы посылают три, четыре, десять или более кораблей в Индию, на Русь, в Турецкую или в Персидскую землю, то обычно торговец не складывает весь свой товар на один корабль, а каждый из торговцев, сколько их есть, разделяет свой товар по всем кораблям, так что если какой корабль и погибнет, то не весь его товар пропадет.

18. Чтобы содействовать торговле и умножению жителей, полезно дать горожанам или посадским людям некоторые права. То есть, чтобы они могли иметь [своего] старосту и лавников, выбранных ими, и будут сами судить некоторые небольшие взаимные тяжбы. И пусть им будет легче бить челом великому государю и защищаться от насилий и от разорения, чинимого обычно посадским людям злыми воеводами.

19. На торговые дружины или сборы надо возложить обязанность, чтобы в отведенных на то лавках всегда были некоторые повседневно нужные товары: мука, крупы, солод, толокно, масло, бобы, рыба, икра - одним словом все, что пригодно для еды, а наипаче все то, что родит эта земля, то есть мед, икра (не только простая, но и наилучшая) и все тому подобное. Также посуда и орудия, и всякие вещи, сделанные из всяких хороших материалов, как то блюда, кружки и ложки из белого олова, из литой меди, из дерева и из глазированной глины; горшки из железа, из меди, из глазированной глины; кади, бочки, квашни, ведра, дежи [?] и, наконец, метлы и всякие совсем небольшие вещи. И если же тех вещей не станет в лавках, [то] городской мерник должен известить державника, а торговцы, виновные в этом, должны за небрежение уплатить пеню.

Некоторые товары можно поручить и настенным стрельцам, живущим в городах. И дать им право, чтобы они одни могли держать в продаже эти товары всю неделю, кроме базарного дня.

20. Баны и державники в городах (совместно с царским торговцем) должны заботиться о том, чтобы договариваться с ремесленниками о всяких ремесленных, рукодельных товарах. Действуя разумно и без насилий, они повелят изготовить для царя как можно больше ножей, топоров, вил, замков, серпов, кос, бритв, крючков, игл, зеркал, пуговиц, полотен, сукон и всяких иных полезных людям вещей на много тысяч [рублей], где сколько будет возможно. Эти товары должны, во-первых, продаваться царским торговцам в том же месте, где они сделаны; во-вторых, их надо привозить в условленные большие города, чтобы их там раскупали земские торговцы для нужд хозяйства; в-третьих, вывозить их на порубежные торжища для продажи иным народам; в-четвертых, выдавать их воинам и всяким царским служилым людям вместо платы, но не насильно, а только желающим и просящим.

Для этого же царские приказчики должны позаботиться о том, чтоб иметь список и знать названия и обличия всех товаров, употребляемых людьми во всем свете, и держать при себе образцы их, чтобы знать и помнить об этих товарах. Для этого они должны приглашать к себе и принимать всяких иноземных ремесленников и давать им щедрое жалование, чтобы они обучали наших юношей и сами делали товары для государя.

Запретить привозить извне те товары, равноценные которым есть у нас дома (например, ножи, сельдь и прочую рыбу). Ведь немцы задешево покупают нашу рыбу, а свою сельдь продают нам по дорогой цене.

А чтобы этот порядок оставался неизменно в добром виде и не был нарушен из-за жадности державников, надо дать право земским торговцам или горожанам и воинам, другим служилым людям, чтобы они могли всегда и по любой причине открыто выступать перед державниками и быть свидетелями, и немедленно посылать в Москву челобитные на тех державников, кои бы стали нарушать хороший порядок и благое течение земской торговли или без государева указа повысили бы цены на товары.

Текст сочинения Юрия Крижанича публикуется по следующему изданию: Юрий Крижанич Политика, изд-во "Новый свет", М., 1997

Сканирование и проверка текста: Есиева П, Шишкина М.

Оригинал текста находится по адресу: http://stepanov01.narod.ru

Вернуться к оглавлению


Далее читайте:

Крижанич Юрий (1618-1683), хорватский богослов, философ, историк, экономист.

Крижанич Юрий. Записка о миссии в Москву. В кн.: Новое известие о времени Ивана Грозного. М. Императорское общество истории и древностей Российских. 1901.

Россия в XVII веке (хронологическая таблица)

 

ХРОНОС: ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ В ИНТЕРНЕТЕ



ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС