 |
|
|
Артем ЕРМАКОВ |
|
|
НЕ ГЛЯДЯ |
О проекте
Русское поле:XPOHOCФЛОРЕНСКИЙНАУКАРОССИЯМГУСЛОВОГЕОСИНХРОНИЯПАМПАСЫМОЛОКОГАЗДАНОВПЛАТОНОВ |
Честное слово в лице ее
ничего не было горького, страшного, отрешенного.
Даже грустного ничего не было. Самое обычное
девичье лицо: милое, чуть улыбающееся,
пустоватое. Может быть, глаза… Впрочем, так
пристально я ее не разглядывал. - Ну, и о чем вы сами хотите рассказывать? Спрашиваю так сразу, наученный горьким опытом. Неделю назад приходил парень, так он на вопрос “Кто такие декабристы?” не мог ответить. - Про Смутное время. - Вот и хорошо. Давайте, начинайте. - Смутное время началось в 1598 году. Оно делится на три периода. В первом периоде правил Борис Годунов. Во втором - государство начало распадаться. А в третьем - русский народ уже вел борьбу с открытой иностранной интервенцией… Слушаю все это, рассеянно кивая. Бред, конечно, но пока правильный. - Ну, и кто победил? - В каком смысле? - Ну, “русские люди боролись с иностранной интервенцией”, и кто победил? - Наши победили. - А кто именно? Молчание. Рыжий бугай в свитере рядом тоже молчит. Значит, и он ничего не знает. Кто их учил до меня? - Простите, я не в вашей группе в прошлый раз спрашивал: кому стоит памятник на Красной площади? - В нашей. - И кому же? - Я забыла. - А вы? - Этому, как его, князю Минину, - бугай отчаянно чешет затылок. - И князю Пожарскому. - Молодцы, вспомнили! Я великодушно опускаю детали. А ведь студенты уже. Хотя и филологи. - И что было дальше, девушка? - Дальше началась новая борьба. - С кем?! - Ну, я не помню. - Здесь даже помнить не нужно. Вы просто подумайте? В стране 15 лет беспорядки, голод, гражданская война, потом интервенция. Чья, кстати? Ладно, опустим этот вопрос. И вот Минин и Пожарский выгнали врагов из Москвы. Разве есть у них силы начать новую борьбу? Молчит. Вертит в руках тетрадку. - Ладно, отдохните пока. А вы, молодой человек, на какой вопрос хотите отвечать? - На любой. - Хорошо. Кто такой Александр Невский? - По-моему, полководец. - А еще? - В его честь назвали реку Неву. - Все было наоборот. О крещении Руси что вы помните? - Русь крестил Владимир Мономах в 1988 году. Он загнал всех в реку и… И все это без тени сомнения. Даже охота поправлять пропадает. - В какую реку? - В Днепр. - Где это было? - В Киеве. - С кем воевал Петр I? - Со шведами. Северная война длилась… Чувствуя, что пора прекратить эту дурацкую викторину, названную кем-то “зачетом по истории Отечества”, машу через стол рукой. - Давайте зачетку. - Сначала - допуск. - Ах, да. Вы же пересдаете. Где расписываться? - Здесь. Спасибо. До свидания. - До свидания. Теперь вы. Снова поворачиваюсь к девушке, испытывая приступ легкого раздражения. - Что вы еще хорошо помните? - Ничего. Я историю не очень люблю. - Не очень? - Совсем не люблю. Не интересно. А мне с тобой интересно?! Вот отправлю-ка я тебя… Но какая-то неведомая сила одергивает меня, и я задаю новый, совсем уже странный вопрос. - А читать-то вы любите? - Смотря что. - Да, хоть “Войну и мир”. Читали? - В школе. - О каких исторических событиях там идет речь? - Я не помню сейчас. - Вы ведь это сдавали летом. - С тех пор столько изменилось. Ну, в семейной жизни. - Что, замуж вышли? - Хуже. - Развелись? Молчит. Я недоверчиво оглядываю ее фигуру. Вроде не беременна. Да и первый курс все-таки, рано еще. Может, со стажем поступала? - А что вы вообще читали? Какой учебник? - Никакой. Лекции. Она, по-прежнему, вертит и мнет измусоленный картонный переплет. - Можно вашу тетрадь? - Да, пожалуйста. Она не моя. - Ну, милая, это уж совсем никуда не годится. Вы дальше-то учиться будете? - Да. Я все выучу. - Что, “все”? - Ну, историю. - А сейчас? Молчит. Так бы и убил за это молчание. И ведь, главное, совсем не волнуется. Неужели, ей, все равно? Блатная она, что ли? Выгнать, и дело с концом. Пускай там, своими каналами… - Послушайте, если я велю Вам в счет нынешнего зачета прочитать пару лишних книг к лету, к экзамену, а потом вы мне отчитаетесь, вы согласны? Бог знает, что такое! Как будто я прошу ее о чем-то важном для меня лично. А она еще раздумывает. - Вы согласны? - Да. Спасибо. До свидания. - Стойте. Куда вы? А зачет? - Извините. Я забыла. Вот. Она достает из сумочки зачетку, кладет ее на стол и снова начинает смотреть куда-то вдаль. - А допуск? - Что? А, это. Я его еще не получила. - И когда думаете? - Не знаю. Когда дадут. - У вас же ведомость закроют на факультете. Вам до какого числа можно пересдавать? - Не помню. Надо спросить. - Вы… Вы, вообще, где живете?! - Живу? На двадцатке если ехать… Дура! Непроходимая дура!!! Зря пожалел, надо было гнать. Я почти кричу: - Да нет же, не адрес! Вы где живете: на земле или на небе?! Она опять улыбается. - А?.. Да, с тех пор, как мама умерла, я почти на небе.
|
© "МОЛОКО" Русский литературный журнал |
|
|
|
Гл. редактор журнала "МОЛОКО" Лидия Сычева
WEB-редактор Вячеслав Румянцев |
