Андрей ПУСТОГАРОВ
         > НА ГЛАВНУЮ > РУССКОЕ ПОЛЕ > РУССКАЯ ЖИЗНЬ


Андрей ПУСТОГАРОВ

 

© "РУССКАЯ ЖИЗНЬ"



К читателю
Авторы
Архив 2002
Архив 2003
Архив 2004
Архив 2005
Архив 2006
Архив 2007
Архив 2008
Архив 2009
Архив 2010
Архив 2011


Редакционный совет

Ирина АРЗАМАСЦЕВА
Юрий КОЗЛОВ
Вячеслав КУПРИЯНОВ
Константин МАМАЕВ
Ирина МЕДВЕДЕВА
Владимир МИКУШЕВИЧ
Алексей МОКРОУСОВ
Татьяна НАБАТНИКОВА
Владислав ОТРОШЕНКО
Виктор ПОСОШКОВ
Маргарита СОСНИЦКАЯ
Юрий СТЕПАНОВ
Олег ШИШКИН
Татьяна ШИШОВА
Лев ЯКОВЛЕВ

"РУССКАЯ ЖИЗНЬ"
"МОЛОКО"
СЛАВЯНСТВО
"ПОЛДЕНЬ"
"ПАРУС"
"ПОДЪЕМ"
"БЕЛЬСКИЕ ПРОСТОРЫ"
ЖУРНАЛ "СЛОВО"
"ВЕСТНИК МСПС"
"ПОДВИГ"
"СИБИРСКИЕ ОГНИ"
РОМАН-ГАЗЕТА
ГАЗДАНОВ
ПЛАТОНОВ
ФЛОРЕНСКИЙ
НАУКА

Андрей ПУСТОГАРОВ

Юрий Нечипоренко: книга о Ломоносове

Андрей Пустогаров

Очередную замечательную книжку написал и выпустил в свет Юрий Нечипоренко. Называется она "Помощник царям» с подзаголовком «Жизнь и творения Михаила Ломоносова». Сразу скажу, что мне эпоха Ломоносова представляется ключевой для русской истории. Переход от состояния страны с колониальным статусом к государству, нащупывающему и отстаивающему свою самостоятельность - это, на мой взгляд, и основное содержание всей последующей русской истории, да и нашей современности. 

На презентации книги на Московской книжной ярмарке Юрий Нечипоренко сказал, что о Ломоносове написано много – только в серии ЖЗЛ вышли книги 4-х разных авторов – но сам Юрий, прочитав эти  книги, почувствовал – он бы расставил акценты по-другому.  Собственно, с этого «нет, ребята, все не так» и начинается любое творчество. Какие же акценты расставляет Юрий Нечипоренко в жизнеописании Михаила Ломоносова? Первый – разрыв с детством. «Такого разрыва с детством, со своей семьей не было в жизни ни одного великого деятеля российской культуры». Может быть поэтому в дальнейшей взрослой жизни Ломоносов часто вёл себя как большой ребенок. На этом также сделан акцент в книге «Помощник царям». Вот во время учебы в Германии, решив. что изучать ему больше нечего, отправляется через всю Германию на поиски русского посланника, который должен отправить его в Россию. Вот в Петербургской Академии, словно фокусник на сцене, демонстрирует коллегам химические опыты. А вот, разошедшись с теми же коллегами во взглядах на науку и жизнь, натурально сует им под нос свой здоровенный кукиш.  Но, возможно, в эту детсткость только рядилось донельзя независимое по тем не самым демократическим временам поведение Ломоносова? На независимости Ломоносова также делает акцент Нечипоренко.  Эта независимость Ломоносова давно уже бросалась в глаза многим, читавшим его биографию.  Как подобное поведение могло сходить ему с рук? – задавались они вопросом. Один из предлагаемых ответов – Ломоносов был сыном Петра Первого. Но Нечипоренко не склонен разделять это предположение – по его мнению Петр Первый и Ломоносов «разминулись» в Холмогорах на 10 лет. Чем же объясняет Нечипоренко столь блистательную, несмотря на все сложности, карьеру Ломоносова? Прежде всего его литературными способностями.  В качестве первого  покровителя Ломоносова в книге выступает известный при российском дворе  поэт Готлиб Юнкер, который и отвез в Петербург из Германии первую оду Ломоносова, сразу сделавшую его известным. Вторым его покровителем стал Михаил Воронцов, третьим - Иван Шувалов, в юношеском возрасте принесший уже более старшему и маститому Ломоносову свои первые вирши. Впоследствии именно вместе с Иваном Шуваловым, фаворитом императрицы Елизаветы, основывал Ломоносов Московский университет. 

Юрий Нечипоренко сам занимается наукой – он доктор физ.-мат. наук и преподаватель того же Московского университета. Поэтому достаточно трезво смотрит на научную деятельность Ломоносова. Как известно, математику нельзя было отнести к наукам, которыми в совершенстве владел Ломоносов. Поэтому его открытия в физике, химии, астрономии – это скорее интуитивные прорывы, чем фундаментальные разработки. А вот в чем Ломоносову не было равным, так это, выражаясь современным языком, в прикладных исследованиях и внедрении.

Подводя промежуточный итог, отмечу: главное, на мой взгляд, достоинство этой книги – она ничуть не скучная, хотя заключает в себе массу сведений о жизни Ломоносова и его эпохе.  Это и благодаря сочному, живому, с лукавинкой, языку автора. Это и благодаря и удачной структуре, когда линейное повествование о жизни Ломоносова сочетается с вкраплением главок о той или иной стороне его деятельности, например, о создании мозаик, опытах с электричеством или участии в спорах по «норманской» теории.  И, конечно,  благодаря острому взгляду автора, который позволяет  ему видеть в Ломоносове  прежде всего живого человека и находить  реалистические мотивировки его поступкам и жизненным перипетиям,  что и делает эту хрестоматийную фигуру интересной для современного читателя.

В заключение скажу все же об одной проблеме, которая  касается в целом всей эпохи, в которую жил Ломоносов – сведения о ней не столь исторически достоверны, как нам порой представляется.  К примеру, вот как, затрагивая эту проблему, представил один из вариантов описания жизни Петра Первого известный русский историк С.М.Соловьев:  "В одном государстве царственный ребенок, вследствие семейной вражды, гонения от родственников, подвергался страшным опасностям, спасся чудесным образом, воспитывался в уединении, среди низких людей, набрал себе из среды этих людей новую храбрую дружину, одолел с нею противников и стал основателем нового общества, нового могущественного государства, проводил всю свою жизнь в борьбе и оставил по себе двойную память: одни благословляли его, другие проклинали".  Заметим, что  биография Ломоносова, в особенности первой части его жизни до возвращения в Петербург в 1741 году, своей структурой сильно напоминает биографию Петра Первого, словно нам рассказывают один и тот же сюжет: оба мальчика появляются в семьях с традиционным русским укладом, оба отправляются «в Европу» для знакомства с тамошними достижениями, оба испытывают приключения с погонями и спасениями – Петр во время стрелецкого бунта, Ломоносов в Германии при насильственной вербовке в армию – оба женаты на немках, оба сражаются с косным окружением, оба умирают практически в одном возрасте – 53 и 54 года. Ломоносов кажется мне своего рода кентавром – первая часть его жизни напоминает волшебную сказку, а вот в реальности последней её половины сомневаться трудно. Кстати, автор замечательных рисунков к книге Евгений Подколзин как раз и сказал во время презентации, что старался передать в них некоторую мифологичность личности Ломоносова. Думаю, что чувствует эту проблему и Юрий Нечипоренко, но, наверное, вполне резонно полагает, что прежде чем  начинать исторические дискуссии об эпохе и личности Ломоносова полезно вспомнить все, что нам известно об этой фигуре, полезно актуализировать ее, стряхнуть с нее пыль веков. Повторю, автору эта задача полностью удалась. 

Для меня главным содержанием и книги "Помощник царям", и всей фигуры Ломоносова, вполне могут служить известные его строки, с которых и начинает свой рассказ Юрий Нечипоренко" ...может собственных Платонов\И быстрых разумом Невтонов\Российская земля рождать". Причем я бы сделал акцент на том, что именно "Российская земля", как гражданский механизм, а не "русский народ", этнические русские  и т.п. В возможности реализовать себя на ней и немцам, и русским, и потомкам эфиопов и шотландцев, вероятно, и представлялся Ломоносову основной смысл существования этой земли. P.S. С прицелом на второе издание книги позволю себе небольшое замечание.  О «норманской» теории  в ней написано так:  «эту теорию придумал не Миллер, а молодой историк Готлиб Бейер, но он вскоре умер,и расхлёбывать пришлось Миллеру с Ломоносовым». Однако, история о призвании варягов содержится, например,  в «Московии» Сигизмунда Герберштейна, впервые напечатанной в 1549 году. 

 

 

 

РУССКАЯ ЖИЗНЬ



Русское поле

WEB-редактор Вячеслав Румянцев