Роман Эсс
         > НА ГЛАВНУЮ > РУССКОЕ ПОЛЕ > МОЛОКО


МОЛОКО

Роман Эсс

2009 г.

МОЛОКО



О проекте
Редакция
Авторы
Галерея
Книжн. шкаф
Архив 2001 г.
Архив 2002 г.
Архив 2003 г.
Архив 2004 г.
Архив 2005 г.
Архив 2006 г.
Архив 2007 г.
Архив 2008 г.
Архив 2009 г.
Архив 2010 г.
Архив 2011 г.
Архив 2012 г.
Архив 2013 г.


"МОЛОКО"
"РУССКАЯ ЖИЗНЬ"
СЛАВЯНСТВО
"ПОЛДЕНЬ"
"ПАРУС"
"ПОДЪЕМ"
"БЕЛЬСКИЕ ПРОСТОРЫ"
ЖУРНАЛ "СЛОВО"
"ВЕСТНИК МСПС"
"ПОДВИГ"
"СИБИРСКИЕ ОГНИ"
РОМАН-ГАЗЕТА
ГАЗДАНОВ
ПЛАТОНОВ
ФЛОРЕНСКИЙ
НАУКА

Роман Эсс

Поэт и электорат

Иронические стихи

***
 
Российской  музе  эфиоп
Дал  форсу  и  крыльчатку  смазал.
Теперь  же  муза, ах  зараза,
Опять  стоит, недвижный  гроб.
 
Когда  татарин  иль  китаец
Ее  подгонят  вдаль  пинком,
На  русских  ямах  сотрясаясь
Она  покатит  далеко.
 
***
У  нас  дороги
Строят  кое-как.
Зато  по  ним
К  нам  не  проедет  враг.
 
***
Нонконформист, чей  бог  природа,
Упрямо  тычет  свой  кумир,
И  с  постбрюссельской  дикой  мордой
Преображает  русский  мир.
 
А  детки  рьяного  папаши
Для  позабытых  Богом  стран
Отели  строят, телебашни
Для  близких  внуков  обезьян.
 
Они  болота  иссушили,
Слетали  в  космос  вкруг земли,
Наобещали, накрутили
И  в  ад  с  наукой  снизошли.
 
Вот  горе! Всюду  их  потомки
Ни  нас, ни  Бога  не  стыдясь
У  государства  на  обломках
По  черепам  воюют  власть.
 
И  хлеще  Геббельса  со  жлобством
Вертят  безбожною  Землей,
Чтоб  для  грядущего  обжорства
Построить-таки  рай  земной.
 
Но  Бог  для  верных  жив  остался.
Расстроен  ересью  и  злом,
Он  нечестивцам  посмеялся –
Глобальный  мир  разбил  жезлом.
 
Коль  нечестивый  над  толпою
Слепым  радетелем  сидит,
Чтоб  не  цвело  вовеки  злое,
Господь  ума  его  лишит.
 
***
Как  наша  Таня  громко  плачет:
«Опять  покушать  дома  нет!»
Я  говорю  ей: « Вот  ведь  мячик.
Вчера  прислало  МВФ».
 
Или  бабуся  плачет  с  Томска
От  голодухи  на  народ.
Я  говорю  ей: « Березовский,
Гляди, сто  долларов  пришлет».
 
Так  не  пахая  и  не  сея,
Мы  все  сидим  среди  воров,
Года  сидим  по  всей  Рассее
С  голодным  пузом  без  штанов.
 
Как  бурлаки  ползем  со  стоном
Рекой  несчастий  и  обид.
А  нет  б  признаться, брат  пиит,
Что  воровать  нам, охломонам,
Господь-Спаситель  не  велит…
 
***
Через  сто  лет  останется  ль  от  нас
Потомкам  в  откровенье  и  наказ
Сия  громкоголосая  фигня:
Газеты, мусор  завтрашнего  дня,
И  телевизия, сей  рвотный  унитаз,
Журналы  ль  моды, где, скосясь, скелеты
Концлагерьмисс  нам  демонстрируют  туалеты.
 
Останется  ль  нам  в  мире  лучшем  том
Мейнстрима  Букера  гордыня  и  апломб,
Глухих  рассказов  прошлогодний  гром
Иль  детективов  шрифт  полуслепой?
 
Журналов  зга – иль  ясный  голос твой?
 
Да  диких  мифов  отзвуки  в  бетон,
Случайностей  большой  фотоальбом
Да  ты, воскресший  плотью  Арион,
Да  СD-диск  в  разводинах  сарком,
Дыра  земли, исполенная  ржой,
Над  тем, что  прозывалося  Москвой…
 
Да – этот  стих  и  бледный, и  чужой.
 
***
Каб  нам  московские  зарплаты,
Мы  б  тоже  стали  демократы,
И  кабы  б  правил  здесь  Лужков –
Не  хуже  б  жили  Лужников.
 
А  так  как  вы  в  москвах  солисты
К  нам  всегда  задницей  речистой,
Поворотясь  к  глуши  страны,-
Где  гаже,  чем  после  войны,
 
Как  будто  Геббельс  здесь  не  сгиб,
Достав  12  калибр
В  культуру  вашу  и  TV
К  дыре  останкинской  в  Москве,
То  мы, провинция  в  облом,
Когда-нибудь  своим  царем
Найдем  управу  дать  пинком
По  ваши  жирные  зады. 
 
***
Историческое
 
                   Вот  и  рухнул  кошкин  дом!
                                       Детское
 
Генералы  строят  дачи,
Надвигается  война.
И  пока  еще  не  плачет
Беззаботная  страна.
 
Но  уже  бензозаправщик
Заливает  самолет.
Генерал  Семен  Абарчик
Коньячок  на  даче  пьет.
 
На  веранде  три  мещанки
Обсуждают  паритет:
С  трехлитровой  лучше  банки
Огурцов  вкуснее  нет.
 
Что  от  склянок  и  припарок
Бывший  корчится  завхоз.
Между  тем  везет  подарок
Всем  им  шустрый  бомбовоз.
 
И  от  края  и  до  края
Мирен  сон  большой  страны.
Вся  страна  живет, болтая:
«Лишь  бы  не  было  войны!»
 
Только  вертится  ночное
В  колокольне  воронье.
Так  кончается  пустое
Размещанское  житье.
 
Рухнут  сутолоки, крыши,
Болтология  вранья,
Коль  отпущена  всем  свыше
Половина  бытия.
 
Выйдут  утром  на  пороги
Привечать  не  солнце – смерть…
Месяц  вышел  колченогий
Керосинкою  гореть.
 
 
Молитва
 
 
Доколь  невнятною  судьбиной
Иль  волей  Божьей  над  мной
Ребордой, гусеницей, шиной
Мотаться  мне  моей  страной?
 
Просил  уюта, вместо  бомжем
И  нищетой   российской  стал.
Смотри, а  Господи  Ты  Боже,
Сколь  уж  ботинок  истоптал!
 
Доколь  притом  докучной  страсти
Я  буду, парья  и  поэт,
В  скамьях  вокзальных, не  матрасе
Ночами  милой  не  согрет?
 
Нет, я  помру, видать, в  дороге
По  странной  милости  Твоей!
И  то, полмира  одиноких
Вот  так  же  шастает  людей!
 
Скажу  из  общих  наблюдений
Они, гонимы  смертной  сенью,
Вот  так  же  в  поездах  храпят.
Господь  забывчив  меценат.
 
Или  в  вокзале  теплом  все  же
Кондрата  дать  Ты  рассудил
Среди  собак, напару  с  бомжем,
А  не  средь  отческих  могил.
 
И  тю! Быть  вечно  мне  опальным
У  неба, общества, людей.
В  сортире  где-нибудь  вокзальном
Не  околеть б  среди  бомжей.
 
 
ПОЭТ   И   ЭЛЕКТОРАТ
 
И  мало  горя  мне,
Свободно  ли  печать
Морочит  олухов…
 
                        А. С. Пушкин
________________________________________________
 
                             Пипл-то  хавает!
                                      Ответ  телевизионщиков              
                                      на  упреки  в  безнравственности
________________________________________________
 
Вот  бестолочь - толпа ( электорат-тупица )
По  рынкам  обобрав  плоды  и  мяса,  тщится
В  автобусы  попасть,  и   там   как   жвачный  скот
С  билетами  в  клыках – а  тоже   ведь   народ!
 
Потом  ползет  на   ящик:
Под  борщ  и  под  горчицу
Конкретно  пипл  хавает
                               чьи  ширше  ягодицы,
И  где  большая  грудь,
И  где  и  как  и  как  на  корте,
И  где  чего  дают?  по-скольку?  и  по  морде!
 
Но  человек - не  скот, чтоб  только  жрать  да  спать,
Или   (« конкретно!»)  самку  себе  отвоевать!
И  вот   толпа-скотина,  окончивши  недельку,
От  праведных  трудов   уж  хрюкает  в  постельку.
 
Невыспавшись,  рогатая,   автобусы  пиная…
Гремит   электорат,    поэзию  листая:
- О  чем  поет  он  с  лирой?
   Какой  в  нем  прок? Узнай-ка!
   Нам    на  фиг   эта   лира!
   Неси-кось   балалайку!
 
Электорат  рогатый,  обцапамши  забор,
Топочет  под  луну    с  Барковым   сплошь  Фольклор.
Поэт  же  вдохновенный
Бряцает   лирой, хмурый,
Пока  народ   колбасит
Понятной     масс-культурой.
 
ИЗ  А.С.ПУШКИНА
 
Теснится  средь  толпы  еврей  сребролюбивый,
Полпьяный  росс  и  хитрый  армянин,
Чеченец  с  пушкой, сам  Ефим  Шифрин
В  России  заглянувший  с  кинодивой,
Дитя  полуофшорной  Пугачевой,
Кристина  в  тюли  из  бутика  новой,
И  проч., и  проч., проч., как  говорят.
 
Живут  все  русские, евреи  же  - кишат…
 
Там  мы  вдвоем  скучали  с  Боттичелли –
С  «Портвейном»  с  банки  кильку  просто  ели.
 
 
Порой  гуляю  по  Олимпу
Как  Зевс ( инкогнито  Дурак )
Где  сволочь  мелкого  пошиба
Кукует  в  лавровых  венках.
 
Я  в  затхлый  пруд  литературы
Блины  пускаю – стих  «про  баб»,
Чем  потрясаю  их  культуры
Как  молодежный  бог  Приап.
 
Но  лысых  гениев  слюнявых
Гугнивых  в  жирных  их  журналах
Не  разогнать  их  кук  журнальный
Ни   статией  какой  скандальной,
Ни  эпиграммой, ни  облавой,
Ни  привокзальною  шалавой,
Ни  пулеметом, ни  балдой,
Ни  даже  атомной  войной.
 
 
***
Тройным  качая  побородком,
Как  перекомленный  бутуз,
Впотьмах, как  той  подводной  лодкой,
Олигофрены  правят  Русь.
 
Они  придумали  большою
Нас  телесоской  из  Кремля
Радиоактивною  водою
Поить  державу с  похмеля.
 
Так  их  чиновничий  синтаксис,
Бубонный  рак-канцелярит:
Чума, сума, гузно, катарсис
Мозги  нам  свыше  шестерит.
 
И  потому  не  жизнь – могилу
Я  всюду  вижу  в  эту  згу
В  стране  законченных  дебилов
С  гнездом  осиным  МГУ.

 

В прошлом были времена, когда практически всё население страны проводило ночи на жеских скамьях, на печи, на неудобных диванчиках и прочих плохо приспособленных для сна предметах. Даже матрасов не было тогда. Но время то почти забыто. Ныне матрас даже воспет в стихах:  Доколь  притом  докучной  страсти Я  буду, парья  и  поэт, В  скамьях  вокзальных, не  матрасе Ночами  милой  не  согрет? Сегодня купить матрасы в Москве можно без каких бы то ни было проблемы. А как уютно на них спать, особенно, разумеется, вместе с милой.

 

 

 

РУССКИЙ ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЖУРНАЛ



МОЛОКО

Гл. редактор журнала "МОЛОКО"

Лидия Сычева

Русское поле

WEB-редактор Вячеслав Румянцев