   |
| |
Сергей Павленко |
|
|
© "РУССКАЯ ЖИЗНЬ" |
XPOHOC"РУССКАЯ ЖИЗНЬ""МОЛОКО""ПОДЪЕМ""БЕЛЬСКИЕ ПРОСТОРЫ"ЖУРНАЛ "СЛОВО""ВЕСТНИК МСПС""ПОЛДЕНЬ""ПОДВИГ""СИБИРСКИЕ ОГНИ"РОМАН-ГАЗЕТАГАЗДАНОВПЛАТОНОВФЛОРЕНСКИЙНАУКАПАМПАСЫ |
Сергей ПавленкоСюзаннаСъеденный вчера арбуз давал о себе знать. Уже третий раз я вставал, распираемый остатками его сочной мякоти, чтобы сделать ночную вылазку в туалет. Что тут поделаешь? Любишь кататься, люби и саночки возить... Сняв ненужное напряжение, я возвращался обратно в спальню, чтобы снова занять горизонтальное положение, но… Но вот после третьего посещения отхожего места я вдруг заметил, что на кухне горит свет. Неужели Наталья, моя жена, решила доесть этот источник моих ночных беспокойств?! Я-то не против, но не ночью же это делать! Я пошел, чтобы застукать жену за ночным мародерством, однако, подойдя к кухонной двери, ахнул… Если бы я увидел у себя в квартире посреди ночи чужого человека, я, конечно бы, испугался. И я испугался, но совершенно по другому поводу. Дело в том, что на кухне, действительно, был чужой человек, но испугаться именно его было мне никак невозможно. Это была молоденькая девушка, которая была одета лишь в коротенький пеньюарчик светло-оливкового цвета. Босоногая, она стояла у разделочного столика и ловко орудовала ножом, нарезая бутерброды. Испугался я совсем не этой девушки и не ножа в ее руке, а своей жены. Как будто я сам привел эту босоногую к себе на кухню, да еще и раздел ее почти догола! Я боялся, что сейчас встанет Наталья, которая вчера тоже ела арбуз, и застукает меня на кухне с молодой и красивой. Чтобы создать себе алиби, мне нужно было срочно возвращаться в кровать. Я почти уже попятился назад, как вдруг эта девушка обернулась и, как ни в чем не бывало, сказала: − Милый, жди меня в постели. Меня обдало таким бархатным голосом, что я сразу понял, что Наталья будет совершенно права, если разразится приступом ревности при одном моем взгляде на эту девушку. − Сашенька! − рассмеялась девушка, увидев мою нерешительность. − Ты меня слышишь? Послушай женщину и сделай наоборот. Так говорят люди, но в моем случае пойти в кровать вполне совпадало с моим желанием, поэтому я послушался и пошел обратно в спальню. Пусть уж лучше Наталья сама обнаружит эту полуобнаженную незнакомку на кухне, чтобы знала, что я к этой девушке не имею никакого отношения. Я вошел в спальню и опешил окончательно. Жены не было на кровати. Так же как и я ушла в туалет? Тогда на обратном пути она обязательно заглянет на кухню. А что будет дальше − даже страшно себе представить. Но я ни в чем не виноват! С этой мыслью я забрался под одеяло и сделал совершенно отчужденный вид − я ничего не видел, я ничего не слышал, я ничего не знаю… Время шло. Жена все никак не появлялась. Никаких звуков со стороны туалета не доносилось. Неужели она уже на кухне? Я еще сильнее прищурил глаза. Вот-вот разразится скандал… Кто-то подул мне на лицо. Наташа? Я приоткрыл глаза. И снова закрыл − это была опять та незнакомая девушка. Ее лицо было прямо над моим. − Сашенька, подвинься − я принесла наш завтрак, − услышал я снова ее бархат. Я опять подчинился. Открыв глаза, я увидел, что девушка поставила на кровать поднос с двумя чашками чая, бутербродами и всякими сладостями. Наталья здесь, похоже, даже и не ожидалась. Девушка приподняла подушку и села, оперевшись на нее спиной, сбоку от подноса, так что он оказался между нами. Она взялась за бутерброд, но, заметив мою нерешительность, снова дала услышать свой голосок: − Хочешь, я покормлю тебя? На что я тут же выпалил: − Не надо! Я сам! Я вынужден был присоединиться к трапезе. Мне попался бутерброд с красной икрой. Откуда у нас красная икра?! Мы ели молча. Я боялся взглянуть на девушку и на дверь спальни, в которой могла появиться Наталья. Девушка же молчала просто так, ничего и никого не боясь. Она просто разглядывала меня, как будто бы мною любуясь… Подозрительно было все это! Наконец девушка задала вопрос: − Как тебе спалось? − Н-нормально, − ответил я, слегка запинаясь, еще не зная, вступать ли мне в разговор с незнакомым человеком. − Меня зовут Сюзанна, − как будто услышала она мои мысли. − Очень приятно, − автоматически выдал я. − А меня Сашей… «Она же называла меня уже по имени!» − вспомнил я, ужасаясь всей нелепости этой ситуации. Она улыбнулась… Я отхлебнул горячего чая и задал немаловажный для меня вопрос: − А где Наташа? − Какая Наташа?! − совершенно искренне удивилась девушка, назвавшая себя Сюзанной. Я не стал объяснять и принялся за второй бутерброд. Я и сам начал сомневаться в существовании какой-то Натальи. Сюзанна была такой реальной и осязаемой рядом со мной, а Наташа... Была ли вообще какая-то Наташа? И тогда я задал вполне резонный вопрос: − А ты кто? Девушка снова улыбнулась: − Я Сюзанна. − Это понятно. А что ты тут делаешь? − Я сделала тебе завтрак, и мы сейчас его едим, − вполне логично ответила она. − Но откуда ты? − Я из кухни. Я понял, что простые вопросы задавать этой девушке бесполезно. На простые вопросы я получал простые ответы. Поэтому я придумал для нее более сложный вопрос: − А какое отношение ты имеешь ко мне? Девушка посмотрела на меня таким укоризненным взглядом, будто я ей предложил что-то непристойное. Мне стало как-то не по себе, будто это я вмешиваюсь в чью-то жизнь, а не в мою вмешались таким бесцеремонным образом. Вместо ответа Сюзанна протянула мне печенье: − Открой ротик – хочу угостить тебя чем-то очень вкусненьким. На такое я не подписывался. Я стиснул зубы, словно во время пыток в гестапо. Гестаповка не унималась: − Попробуй, тебе понравится! А ведь не она меня пытала, это я ей вопросы задавал. И вот чем мне она ответила! Злодейка! Как же, однако, хорошо она меня пытает! И я вдруг послушался и открыл «ротик». − Нравится? − спросила она, заглядывая мне в глаза и ожидая положительного ответа. Обидеть ее было невозможно, да и печенье было очень даже вкусным, поэтому я ответил: − Очень даже неплохо. Можно ещё? Сюзанна протянула мне сразу две штуки. Я съел одну из них, и у меня кончился чай. − Хочешь еще чаю, любимый? − с готовностью предложила она. − Пожалуй, можно, − проговорил я, непривыкший к такому обращению. Она вдруг наклонилась ко мне, чмокнула меня в щеку и вспорхнула с кровати. Перед тем как скрыться за дверью, она обернулась, посмотрела на меня и сказала: − Я так счастлива с тобой. «Вот вляпался!» − подумал я и стал озираться по комнате, будто бы пытаясь найти где-нибудь свою жену Наталью. Я, конечно же, нигде ее не увидел. Вот и хорошо – мне чертовски хотелось еще чая с этим печеньем, которое любила Сюзанна… Сюзанна что-то задерживалась на кухне. Я укрылся одеялом и ждал. Удивительно, но я не ощущал никакого беспокойства. А ведь, по сути, я должен был переживать. Наташи все-таки не было дома! Она куда-то пропала! Но никакие сознательные усилия не воспроизводили в моей душе ни одной нотки волнения. Напротив, какое-то неземное умиротворение переполняло мою душу, я закрыл глаза и задремал…
***
Я проснулся, когда кто-то сел на кровать. Я открыл глаза – это была Наталья. Она включила телевизор, забралась под одеяло и легла на подушку, заложив руки за голову. Судя по всему, спать она не собиралась. Значит, это был только сон. Сюзанна была просто сном! В разочаровании я снова закрыл глаза. Да, таких ярких снов я в жизни не видывал! Я даже до сих пор ощущал вкус печенья… − Ты на работу не собираешься что ли? − прозвучал вполне реальный голос Натальи. − Собираюсь, − ответил я, хотя и знал, что Наталью интересовало другое. В нашей семье приготовление завтрака было моей обязанностью. Жене якобы хватало забот об ужине. Ее вопрос можно было бы перевести как «Ты чего не делаешь завтрак?». Мой ответ означал, что я уже собираюсь встать и приготовить завтрак. Я действительно поднялся с постели и вышел из спальни. Я осторожно заглянул в кухню, как будто опасаясь увидеть в ней снова Сюзанну. Там, разумеется, никого не было. Я сделал на кухне примерно то же самое, что сделала у меня во сне Сюзанна. Только вот того печенья у нас не было и икры красной. Я сложил на поднос бутерброды попроще, пряники с начинкой, которые любила Наталья, а я терпеть не мог, чай для себя и кофе для жены и понес все в спальню. Наталья лежала все в том же положении. Она отпила из своей чашки и сморщилась: − И почему ты всегда такой невкусный кофе делаешь? − Что на этот раз? − спросил я. Мне все никак не удавалось вымерить нужные пропорции кофе, молока и сахара для приготовления напитка, который мог бы угодить вкусу моей жены. Наталья не стала ничего отвечать. Она была занята бутербродом. − Ты все масло экономишь? – была ее оценка моих стараний. − Прости. Я как себе намазал… − Мне не надо как себе мазать! − резко высказалась моя жена. − Хорошо, не буду мазать, − покорно ответил я. − Ты чего так со мной разговариваешь?! − Как? − У тебя кто-то появился? Я чуть не поперхнулся, еще раз убедившись в проницательности женской интуиции, и смог лишь изобразить недоумение: − С чего ты взяла?! Недоумение у меня получилось, но щеки вдруг предательски покраснели. − Я все вижу! − заявила Наталья. − Когда?! − продолжал я оправдываться. − Ты же знаешь − я все время на работе, а потом все остальное время с тобой. − Мужики всегда найдут время, чтобы завести шашни с кем-нибудь, − заметила Наталья, и по-своему она была права. Даже ночь и сон не помешали мне встретиться с загадочной девушкой, наоборот, даже помогли и поспособствовали. Я промолчал… С самого утра уже в атмосфере квартиры витало какое-то напряжение. Скорее бы на работу! Проглотив завтрак, я пошел умываться и одеваться. Я всегда выходил из дома на работу на пятнадцать минут раньше Натальи. Сегодня я вышел раньше ее минут на двадцать. Пока она красилась в спальне, я крикнул «До вечера!» и прикрыл за собою квартирную дверь.
***
На работе я был в своем офисе, когда в дверь кто-то поцарапался. Сидя за своим столом, я сказал: − Да, войдите. Никто не вошел… Я продолжал заниматься своими делами… Царапанье повторилось. Я снова сказал: − Войдите. Никакой реакции. Тогда я сам встал и подошел к двери. «Женщина», − подумал я. Я открыл дверь и ошибся. Это была не женщина. На пороге стоял человечек небольшого роста, животик, лысина на голове, очки на носу – в общем, не женщина. − Здравствуйте, − сказал он гнусавым голосом. Я не государственный служащий, поэтому ответил вполне приветливо: − Здравствуйте. − К Вам можно? − Можно, − ответил я, снова возвращаясь к своему столу. − Вы по какому вопросу? Человечек зашел в кабинет, ловко извлек вместо ответа откуда-то из воздуха визитку, протянул ее мне и сел на стул напротив меня. «Фокусник», − решил я. Визитка выглядела дороже, чем ее предъявитель. На карточке было написано: «Рекламное агентство «КонтоРА». Огузков Ерофей Макарыч. Директор». «Название фирмы интересно придумали, − подумал я, − а вот на рекламных агентах экономят». − У нас очень высокотехнологичная реклама, и нам не нужны рекламные агенты, − как будто услышал мои мысли господин, или, скорее, товарищ Огузков. «А фамилия у него под стать внешнему виду, совсем не высокотехнологичная», − мыслил я дальше. − А Вы Игнатушкин Александр Евгеньевич, директор этой фирмы? − поинтересовался посетитель. Фамилия у меня конечно тоже не императорская. Поэтому и торгую я бытовой химией, а не царским антиквариатом. Не дождавшись моего ответа, человечек продолжил: − У меня к Вам деловое предложение. − Я Вас слушаю, − ответил я, хотя мой интерес к посетителю начал уже угасать − реклама у нас уже делалась через другие агентства, и их рекламные кампании находили отклик у наших покупателей. Единственное, что можно было бы узнать у него, − это стоимость их услуг, чтобы сравнить с тем, что платим мы. − Мы хотим предложить Вам провести рекламную кампанию для Вашей продукции, − проговорил Огузков вполне предсказуемую с его стороны фразу. − Какого рода кампанию Вы можете предложить? − Это коммерческая тайна, но я гарантирую Вам, что из бытовой химии будут покупать только Вашу продукцию. «Не так всё оказалось просто, как я думал», − решил я и спросил: − Но если даже я не знаю суть Вашей рекламной кампании, как об этом узнают наши клиенты. − Они об этом узнают, − со знанием дела пообещал Огузков. − Вам об этом не придется беспокоиться… Я уже начал жалеть, что открыл дверь этому Ерофею Макарычу. − Интересно, или лучше сказать, странно. И сколько же стоит Ваша рекламная компания? − Один месяц кампании стоит… − и дальше Огузков назвал сумму, которая равнялась доходу всей нашей фирмы за полгода. − Вы сумасшедший! − вырвалось у меня. − Вы оплачиваете только месяц нашей рекламной кампании, а дальше мы проводим ее бесплатно для Вас хоть до конца света. Передо мной был или и правда начинающий сумасшедший, или какой-то неумелый мошенник. − То есть дальше Вы проводите ее за свой счет? − попытался вывести я его на чистую воду. − Не за свой. − А за чей же? − Это уже не Ваши проблемы. Найдутся заинтересованные люди… Нет, все-таки сумасшедший… − Не удивляйтесь высокой стоимости наших услуг, − не обращал Огузков никакого внимания на мои подозрения. − Вы потом поймете, что это стоит того. Ваши доходу возрастут в десятки раз, и через месяц, я повторяю, Вам даже не придется платить за наши услуги, а кампания будет всё продолжаться и продолжаться. Я не верил ни одному его слову: − Все звучит слишком подозрительно. Делец от рекламы, похоже, был готов к такому ответу: − Я понимаю Ваши сомнения, но скоро Вы передумаете, и тогда Вам понадобится мой телефон. Сохраните, пожалуйста, мою визитку. Огузков (если верить этой самой визитке) поднялся со стула: − Только поторопитесь. Наши мощности ограничены. На всех желающих не хватит. − До свидания, − ответил я, имея в виду «прощайте». Иди туда, не знаю куда; возьми то, не знаю что. С такой рекламной стратегией они даже одного клиента не найдут. А если и найдут, то это точно буду не я! Огузков вышел, а я продолжил свои дела, не придав этому эпизоду никакого значения. Мало ли шарлатанов развелось сейчас в этом мире!
***
Мой телефон характерно пикнул. Пришло СМС-сообщение. Я открыл его. Там оказался длинный список продуктов и только один глагол в самом начале сообщения – «купи». Жена была в своем репертуаре. Раньше она звонила и говорила мне, что я должен был купить, но я всегда что-нибудь да забывал, и она оставалась недовольной соответственно тоже всегда. А потом она все-таки вняла моим увещаниям и стала посылать на мой номер СМС-ки, что позволило мне не забывать, что я должен был купить. После работы я направился в ближайший супермаркет. Я взял корзинку и с телефоном наперевес стал лавировать вдоль рядов, разыскивая нужные продукты. Когда все необходимое по списку было сложено в корзинку, я пошел к кассе и занял очередь. Передо мной были несколько человек. Пока первый из них выгружал свои товары на резиновую дорожку кассы, последний человек в очереди оглянулся и… я остолбенел. Это была Сюзанна!!! − Ты… Вы… здесь?! − вырвалось у меня три невнятных слова. Я был растерян. Я видел эту девушку во сне. Увидел бы еще раз − ничего страшного, наоборот даже очень хорошо. Но сейчас-то не сон! Я, получается, видел реально существующую девушку в своем сегодняшнем сне. Просто, она где-то мне уже, видимо, встречалась, я запомнил ее лицо и представил именно ее в своем сне. Вот как оно, оказывается, бывает в жизни! − Саша! Что с тобой? − девушка озабоченно, но мягко схватила меня за плечо. Но откуда она меня-то знает?! Или она тоже видела меня во сне? − Солнышко, я просто хотела тебе сделать сюрприз.... − почему-то попыталась оправдаться девушка. Если ее еще и зовут Сюзанной, тогда это вообще будет необъяснимо. − Как Вас зовут? − спросил я ее прямо, чтобы разрешить все недоразумения. − Сюзанна, − не раздумывая ответила она. Я, наверное, рехнулся. Поэтому и следующий вопрос, который я задал, был такой, что глупее не придумаешь: − А как зовут меня? Сюзанна улыбнулась: − На тебя так подействовали мои печеньки? − Как зовут меня? − настаивал я на своем. − Саша, что случилось с тобой? − спросила она, на этот раз уже обеими руками схватив меня за плечи. − Посмотри на меня. Ты меня узнаешь? Не дождавшись ответа, она прямо тут в магазине обняла меня. − Узнаю, − только и смог прошептать я ей в ухо. Мы так и стояли – обнявшись. Мне почему-то стало наплевать, что скажут окружающие, среди которых могли оказаться и мои знакомые, и знакомые Натальи… Пока я приходил в себя, подошла очередь Сюзанны. Она с явной неохотой отпустилась от меня и выложила свои продукты возле кассира − свежие овощи, мясо, грибы, майонез, сыр, печенье… Похоже, это было то же самое печенье, что я ел сегодня ночью. Вернее, я-то не ел, но приснилось мне это вполне реально. Я нагнулся, чтобы прочитать название на упаковке, но рука кассира невовремя схватила печенье и засунула его в пакет. Затем и я выгрузил свою корзинку: хлеб, яйца, подсолнечное масло, сосиски, сахар-рафинад, банку кофе, шоколадку, пряники… Пока кассирша меня обслуживала, Сюзанна ждала у выхода. − Ты на машине? − спросила она меня как старого знакомого. − К сожалению, нет, − ответил я, уже пришедший в себя. И зачем-то добавил: − А то бы я тебя обязательно подвез. Она взяла свои пакеты со столика возле двери и пошла к выходу. Ей было явно тяжело. Я последовал за ней. Мои руки были тоже все заняты, и я не мог помочь ей нести ее продукты, да и неизвестно было, куда ей нужно идти. «Может вызвать такси?» − мелькнула мысль. «Для кого?! Для совершенно незнакомой девушки?!» − пробежала другая мысль. «Она знакомая!» − защищалась первая мысль. «Откуда?! Откуда ты ее знаешь?! Из сна?» − отвечала вопросами вторая. На улице Сюзанна не дала мне довести до победного конца мысленную баталию. Она, не останавливаясь и не говоря ни слова, пошла вниз по улице. Мне нужно было идти в ту же сторону, поэтому я пошел за ней. Не оглядываясь, Сюзанна спросила, как будто зная, что я иду за ней: − Малыш, чем побаловать тебя на ужин? Я растерялся, что уже часто случалось со мной в общении с этой странной девушкой. Неужели она опять собралась идти ко мне домой? Она была там во сне, но сейчас-то не сон. Или всё же? − Хочешь, я приготовлю тебе мясо по-французски… − продолжала она спрашивать меня, потерявшегося между сном и реальностью, − или макароны по-флотски, а может быть, жульен? Как тебе? Мне нет бы сказать, что у меня есть Наталья, и она приготовит то, что захочет, но уверенность Сюзанны и заинтересованность в ее голосе не побуждали меня заводить разговор о супружеской верности. Я почему-то снова решил довериться Сюзанне. Утром ведь всё обошлось − и вечером обойдется. «Но утром ведь был сон, − не унималось благоразумие внутри меня. − А сейчас-то невесть что!» «Но ведь я просто иду домой, − оправдывалась моя доверчивость. − И с этой девушкой у меня нет ничего общего. Я чист. Она сама виновата». − И салат еще сделаю из свежих огурцов и помидоров, − продолжала говорить о чем-то своем Сюзанна… Вскоре мы дошли до дома − до моего дома. Сюзанна направилась к моему подъезду, достала ключ и открыла подъездную дверь. Я уже перестал удивляться. Как бычок на привязи я послушно шел за Сюзанной. Она поднялась на наш этаж, еще раз достала ключи и стала открывать дверь. Я знал, что Наталья должна быть дома. Но знала ли об этом Сюзанна? Сюзанна готова была уже потянуть дверь на себя, как вдруг она сама распахнулась и мои наихудшие опасения оправдались. За дверью стояла Наталья. Скрестив руки на груди, она уставилась на Сюзанну. Сюзанна же улыбалась ей в ответ. − Ну, и кто это? − дала мне слово Наталья. Сюзанна повернулась ко мне, как будто ожидая, что я сейчас все объясню. − Это Сюзанна, − послушно ответил я. − Какая еще Сюзанна? − не осталась довольной моим объяснением Наталья. А я и сам не знал, какая это Сюзанна, откуда она взялась, и что ей от меня надо. Тут вмешалась Сюзанна, но лучше бы она молчала: − Мы домой пришли. Наталья не любила избегать конфликтов, и все, что началось дальше, было похоже на страшный сон. Она не кинулась на Сюзанну, она кинулась на меня, отвешивая мне увесистые оплеухи и приговаривая: − Сволочь! Сволочь! Сволочь! «Ну, я и влип!» − только и успел я подумать и после очередного тумака… проснулся. Наталья сопела рядом − спокойно, размеренно и совсем не страшно. Мое сердце еще бешено колотилось, но я был очень рад, что всё это было только сном. Странные, правда, сны у меня пошли…
***
В тот же день, когда я был на работе, ко мне действительно пришла СМС-ка. На этот раз я опять был уверен, что это не сон. Сообщение было от Натальи – снова список продуктов, которые мне нужно было купить. Сон в руку? Нет, об том я даже не подумал. Уж слишком часто я получал подобные СМС-сообщения от своей жены. А вот сплю ли я или наяву все это − это уже был для меня вопрос… После работы я зашел в супермаркет и с телефоном в руках сделал то, что я уже делал сегодня ночью во сне. Невольно я поглядывал вдоль рядов и искал кого-то глазами. К ужасу своему я понимал, что ищу Сюзанну. То ли я все-таки думал, что нахожусь во сне, то ли мне очень хотелось, чтобы это был сон… Оставалась надежда встретить эту девушку возле кассы… О Господи, о чем я думаю?! Возле кассы я, конечно же, не встретил никакую Сюзанну… Домой я пришел с двумя пакетами, полными продуктов. Пришел я один, поэтому никакого скандала не было…
***
Ночью я проснулся, так и не успев еще окончательно крепко уснуть, и заметил, что в зале горит свет. Забыли выключить? Или Наталья там? Да нет, она уже рядом спит. Значит, все-таки забыли. Надо пойти выключить. Я встал и направился в зал. Уже в коридоре я услышал тихий голос. В зале кто-то был. Я осторожно заглянул в комнату и понял, что сплю. На диване сидела Сюзанна и читала вслух какую-то книгу: − «Кто найдет добродетельную жену? Цена ее выше жемчугов; уверено в ней сердце мужа ее, и он не останется без прибытка; она воздает ему добром, а не злом, во все дни жизни своей. Добывает шерсть и лен, и с охотою работает своими руками. Она, как купеческие корабли, издалека добывает хлеб свой. Она встает еще ночью и раздает пищу в доме своем и урочное служанкам своим. Задумает она о поле, и приобретает его; от плодов рук своих насаждает виноградник. Препоясывает силою чресла свои и укрепляет мышцы свои. Она чувствует, что занятие ее хорошо, и — светильник ее не гаснет и ночью. Протягивает руки свои к прялке, и персты ее берутся за веретено. Длань свою она открывает бедному, и руку свою подает нуждающемуся. Не боится стужи для семьи своей, потому что вся семья ее одета в двойные одежды. Она делает себе ковры; виссон и пурпур — одежда ее. Муж ее известен у ворот, когда сидит со старейшинами земли. Она делает покрывала и продает, и поясы доставляет купцам Финикийским. Крепость и красота — одежда ее, и весело смотрит она на будущее. Уста свои открывает с мудростью, и кроткое наставление на языке ее. Она наблюдает за хозяйством в доме своем и не ест хлеба праздности. Встают дети и ублажают ее, — муж, и хвалит ее: «много было жен добродетельных, но ты превзошла всех их». Миловидность обманчива и красота суетна; но жена, боящаяся Господа, достойна хвалы. Дайте ей от плода рук ее, и да прославят ее у ворот дела ее!» Она прочитала все это и закрыла книгу. − Что ты читаешь? − поинтересовался я из дверного проема. Сюзанна даже не вздрогнула, будто зная, что я был здесь. − Библию, Притчи Царя Соломона, главу 31, − ответила она. Интересно, в нашем доме и Библии-то никогда не было! Или Сюзанна с собой ее принесла? − Заюшка, а ты чего не спишь? − вдруг спросила она меня. − Иди, погрей мне местечко, я скоро приду к тебе. Я обернулся на спальню. Там была Наталья. Там была реальность. Там было темно. А в зале был сон. В зале было светло… И я спросил Сюзанну: − А может быть здесь? Сюзанна убрала книгу на спинку дивана и посмотрела на меня, улыбаясь. Я понял, что Сюзанна не против, и прошел в зал. Я лег на диван, положив голову на колени Сюзанны. Это был сон, и я делал здесь всё, что хотел. Сюзанна провела пальчиком по моей щеке и проговорила: − Ты у меня самый лучший мужчина на свете… Я закрыл глаза от удовольствия и почувствовал нежное прикосновение губ к моему виску. И я понял: это не сон, это сказка; и с удовольствием провалился в нее… Проснулся я от голоса Натальи: − И чего это мы здесь разлеглись? Я лежал в зале, головой на мягком подлокотнике дивана. Никакой Сюзанны здесь, конечно, не было. Только Наталья стояла руки в боки напротив меня и требовала объяснений. А что я мог сказать? Я просто снова закрыл глаза и пропустил мимо себя и своих ушей весь шквал негодования Натальи. Все равно, скоро нам обоим на работу…
***
Время приближалось к обеду. Работы было много, но продвигалась она вяло. Склонившись над бумагами, я был полностью погружен в расчеты выгодности очередной сделки, когда в кабинет кто-то поцарапался. Опять тот директор рекламной фирмы? Не вовремя его нелегкая принесла! − Да, входите, − крикнул я, не отрываясь от бумаг. Никто не входил. Через некоторое время царапанье повторилось. − Вхо-ди-те! − сказал я более членораздельно. Никто меня не слушал… Когда царапанье повторилось еще раз, я встал сам, подошел к двери и открыл ее. − Это я, милый, − услышал я знакомый бархат. − Я очень по тебе соскучилась. Сюзанна стояла за дверью с каким-то свертком в руках и восторженно смотрела мне прямо в глаза. Увидев ее и услышав, я обомлел. Цифры окончательно перепутались в моей голове, и я на них плюнул, потому что понял, что сплю. − Сюзанна?! − тем не менее, удивился я. Интересно понимать, что ты спишь и при этом не просыпаться. В этом есть какой-то свой драйв. Интересно даже, что будет дальше. И я с удовольствием отдался рассматриванию своего сновидения. Я пропустил Сюзанну в кабинет. Она не стала в нем оглядываться, как будто уже не раз была здесь прежде, или, возможно, просто все ее внимание было сосредоточено на мне. − А ты знаешь, что я тебе принесла? − спросила Сюзанна. − Пойдем, я тебе покажу. Она взяла меня под руку и повела к моему собственному столу. − Я принесла тебе немного покушать, − продолжала говорить Сюзанна, которая, явно, не понимала, что она в моем сне. − Да, я голоден как волк, − патетично провозгласил я. Такая интонация была уже много лет несвойственна мне, но это был сон, и мне было все равно. Она вытащила из сумочки пакет с бутербродами, контейнер с салатом, салфетку с завернутыми в нее столовыми приборами, термос с чаем и упаковку печенья. Интересно, как все это смогло поместиться в ее небольшую дамскую сумочку. Но похоже, что во сне не действовали никакие законы физики. Я сдвинул свои бумаги в сторону и разложил все, принесенное Сюзанной, на столе. Наконец-то я увидел название того вкусного печенья, которое Сюзанна мне уже предлагала – «Бейкер-стрит». Я сел за стол, развернул салфетку, открыл салат, взял вилку и хотел уже было приступить к трапезе, как Сюзанна вдруг наклонилась и поцеловала меня: − Ну всё, сладкий, покушай без меня. Меня Гоша ждет. − Кто тебя ждет? − удивился я какому-то новому имени в моем сне. − Гоша. Мне не понравился такой поворот событий: − Ах, тебя Гоша ждет! − Да, ждет, − подтвердила еще раз этот вопиющий факт Сюзанна и вышла из кабинета. Я был возмущен. Похоже, я ревновал. Я жену-то никогда не ревновал, а тут какую-то девушку из сна! Бежать, смотреть, что там за Гоша у нее? А потом еще в драку кинуться? Нет, я еще не совсем с ума сошел, чтобы во сне права качать. Я сидел расстроенный за своим столом. Глупо будет, зная, что ты спишь, приниматься за еду, но все на столе выглядело так аппетитно, что я не удержался. Я съел все в один присест и запил чаем с печеньем. Все было очень даже неплохо… Мне было только интересно, как я проснусь. Наталья меня толкнет локтем или прозвенит будильник? Ничего пока не происходило… Еще глупее будет приниматься за бумаги, осознавая всю бесполезность работы во сне. Хотя если Менделеев увидел в ночном сновидении свою периодическую таблицу химических элементов, может быть, и я узнаю что-то полезное для моего бизнеса? Я протянул уже было руку к бумагам, как вдруг зазвенел телефон. Я взял трубку со стола, посмотрел на экран – звонила жена. Я нажал на зеленую кнопку и приложил трубку к уху: − Алло! В трубке было полное молчание. Телефон опять зазвенел. Я еще раз нажал на зеленую кнопку. − Алло! Телефон продолжал звенеть. Он меня не слушался. Меня это раздосадовало… Вот тогда-то я и проснулся… И правда, звонил телефон. Я был на работе. Уснул я, оказывается, не дома, а у себя в офисе, развалившись в своем рабочем кресле – сморило меня от всех этих дел. Телефон не был в моей руке, он по-прежнему лежал на столе и не переставал звенеть. Я снова взял трубку, на этот раз наяву. Это была действительно Наталья: − Саша, купи, пожалуйста, прокладки. Наталья частенько просила меня купить эти женские штучки, но я никогда не запоминал их название или размер, поэтому спросил: − Какие? − Такие же, как в прошлый раз. Прошлый раз был месяц назад, не меньше. − Я забыл. − Купи любые. Только не совсем дешевые. − Сколько капель? − еще один умный вопрос из этой темы знал я. − Три-четыре, − посчитала Наталья. − Окей, − засорил я русский язык. На том мы и порешили, закончив наш недолгий телефонный разговор.
***
После работы я зашел все в тот же супермаркет, нашел полки с женской гигиеной и стал себе спокойно выбирать прокладки. Вот сейчас помощь Сюзанны как нельзя была бы кстати! Но это был, наверное, все же не сон, и мне пришлось делать это самому. Найдя что-то похожее, я взял упаковку и отправился в сторону кассы. Проходя мимо полок с печеньями, я увидел знакомую синюю пачку. Именно такое печенье принесла сегодня Сюзанна мне на обед. Я взял одну пачку «Бейкер-стрит» и пошел к кассе. Дома попробую это печенье, сравню с тем вкусом, который был у него во сне. Возле кассы уже стояла какая-то девушка, но, к сожалению, не та, что последнее время так часто являлась мне во сне. Я оглянулся – Сюзанны нигде не было... Когда я выложил два своих продукта – прокладки и печенье − перед кассиршей, она улыбнулась. Я подумал, что это относилось к прокладкам – товару явно не мужскому. Но дальше я услышал, как начали перешептываться две сотрудницы магазина, стоявшие чуть дальше кассы, которые тоже улыбались. «Лакомка» − только это слово расслышал я. Что здесь-то особенного?! Печенье – товар универсальный, унисекс, так сказать. Я вышел из магазина и решил не дожидаться дома и попробовать печенье уже по дороге. Я разорвал упаковку, откусил печенье – вкусно, но во сне оно было еще вкуснее, хотя, может быть, это присутствие Сюзанны сыграло свою роль в придании ему особого вкуса. Я доел одну печеньку, почему-то принялся за вторую, и, дойдя до дома, я съел все шесть печенек, которые были в пачке. Ненужную обертку я выбросил в урну, при этом заметив, что в урне уже лежала такая же синяя разорванная упаковка, но особого значения я этому не придал.
***
Вечер прошел как обычно. Наталья приготовила ужин, мы поели, она села смотреть сериал, который шел до программы «Время», потом был небольшой перерыв на саму программу «Время», которую смотрел уже я, в то время как Наталья трепалась по телефону, а потом еще один сериал уже после программы «Время». Я не смотрел ни первый, ни второй и пытался читать, расположившись в спальне. Сначала мне это удавалось, но во время второго сериала я не выдержал и заснул… Удивительно, но я полностью осознавал, что я сплю, но от этого не просыпался. Я встал − во сне! − но сон не уходил. Я подошел к двери из спальни и понял, что если все так пойдет и дальше, я обязательно кого-то встречу в своем сновидении, и я догадывался, кого именно. Я пошел в зал. Наяву там должна была быть Наталья. Во сне же я ожидал увидеть кого-то другого. Уже четыре сна подряд я встречал Сюзанну. Это начало входить в приятную привычку, и я не хотел от нее избавляться. Я заглянул в зал. Свет там не горел, но телевизор по-прежнему работал. Вот только сериал уже закончился. Или во сне просто не бывает сериалов. По телевизору шел мультфильм. Свет был выключен, лишь отсветы от экрана освещали диван и кресла напротив него. На диване Натальи не было. На диване не было никого. Я уже было хотел пойти на кухню, как вдруг в кресле что-то зашевелилось. Я включил свет. В кресле сидел малыш – мальчик лет трех. Вот тебе на! Мальчику был неприятен включенный резкий свет, он зажмурил глаза и меня не видел. − Извините, − сказал я и выключил свет. Я пошел на кухню. Там я увидел уже знакомую мне картину – Сюзанна орудовала у разделочного столика. Она опять что-то готовила, похоже, легкий вечерний снек. Она оглянулась на меня: − Дорогой, иди в зал к Гоше. Я сейчас принесу покушать. Гоша? Так это не ее ухажер. Это тот малый в зале. А я-то напридумывал себе невесть что! Послушно, как это всегда бывало в моих снах с Сюзанной, я отправился в зал, прошел к дивану и осторожно сел, чтобы не напугать ребенка. А он, похоже, и не обращал на меня никакого внимания. Он был весь в мультфильме, шедшем по телевизору. Скоро я освоился в темноте. Да и экран отбрасывал свет на малыша, так что я смог разглядеть его. Светлые волосы, большие темные глаза, маленькие детские ручонки – очень милый мальчуган… В дверном проеме появилась Сюзанна с подносом в руках. − Свет включить? − спросила она, задержавшись у выключателя. − Не надо, мама, − раздалось с кресла. Я вздрогнул. И от детского голоса, и от того факта, что у Сюзанны был ребенок. Как же я сразу не догадался?! Голова во сне работала слишком медленно. Сюзанна прошла к дивану, поставила на него поднос и села по другую его сторону. Я пытался разобраться в чувстве, которое мною овладело. Мне, почему-то не нравилось, что у Сюзанны есть ребенок. Она казалась мне такой чистой и невинной, а тут у нее, оказывается, кто-то уже был. Я понял, что я снова ревную. Сюзанна взяла что-то с подноса и протянула мне: − Откуси мое любимое печенье. Я хотел было взять печенье рукою, но она не дала мне сделать это, и мне пришлось откусить печенье с ее руки. − Нравится? − спросила она. − Нравится, − ответил я. − Бери еще, − сказала она и доела откусанную мною печеньку. Я опять послушался… Мультфильм закончился, началась реклама. Гоша не отрывался от рекламы. Лишь когда начался какой-то фильм, он наконец-то заметил нас. Он спрыгнул с кресла и подбежал к подносу: − Я тоже хочу печенье! − На, любимый! − протянула ему Сюзанна печенье. − Спасибо, − пролепетал малыш и принялся за «Бейкер-стрит». − И чая я тебе тоже налила, − добавила Сюзанна. − Садись с нами, малыш. Она посадила его рядом с собой и подала ему маленькую детскую кружечку… Мальчик доклевывал печенье, прихлебывал свой чаек и поглядывал на нас − то на одного, то на другого − блестящими в темноте глазами. − Чей он? − наконец спросил я. Сюзанна засмеялась: − Это наш малыш. − В каком смысле? − Он наш, − смущаясь, Сюзанна опустила глаза. − Он твой и мой. С небольшим опозданием я поперхнулся чаем. Откашлявшись, я еще раз внимательно взглянул на ребенка… Я сидел как во сне. Я понимал, что сплю, но даже во сне я был как во сне. Какой-то гиперсон, одним словом. − Гоша, где твой папа? − обратилась Сюзанна к «нашему» ребенку. Малыш ничего не ответил, только повернул ко мне свои ясные очи. И я растаял. Мой ребенок! Мой сын! Мой сынок! Мой сыночек! Гоша! Я взял его к себе на колени. − Поцелуй папу, − добавила огня Сюзанна. Малыш вытянул свою нижнюю губешку и дотронулся ею до моих губ. Это было выше всех моих сил. Мой взгляд затуманился слезами умиления и нежности, но, несмотря на избыток чувств, я так и не просыпался. Боясь прогнать сновидение и повредить малышу, я обнял его и вдохнул аромат его нежных волос. Меня словно обдало родниковой свежестью… Мы были женаты с Натальей уже пять лет, но у нас не было детей − Наталья делала карьеру, и дети были бы для нее помехой… Я смотрел на ребенка и не мог насмотреться. Я впитывал глазами это маленькое существо, как будто от этого зависела вся моя жизнь. Я вдруг почувствовал себя мужчиной – настоящим мужчиной, отцом… Я отец, а это мой сын!!! Я даже забыл, что я всего лишь сплю. Я весь отдался этому ребенку. Даже если это был всего лишь сон, я хотел остаться в нем навсегда. Мне было очень хорошо. Мне никогда прежде не было так хорошо… И тут мою идиллию нарушила Сюзанна: − Хватит храпеть-то! Проговорила она это неожиданно голосом Натальи, и я понял, что неизбежная реальность снова возвращается в мою жизнь. Я открыл глаза… Книга, которую я пытался читать, лежала у меня на груди, соответственно, я лежал на спине, а когда я спал в таком положении, то не мог сдержать свой богатырский храп. Если подобное происходило ночью, тогда Наталья нередко била меня, как она говорила, по мусалам. Я благодаря крепости своего сна не обращал на это внимания, но храпеть на какое-то время прекращал. Сейчас же был всего лишь поздний вечер, и Наталья отделалась только устным высказыванием. Я обычно реагировал на замечания Натальи индифферентно – просто переворачивался на бок и продолжал свой сон. Но тут меня пробрало – меня разлучили с моим ребенком! − Заткнись! − рявкнул я Наталье неожиданно для нее и даже для себя. Наталья, встретив такую агрессию с моей стороны, предпочла промолчать и дождаться, когда я высплюсь. Она легла рядом и отвернулась от меня. Я продолжал лежать на спине… Я так и не уснул в ту ночь…
***
Утром я встал с постели с полным ощущением того, что прождал свою возлюбленную, своего ребенка, свою семью на месте нашего свидания в течение семи часов, но никто так и не пришел... На работе все время до перерыва на обед я просидел в ожидании того времени, когда я смогу закрыться от всех и поспать хотя бы несколько минут и увидеть Сюзанну. Дождавшись, я запер дверь, устроился поудобнее в кресле и… так и не смог задремать. Впору уже брать себе снотворное! Когда я все-таки проработал до пяти часов и вышел из офиса, ко мне вдруг пришла обнадеживающая мысль: а что если я все-таки заснул и остаток рабочего дня мне просто снится? Ведь все предыдущие сны тоже казались такими реальными. Я не рискнул ущипнуть себя для проверки, боясь проснуться. Я хотел увидеть Сюзанну!!! Я пошел туда, где я ее уже встречал – в супермаркет. Я бродил там вдоль полок туда-сюда без всякой цели что-то купить, чем лишь привлек внимание охраны. За мной стал ходить какой-то их сотрудник. Чтобы рассеять его подозрения, я решил что-нибудь себе приобрести. В голову мне пришло только одно – печенье «Бейкер-стрит». Пройдя еще раз вдоль полок, я его так и не нашел и обратился к двум продавщицам: − Не подскажете, где печенье «Бейкер-стрит»? Девушки хихикнули. Я не понял почему. Наконец, одна из них ответила: − Нет печенья «Бейкер-стрит». Кончилось. − Жаль, − искренне сказал я и направился к выходу. − Все мужики как с ума посходили, − услышал я сзади девичий шепот. Я с этим был полностью согласен. Что-то со мной происходило. Я видел во сне одну и ту же девушку, и это стало мне нравиться. Я хотел засыпать снова и снова, чтобы опять ее увидеть. Я хотел с ней разговаривать, я хотел играть с ее (нет, с нашим) сыном, я хотел есть то, что она готовит. И я хотел печенье «Бейкер-стрит»! Правда, не я один хотел этого печенья… Все раскуплено, кому-то оно тоже понадобилось, похоже, другие «мужики», которые «как с ума посходили» раскупили его… Неужели, они тоже видели во сне девушку, кормящую их этим печеньем?! Отличная реклама для печенья − видеть его во сне в руках прекрасной девушки… И вот при мысли о рекламе все элементы наконец-то сошлись у меня в единую мозаику. Я аж остановился посреди улицы, покрывшись испариной. Это и есть чья-то рекламная компания, заставившая мужчин города покупать один сорт печенья! Это чье-то воздействие на сновидения жителей города с помощью какой-то новой технологии! О новых рекламных технологиях я уже слышал несколько дней назад от… А вот вспомнить имя того директора рекламного агентства и название самого агентства я уже никак не мог. Зато теперь я мог понять, что за рекламную акцию он предлагал мне и от чего я так успешно отказался. Я рванул обратно на работу. Где-то должна лежать его визитка. В офисе я обыскал весь стол, все полки, даже заглянул в мусорную корзину – визитная карточка пропала без вести. Она словно испарилась. Ох, уж эти новые технологии! Я отправился домой с единственной мыслью − заснуть и опять увидеть Сюзанну...
***
Я стал каждый день с нетерпением ожидать ночи, чтобы снова и снова встречаться с этой девушкой по имени Сюзанна. Я знал, кто она такая, откуда она приходит и для чего, но меня это устраивало. Мы ходили в рестораны, в кино, в театр. Иногда это было с Гошей. Он был спокойный малый. Он никому не мешал, а наоборот создавал какой-то семейный уют и чувство полноценности. Везде нам попадалось печенье «Бейкер-стрит», и это тоже нисколько меня не смущало. Если у меня выдавался свободный час на работе, вместо того, чтобы пойти на обед, я старался вздремнуть у себя в кабинете и снова встретиться с Сюзанной. И я знал, что мне будет хорошо, и я знал, чем она будет меня кормить… Короче, я потихоньку сходил с ума… Отношения с Натальей не ухудшились. Они просто стали никакими. Их просто не было. Если она даже хотела поругаться, я не отвечал – я знал, что я скоро усну и там не будет никаких проблем. Там будет только счастье. Там будет просто сказка… Так прошел месяц − самый счастливый месяц моей жизни…
***
Неожиданно мои сны прекратились. Вернее сны не прекратились, но Сюзанна там перестала появляться. Прошла ночь, другая, третья… Я тщетно пытался закрывать глаза днем. Ночь не приносила ничего кроме разочарования. Мои сны стали бесцветными, нерадостными, обычными… Тоскливо заходя в магазин, я покупал печенье «Бейкер-стрит» в надежде пробудить у себя хоть какие-то ночные видения с той девушкой, что так зацепила мое сердце. Но все было напрасно… Мне нужно было срочно увидеть этого царапающего дверь директора рекламного агентства. Адреса его конторы у меня не было. Названия фирмы я не помнил, имя директора – тем более. Зато я нашел у себя дома в мусорном ведре упаковку от съеденного печенья и прочитал на ней адрес изготовившей его хлебопекарни… Хлебопекарня оказалась на окраине. Все подъезды к ней были забиты грузовыми машинами. Подъезжая к пекарне с одной стороны, они загружались и уезжали в другую сторону. Подъехать сразу к офису хлебопекарни было невозможно, стоять в очереди с грузовиками было бы долго. Я оставил машину метров за триста до пекарни и пошел туда пешком. Возле хлебопекарни кишело людьми: грузчики, экспедиторы, машины, шоферы. И я… − Кто здесь главный? − крикнул я одному грузчику. − Там, − махнул он головой в сторону одноэтажного чистенького здания. Я подошел ближе и увидел еще одну очередь. Солидные мужики стояли перед входом, спокойно ожидая, когда наступит их черед. Я занял очередь. Она двигалась необычно быстро. Желаемую информацию все получали без промедления. Уже через десять минут я получил заветный адресок. Огузков – как же мог я забыть эту фамилию?! «КонтоРА» − как же я мог позабыть название этого рекламного агентства?! В тот же день я попал на прием к этому гению рекламных технологий. − Вы все-таки захотели с нами сотрудничать? − ухмыльнулся Огузков, увидев меня. − Нет, речь не обо мне и не моей фирме… − А о чем именно? − лукаво спросил меня Огузков. − О печенье «Бейкер-стрит», − выдал я себя, видимо, уже не первый в этот день. − Каковы Ваши предложения? − Огузков взял в руки бланк договора. − Сколько нужно, чтобы рекламная кампания этого печенья была продолжена?
***
Огузков молчал и вообще сидел неподвижно, словно в фильме, остановленном нажатием кнопки «пауза». − Сколько нужно, чтобы рекламная кампания этого печенья была продолжена? − повторил я вопрос. Огузков продолжал молчать. На его губах оставалась застывшей загадочная усмешка. − Я спрашиваю: сколько нужно, чтобы рекламная кампания печенья «Бейкер-стрит» была продолжена? − снова сказал я, начиная терять терпение. Огузков не ответил и вдруг захрапел. Причем захрапел он так знакомо-знакомо, как будто я не впервые уже слышал его храп. Этот звук был определенно мне откуда-то знаком. Вот только откуда? Точно! Так храпит мой муж Саша… Какой еще Саша?! Какой еще муж?! Что за бредни?! И вот тут-то я и проснулся… Вернее проснулась… Медленно… Медленно… Я… Приходила… В себя… Такой длинный сон… мне в жизни никогда не снился… Да еще чтобы я была в этом сне… мужчиной?! Да не просто мужчиной, а… своим… собственным… мужем?! Я посмотрела на него, спокойно спящего рядом со мной. Его храп разбудил меня. И слава Богу, что разбудил! Я даже не буду его сейчас толкать, чтобы он не храпел, тем более «бить по мусалам». Я укрылась одеялом по плечи, лежа на спине и пялясь вытаращенными глазами в потолок − я лежала и думала … я вспоминала сон…. я переваривала увиденное… я возвращалась в себя… Это была просто какая-то научная фантастика! Ничего этого не могло быть в действительности! Но ведь все было так реально!!! А чувства мужа? Ведь я их прочувствовала как свои… Я взглянула на Сашу. Тот перевернулся на левый бок, перестал храпеть и начал чему-то улыбаться во сне. Чему ж это он там улыбается? Или кому? Мне? Или… Было уже раннее утро. Сейчас прозвенит сигнал будильника в телефоне Саши, и он пойдет готовить завтрак. И он там, слава Богу, не встретит никакую Сюзанну. Хотя… Ведь он у меня такой хороший, а вокруг так много сюзанн… Я встала, взяла телефон мужа с тумбочки и отключила будильник. Я пошла на кухню и стала готовить завтрак… Сегодня я буду Сюзанной!
Вы можете высказать свое суждение об этом материале в |
© "РУССКАЯ ЖИЗНЬ" |
|
 |
WEB-редактор Вячеслав Румянцев |
